Jump to content



Kamal

Каракалпаки и Черные клобуки - вопросы преемственности

Recommended Posts

Во-первых, хочу отметить, что данный вопрос для самих нынешних каракалпаков является как бы излишним, и вызывает ответную реакцию на отрицание преемственности  - а какие у вас доказательства?! Между тем, некоторые считают, что все исследования в этой области не раскрывают всю полноту решения данного вопроса в ту или иную сторону, что до сих пор среди ученых нет единого мнения. Так ли это? Давайте рассмотрим.

Для начала тезисно пройдусь на что обратить внимание, а ссылки по ходу буду извлекать из прежних постов и собирать здесь.

Итак, вопрос преемственности древних Черных клобуков и поздних каракалпаков рассматривали ряд русских и европейских историков еще в 19 веке. Главный  аргумент был основан на этногенезе каракалпаков, где главный компонент составляли древние печенеги. Высказывались общая антропология, густая растительность на лице, высокий рост, лингвистические акспекты и т.д. которые по свидетельствам ранних очевидцев были характерны для печенегов. Высказывались также мнения, что потомками печенегов являются ногайцы, а каракалпаки происходят от последних. Были приняты также во внимание и предания самих каракалпаков о том, что их прежняя родина была в Средней Азии, но на настоящее место жительства (на момент 1742 года) пришли из северо-запада 260 лет назад (конец 15 века), принимались во внимание и предания другой группы каракалпаков (зарафшанских) о приходе их предков из России, и что они по сути являются природными подданными России. Также, были и другие ученые, которые со ссылкой на Ан-Нувейри утверждали, что предками каракалпаков являются кипчаки (половцы). В общем, до начала 20 века вопрос преемственности оставался неясным. Первый советский историк по каракалпакам П.П.Иванов проанализировал все имеющиеся сведения по поводу преемственности на тот момент и пришел к выводу, что в этногенезе каракалпаков есть огромный след не только печенегов, но и кипчаков, и что в какой-то степени правы и те, и другие ученые, которые были склонны считать древними предками каракалпаков печенегов или кипчаков. Раскрыл некоторые моменты каракалпакско-ногайских отношений, выявил факт не одновременном разделении каракалпаков от ногайцев, разграничил территории проживания каракалпаков к моменту появления их как особого народа, вычислил несколько крупных группировок каракалпаков, которые входили в союзные отношения с казахским, бухарским и другими ханствами, стало ясно, что присутствие отдельных групп каракалпаков от Тобола до Волги-Урала и Амударьи одновременно было результатом не столь высокой подвижностью маленького народа, а их столь широкой раздробленностью и т.д. и т.п. косвенные вопросы, которые в дальнейшем стали объектом изучения. В общем, результатами его работы стало, что преемственность вполне возможно. Дальнейшую работу в этой области провел уже Толстов С.П. со своей командой, состоящей из ученых разного направления, который и подтвердил доводы Иванова П.П. В дальнейшем исследовательскую работу провел отечественный историк Сабыр Камалов, который само собой разумеется солидарен с предыдущими историками. Также Н. Мамедов рассмотрел вопросы исторической общности Черных клобуков, каракалпаков, карапапахов и гагаузов. Других каких-либо специальных работ, рассматривающих исключительно вопросы преемственности каракалпаков и черных клобуков нет, вопрос как бы исчерпан. Была проведена работа по исследованию генетических параллелей на основе 50 каракалпаков (Ж. Сабитов), хотя в статье высказывается мнение, что каракалпаки по генетическим данным схожи с генетикой населения Золотой орды, поэтому современные каракалпаки не могут быть потомками черных клобуков, имеет свои недостатки. Во-первых, нет сравнительного анализа, во-вторых, домонгольское кочевое население Киевской Руси после монгольских завоеваний и вхождением в состав населения Улуса Джучи полностью смешалось между собой, а в-третьих, не факт, что население черноклобуцкого объединения столь резко отличалось от населения позднего Улуса Джучи (Золотой Орды). 

Это примерные основные тезисы, естественно, работ очень много по Черным клобукам, но не во всех книгах рассматривается данная преемственность, к такой категории относится и книга Голубовского В.П., и Тайди Т.Ю., и др., которые просто отмечают, что потомки сих нынче обитаются в Средней Азии, поэтому ссылаться на них не стоит. Нам нужны специальные исследования.          

  • Одобряю 2
Link to post
Share on other sites

Ув Камал.

Мне кажется говорить о том, что современные каракалпаки являются  прямыми потомками черных клобуков неправильно.  

Но то  что "каракалпак" - это калька с названия  народа "черных шапок" или черных клобуков в этом у меня нет больших сомнений. 

Этнонимы могут  исчезать и появляться и не обязательно будет повторяться этническое содержание на 100%. Примеров много: средневековые уйгуры и нынешние , средн татары и нынешние, средневековые узбеки и нынешние и т.д.

  • Одобряю 1
Link to post
Share on other sites

Лучше привести исследования специалистов напрямую, с цитированием, с копипастой из книг и статей, либо же сканы. Именно сама конкретика историков, а не личное "понимание" и "усвоенное-отфильтрованное".

  • Одобряю 1
Link to post
Share on other sites
7 minutes ago, Zake said:

Ув Камал.

1. Мне кажется говорить о том, что современные каракалпаки являются  прямыми потомками черных клобуков неправильно.  

2. Но то  что "каракалпак" - это калька с названия  народа "черных шапок" или черных клобуков в этом у меня нет больших сомнений. 

3. Этнонимы могут  исчезать и появляться и не обязательно будет повторяться этническое содержание на 100%. Примеров много: средневековые уйгуры и нынешние , средн татары и нынешние, средневековые узбеки и нынешние и т.д.

1. Об этом говорят и выводы исследователей этого вопроса, которые говоря о преемственности отмечают и тот факт, что черные клобуки не единственные прямые предки каракалпаков, ибо того состава черноклобуцкого объединения, как это было до монгольских завоеваний, у нынешних каракалпаков не сохранилось целиком, мы как бы стали наследниками Золотой орды, которая при Черных клобуках еще не существовала. 

2. Все названия каком бы языке они не передавались в прошлом, в конечном итоге означают "черных шапок".

3. Абсолютно верно.

  • Одобряю 1
Link to post
Share on other sites
5 minutes ago, Alee said:

Лучше привести исследования специалистов напрямую, с цитированием, с копипастой из книг и статей, либо же сканы. Именно сама конкретика историков, а не личное "понимание" и "усвоенное-отфильтрованное".

Это есть в планах, просто сейчас не имею возможности посидеть перед компьютером. Надо извлекать, искать, сами понимаете.

  • Одобряю 1
Link to post
Share on other sites
22 часа назад, Kamal сказал:

Это есть в планах, просто сейчас не имею возможности посидеть перед компьютером. Надо извлекать, искать, сами понимаете.

 

Ув Камал. Мне кажется что не в печенегах дело. А именно в телеских племенах (огузах и кипчаках), которые волнами откочевали ранее с Центральной Азии.

Например обратите внимание на Йынала Маленького -царя огузов из племени кайы (Упоминается у Фадлана, емнип РАДа, в "Деде Коркут" и т.д.) У него был военачальник Катаган (Этрек). Они (огузы) имели плотные контакты с Хорезмом (хорошо это описал в т.ч. Фадлан). 

Я уже писал много раз, что есть связь в названиях кайы=кайа=кыйя и кият. 

  • Одобряю 1
Link to post
Share on other sites
21 час назад, Zake сказал:

 

Ув Камал. Мне кажется что не в печенегах дело. А именно в огузах и кипчаках, которые откочевали ранее с Центральной Азии.

Например обратите внимание на Йынала Маленького -царя огузов из племени кайы (Упоминается у Фадлана, емнип РАДа, в "Деде Коркут" и т.д.) У него был военачальник Катаган (Этрек). Они (огузы) имели плотные контакты с Хорезмом (хорошо это описал в т.ч. Фадлан). 

Я уже писал много раз, что есть связь в названиях кайы=кайа=кыйя и кият. 

В целом приведенные ув Камалом слова Т.А. Жданко "... огузские племен­ные названия кайы, баят и баяндер свидетельствуют о проникновении в среду огузов монгольских элементов еще за пять столетий до монгольского завоевания..."

Можно перефразировать и по другому:

Огузские (или телесские) племена откочевывали волнами. Причины - веские, в основном экономического/политического характера. Одна из последних крупных волн - это откочевка восставших против киданей племен цзубу, которые собственно и дали собирательное название "кипчак". А средневековые монголы  являлись по сути оставшимися на месте (неоткочевавшими) телесскими племенами (токуз-огузами или татарами). Которым в том числе пришлось служить федератами империям Ляо и Цзинь.

Потому очень много схожих названий у племен тогуз-огузов и средневек монголов, одними совпадениями этот факт не объяснишь.

Link to post
Share on other sites
On 10/25/2020 at 2:23 PM, Zake said:

Ув Камал. Мне кажется что не в печенегах дело. А именно в телеских племенах (огузах и кипчаках), которые волнами откочевали ранее с Центральной Азии.

Совершенно верно, об этом есть ссылки у команды Толстова С.П. "Народы Средней Азии и Казахстана. Том.1."  По данным этой книги не только печенеги и кипчаки, но и средневековые огузы играли большую роль в этногенезе. В общем, основной компонент племен черноклобуцкого объединения. Позже выложу статью, тут слишком зависает, а при переходе на другую ветку или страницу все исчезает. Не пойму, вроде сам комп. в норме.

Link to post
Share on other sites
9 hours ago, Вахит 999 said:

Фрагменты из книг исследователей.

Из классики Федоров-Давыдов Г.А. Общественный строй Золотой Орды — Московский университет, 1973.large.164802583_-_38.jpg.0cc8a570def597053946ab14820e1f1d.jpglarge.1802996696_-_39.jpg.7dda8780ee8a8d8361060940ab0166b4.jpg.

Кстати, данные Г.А. Федорова-Давыдова и данные Бубенок О.Б. "Следы исчезнувших торков северного Причерноморья" фактически совпадают. Эти и другие статьи о кочевниках южнорусских степей того периода хороши тем, что проливает свет на их судьбу после завоевания монголами, что в данном контексте можно увидеть и судьбу черных клобуков. Именно такая картина запечатлена и в преданиях народа.

Link to post
Share on other sites

Иванов П.П. Очерк истории каракалпаков. http://www.orientalstudies.ru/rus/images/pdf/add1/TIVAN_7_1935.pdf

В данной статье лишь краткие изложения, ссылки на работу ранних историков 19 века. Хотелось бы конечно начинать в хронологическом порядке, указать выводы ученых каждого по отдельности, надеюсь в скором времени сделаю.

Link to post
Share on other sites

Тоже Иванов П.П. Новые данные о каракалпаках. http://www.orientalstudies.ru/rus/images/pdf/journals/sovetskoe_vostokovedenie_03_1945_04_ivanov.pdf

Статья является дополнением к первой статье. Есть ссылки на средневекового Абул Фазла Бейхаки, а также на более поздние документы 17 и начала 18 века. В общем отрывочные данные, к 1945 году еще даже не извлечены архивные данные о событиях 1720-ых и 1740-ых годов, хотя автор отмечает о наличии в архивах сведений по каракалпакам. Интересно, Иванов в 1945 году отмечает о наличии документов 1720 и 1740-ых годов (скорее всего Ишим Мухаммеда и Каип хана), но поздние исследователи, в том числе и С. Камалов не публикуют об этом в своих работах, впрочем, это совсем другая история.

Link to post
Share on other sites
On 10/25/2020 at 12:47 PM, Kamal said:

Раскрыл некоторые моменты каракалпакско-ногайских отношений, выявил факт не одновременном разделении каракалпаков от ногайцев,

П.П.Иванов отмечает, что некоторая часть каракалпаков аж до 1715 года оставалась с ногайцами, которые совместно кочевали по левому берегу Волги. Вот отсюда наверное и данные в русских документах 18 века о каракалпакско-ногайских нападениях. Видимо, речь об Алтыульцах и Кучумовичах. По крайней мере, один из кучумовичей дал хорошую трепку калмыкам Поволжья.

Link to post
Share on other sites

Толстов С.П. Народы Средней Азии и Казахстана. Том 1.  

https://www.nehudlit.ru/books/detail1185414.html

В общем, данная книга должна быть доступна в сети, я лишь извлекаю вопросы этногенеза, завершившегося к 16 веку, когда каракалпаки стали известны под своим современным названием. В данной книге автор пропускает период от монгольских завоеваний южнорусских степей до образования Ногайской орды, так как археологических сведений на тот период еще не было, но особое внимание обращает на каракалпакско-ногайскую историческую общность, как и Иванов П.П. в свое время.  

КАРАКАЛПАКИ:  ИСТОРИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ

Процесс формирования каракалпакского народа из различных пле­мен и народностей древности и средневековья происходил на территории Приаралья и был тесно связан с этногенезом других тюркоязычных наро­дов Средней Азии, в первую очередь казахов и узбеков. Древнейшими из племен, принявших, по всей вероятности, участие в этногенезе кара­калпаков, были жившие у южных берегов Аральского моря в первых ве­ках до нашей эры апасиаки, аугасии, и некоторые другие, входившие в сако-массагетскую конфедерацию племена, упоминаемые древними авто­рами.

Археологические раскопки памятников культуры этих племен, про­водившиеся в последние годы Хорезмской экспедицией Академии наук СССР, позволяют определить своеобразные черты их хозяйственной жиз­ни, некоторые элементы материальной и духовной культуры. Апасиаки занимались земледелием, скотоводством, рыболовством и ремеслами (гон­чарство, кузнечное, ювелирное и др.). Под посевы использовались не только каирные влажные земли дельт Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи, но и бо­лее засушливые территории, орошаемые при помощи каналов. Наряду с остатками временных кочевых жилищ археологи обнаружили полуоседлые сельские поселения апасиаков, укрепленные крепостными стенами городские поселения (Чирик-Рабат, Бабиш-Мулла, Баланды), курганы и величественные погребальные сооружения из сырцового кирпича и пахсы.

Некоторые произведения каракалпакского эпоса (эпическая поэма «Кырк кыз») до сих пор сохранили следы архаических традиций этой от­даленной эпохи — столь характерных для сако-массагетских племен пе­режитков матриархата, древних обычаев их семейно-бытового уклада и верований.

На этнической базе сако-массагетских племен, в результате частичного смешения их с нахлынувшими в приаральские степи с востока гуннами (конец II в. до н. э.—IV в. н. э.), а затем тюрками (VI—VIII вв.), формирова­лись раннесредневековые народы Приаралья—печенеги и огузы. Доказано, что эти этнонимы имеют преемственную связь с именами древних апасиаков и аугасиев (см. стр. 78). Эта преемственность наблюдается в хозяй­стве и культуре аугасиев и огузов при археологическом изучении их горо­дищ, расположенных на побережье Аральского моря, между устьями Сыр-Дарьи и ныне пересохшей Кувандарьи. Подобно тому как сако-массагетские племена были связаны с населением и культурой могуществен­ных государств, возникавших на территории древнего Хорезма (см. стр. 52), так и средневековые огузы и печенеги находились под сильным политическим влиянием Хорезма и воздействием хорезмской цивилиза­ции, сохраняя вместе с тем своеобразие комплексной скотоводческо-рыбо­ловно-земледельческой культуры и полуоседлого образа жизни.

В этногенезе печенегов, по сравнению с огузами, большую роль играли угорские элементы — племена Урала, вошедшие впоследствии в состав башкирского и других народов; язык печенегов был близок к булгарскому и суварскому — древним тюркским языкам и отличался от более развитого тюркского — огузского.

В X в. государство огузов было весьма обширным — на юго-востоке оно граничило с областями Тараза (Джамбул) и Чача (Ташкент), а на западе охватывало часть плато Устюрт и граничило с владениями хазар. Во главе Огузского союза стоял правитель — ябгу, резиденцией кото­рого был г. Янгикент в низовьях Сыр-Дарьи (современные развалины Джанкент близ Казалинска).

Племена печенегов и огузов VIII—XI вв. были той этнической средой, в которой началось формирование собственно каракалпакской народно­сти. Однако огузы, оказав значительное влияние на этногенез каракалпа­ков, в основном вошли в состав туркменского народа.

К государству огузов примыкали владения Печенежского племенного союза; восточные группы составлявших его племен были тесно связаны с огузами, входя даже частично в их государство; до конца IX в. тер­ритория печенегов простиралась от Урала, доходила до Волги и граничила с владениями мадьяров. В начале X в. огузы («узы» или «торки» русских летописей), объединившиеся с хазарами, вытеснили западную часть пече­нежских племен, хлынувших в южнорусские степи. Постепенно печенеги заняли обширные пространства юга Киевской Руси от Хазарского кага­ната до Византии. Оставшиеся на территории Приаралья восточные пече­неги, называемые в исторических источниках «тюркскими» (в отличие от западных — «хазарских»), прочно объединились с огузами и в дальней­ших исторических событиях неизменно выступали на политической аре­не совместно с «торками» на их стороне, даже в тех случаях, когда послед­ние вступали в борьбу с родственным им западным ответвлением Печенеж­ского союза племен.

Именно эта группа восточных печенегов, связавшая свои судьбы с огу­зами, по мнению современных исследователей (П. П. Иванова, С. П. Толстова и др.) стала основой формирования каракалпакской народности. Предания каракалпаков свидетельствуют о совместной с огузами жизни в областях Приаралья и об участии некоторых групп каракалпаков в гран­диозном сельджукском движении XI в. из бассейна Сыр-Дарьи через Хорезм и Нуратинские горы на юго-запад, в нынешнюю Туркмению, Хорасан и Малую Азию. В материальной культуре и искусстве потомков огузов — туркмен сохранилось много общих черт с каракалпакской культурой.

В XI в. государство огузов подверглось завоеванию многочисленного тюркоязычного народа, выделившегося из среды кимакских племен,— кыпчаков, пришедших из Сибири, с бассейна Иртыша; под натиском кыпчаков (половцев, команов) часть огузов и объединившихся с ними восточ­ных печенегов продвинулась в пределы Киевской Руси и поселилась в бас­сейне р. Рось (приток Днепра). В XII в. впервые появляется в русских летописях в применении к этим поселенцам этноним «каракалпаки» в фор­ме «черные клобуки» — так переводил летописец тюркские слова «кара­калпак», буквально — «черная шапка». «Черные клобуки» вступили в до­говорные отношения с русскими князьями, получив от них пограничные земли для поселения под условием защиты границ Руси от половцев. «Чер­ные клобуки» постоянно упоминаются в летописях; они активно участво­вали в политической жизни Киевской Руси, и, входя в состав ее населения, по выражению летописца, становились «своими» на этой новой для них родине. В том же XII в. этнический термин «каракалпак» появляется и в Приаралье, где он применялся, очевидно, по отношению к оставшимся там восточнопеченежским племенам. В состав Кыпчакского союза, вклю­чавшего в свою территорию бывшие огузские владения, входило племя кара-боркли; этот этноним идентичен названию «каракалпак».

Современные исследователи предполагают, что этноним «каракалпак» («черные клобуки», «кара-боркли») — кыпчакский термин, применявший­ся пришельцами из Прииртышья к огузско-печенежским племенам завое­ванного ими Приаралья и бассейна нижней Сыр-Дарьи и вызванный ти­пом и цветом их головных уборов; от половцев заимствовало этот этноним, по всей вероятности, и население Киевской Руси.

В составе Кыпчакского союза определился не только этноним каракал­паков, но и их язык; они восприняли язык завоевателей — кыпчаков.

Свидетельством связи каракалпакского этногенеза с родоплеменными союзами степей Приаралья XII—XIII вв. является тот факт, что одним, из многочисленных каракалпакских племен в XIX — начале XX в. было племя кыпчак, с родом печенежского происхождения— канглы. Эти же этнонимы сохранились в родоплеменной структуре узбеков, казахов и других тюркоязычных народов, формирование которых было связано с одной эпохой, территорией и этнической средой.

В XIII в. консолидирующиеся племена каракалпаков были завоеваны монголами, разделив судьбы народов Средней Азии и Восточной Европы, в том числе своих собратьев «черных клобуков», жителей Руси.

Пребывание каракалпаков в составе Монгольской империи отразилось на их родоплеменном составе, включающем множество племен и родов с названиями монгольского происхождения (кунграт, кият, мангыт и др.). Однако не всегда монгольское наименование свидетельствует о монгольском же происхождении. Известно, что население монгольских улусов, в осо­бенности улуса Джучи, в который входили области Приаралья, было в ос­новном тюркоязычным по своему составу; монголы представляли здесь лишь незначительную прослойку знати и войска. Остатками зависимых от монгольских нойонов тюркских племен с монгольскими названия­ми и были, вероятно, многие из каракалпакских и других тюркоязыч­ных племен Средней Азии, сохранивших до XIX — начала XX в. монголь­ские этнонимы.

Скудость источников не дает возможности проследить исторические судьбы каракалпаков в послемонгольский период, когда разгромленная Тимуром (конец XIV в.) Золотая Орда распалась на несколько самостоя­тельных владений, в числе которых наиболее значительными были Ногай­ское и Узбекское ханства. Однако лингвистические данные и уже освещенные источниками события более позднего периода (XVII в.) неос­поримо доказывают факт вхождения каракалпакских племен в состав Ногайского ханства.

Из всех тюркских языков каракалпакский язык наиболее близок ногай­скому. Все предания каракалпаков упоминают в качестве районов их обитания в прошлом наряду с низовьями Сыр-Дарьи области, входившие в пределы Ногайского ханства,— «Едиль» (Волгу), «Жаик» (Яик — р. Урал), а иногда и Крым. В каракалпакском фольклоре чрез­вычайно силен так называемый «ногайский пласт», связанный с именами известных ногайских ханов и мурз (Эдигей, Орус, Ормамбет и др.). Нако­нец, в русских документах XVIII в. имеются указания на совместные воен­ные действия каракалпаков и ногайцев Алтыульского улуса (располагав­шегося на Яике). Совокупность этих данных позволяет установить, что каракалпаки в XV—XVI вв. входили в состав ногайцев. В рамках их полити­ческого объединения завершился процесс этногенеза каракалпаков, окон­чательно сформировался язык и основные черты каракалпакской культуры, характерной своей связью как с древними центрами среднеазиатской циви­лизации (Хорезм), так и со степями Дешти-Кыпчак и нижнесырдарьинскими районами (Казахстан) и, наконец, с культурой народов Восточной Европы — Приуралья, Поволжья и Северного Кавказа.

В среднеазиатских документах конца XVI в. каракалпаки впервые упоминаются как особая народность, живущая в бассейне средней Сыр-Дарьи, в окрестностях г. Сыгнака. Источники XVII в. дают возможность более точно определить территорию расселения каракалпаков: основная часть их занимала присырдарьинские районы между г. Туркестаном и горами Каратау и была подчинена Бухарскому ханству.

Другим центром расселения каракалпаков был район верховьев рек Урала и Эмбы; отсюда каракалпаки вместе с казахами совершали набеги на окраины русских владений в Сибири; во время колонизации Россией Закамского края они принимали участие в восстаниях башкир. Третья группа каракалпаков в конце XVII в. находилась в долине Зеравшана; источники сообщают о восстании этих каракалпаков в 1681 г. против бу­харского Субхан-Кули-хана, которому они были подвластны. Каракал­пакское войско участвовало в походах бухарских ханов и высоко цени­лось; они считались «надежными людьми в бою». Каракалпаки принима­ли деятельное участие в политической жизни не только Бухарского, но и Хивинского ханства, участвуя в борьбе узбеков отложившегося от хан­ства Аральского владения (расположенного в дельте Аму-Дарьи) против центральной власти хивинских ханов. Отдельные группы каракалпаков, по-видимому, издавна жили и в Хорезме.

 

  • Одобряю 1
Link to post
Share on other sites

Низами Мамедов в своей книге "Каракалпакская литература" рассматривает историческую общность хазар, каракалпаков, карапапахов и гагаузов, которых связывает между собой на основе общего огузо-кипчакского компонента в их этногенезе, а также указывает на наличие некоторых родов с одинаковым названием.  

http://elibrary.bsu.az/kitablar/1100.pdf

Об исторической общности этногенеза хазар, каракалпаков, карапапахов, гагаузов.

Несмотря на то, что этногенез тюркских племен всегда вызывал неподдельный интерес ученых, однако до сих пор в историко-этнографической литературе нет однозначной попытки объединения хазар, каракалпаков, карапапахов, и гагаузов под единой исторической общностью. Существует множество мнений об их происхождении1. Интересные мысли относительно истории, этногенеза, культуры, фольклора, языка, религиозных воззрений названных племен мы находим в работах Рашид-ад- Дина, Эн-Нувейри, Э.Челеби, Доссона, Ховороса, А.Вамбери, В.В.Бартольда, А.Бакиханова, Н.С.Державина, В.В.Мошкова, С.П.Толстова, Л.С.Толстовой, М.И.Артамонова, Н.А.Баскакова, Н.К.Дмитриева, В.Минорского, З.Буниятова, А.С.Сумбатзаде, С.К.Камалова, С.М.Муминова, Н.А.Аристова, Л.А.Покровской, М.Чакира, Ф.Кырзыоглу, Р.Оздека, А.Эрджиласуна, Дж. Эйята, Д.Н.Танасоглу, М.Н.Губоглу, С.Касумовой и др.

Хазары своими корнями уходят к сабарским (савир, сабир, сибир) тюркам, когда-то составлявших одну из трех ветвей Гейтюркского хаганата. Начиная с VII в., они имели тесные культурные, политические, военные и др. связи с Византией. Слово «хазар» употреблялось в форме «коса», «касат», «кассат», «казар», «казак», историческими корнями уходящими к корню «каз». Хазары изначально жили в Сибири, тесно взаимодействовали с буртасами, вонграми и черемисами (т.е. марийцами). В последующие периоды хазары делились на «белых» и «черных», жили на берегах Саксына, Итили, Дона, Днепра, Терека и Каспийского моря, наряду с другими обширными территориями, закрепились на азербайджанских и грузинских землях.

Каракалпаки до XX в. в исторических источниках рассматривались и как карапапахи (в арабских источниках «каум- уль-сиа», в русских «черные клобуки», Кзыл Ордынские кипчаки «караберкли» - Н.М.). Каракалпаки, состоящие из более чем 30 родов, жили на берегах Амударьи, Сырдарьи, Яика на Урале, тесно взаимодействовали с башкирами, которые впоследствии использовались русскими для охраны границ. Так же были использованы в свое время и хазары для успешной защиты рубежей Киевской Руси во времена правления князя Святослава. 

Этноним «гагауз» происходит от морфемы «уз», «гуз», «огуз», относящийся к тюркам (торкам, туркам - Н.М.), а также морфемы «га» или «гага» и «гекуз» или «гекогуз». По мнению турецкого ученого А.Эрджиласуна «гагауз» состоит из кипчакского племени «гага» и «уз», т.е. название «гагауз» произошло от слияния слов «гага» и «уз» - «кипчак-огуз», «огузы», пришедшие из страны кипчаков. По мнению Л.Покровской гагаузы вплоть до X в. жили у южных берегов озера Горгуз (Балхаш), между бассейнами рек Амударья и Сырдарья (кстати, каракалпаки также массово жили именно в этом междуречье - Н.М.), а по другим версиям они еще до X в. жили на берегах Днепра, Дуная, на Балканском полуострове. По мнению некоторых ученых предками гагаузов являются тюркоязычные протоболгары (мнение ошибочное - Н.Т.), пришедшие сюда с берегов Итили. В.Мошков, Н.Державин и др. считают гагаузов потомками тюрков (родственных с половцами, куманами, т.е. кипчаками, хазарами - Н.Т.), они - остатки черных клобуков (каракалпаков, карапапахов - Н.Т.), которые составляли сторожевую часть на границах Росу, приняли христианство и смешивались с малороссами.

Карапапахи - одно из тюркских племен (также и как каракалпаки - папах и калпак на тюркском одно и тоже - Н.М.) одевали черную шапку из овечьей шкуры. «Карапапах» и «каракалпак» как этноним анологичны друг другу. Кроме этого на тюркском и по сей день употребительны «папах», «калпак», «берк». Так, например, в Уджарском районе Азербайджанской республики на автотрассе Баку — Тбилиси имеется большой населенный пункт под названием «Караберк» т.е. черная папаха, которое восходит к племени «караберклю», Карапапахи историческими корнями уходят к этнонимам «басыл», «барсыл», «барсил», «барчил», «барчел», «барчула», «борчалы». Эти компоненты имеют много общего с этнонимами «касат», «казар», «казак», «хазар». По мнению В.Минорского, Ф.Кырзыоглу и З.Буниятова карапапахи восходят к кипчакскому корню. Кипчаки в свое время, пройдя через Дарьяльское и Дербентское ущелья, проникли на территории Западного Азербайджана (ныне Армения - Н.М.), Южную Грузию (Борчалинский уезд - Н.М.), Казахские, Таузские, Шамкирские, Гянджинские территории, Южный Азербайджан, Иран (племя генпапахи -Н.М.), территорию Туркмении (племя бахарлу - Н.М.). В XI в. они приняли ислам; верующие мусульмане-сунниты. За карапапахами, живущими в Южной Грузии, Западном Азербайджане (ныне Армения - Н.М.) и части Азербайджана, примыкавшей к Грузии, четко закрепился этноним «Борчалы-Казах». Карапапахи - основатели государства династии Атабеков - Эльдагизидов. В XV в. после падения государства Аккоюнлу (Сефевидов), несмотря на всякие принуждения, карапапахи не приняли щиитского толка и не стали кызылбашами, т.е. не перестали носить черные шапки. Сегодня часть населения Азербайджана и Грузии гордо называет себя карапапахами. На протяжении веков карапапахи смешались и с османлийскими - огузами тюрками. После такого смешения у карапапахов наряду с кипчакским также ярко просматривается огузский колмпонент.

Интересно, что на территориях постоянного проживания каракалпаков (в Каркалпакстане), гагаузов (Гагаузия), карапапахов (Западный Азербайджан и Южная Грузия) имеются одноименные населенные пункты под названием «Казаяклы», «Казахлы», «Кыпчак», «Татар». Внимательно изучая источники и материалы, мы приходим к выводу о том, что в этногенезе каракалпаков, карапапахов, гагаузов и хазар четко присутствует кипчакско - огузский компонент. В свою очередь кипчаки и огузы как самостоятельные племена, если, с одной стороны, восходят к тюркскому племени гуннов (хуну), то с другой, к сако-сармато-массагетской генетической и культурной традиции.

Link to post
Share on other sites
On 10/26/2020 at 9:48 PM, Kamal said:

Иванов П.П. Очерк истории каракалпаков. http://www.orientalstudies.ru/rus/images/pdf/add1/TIVAN_7_1935.pdf

В принципе, в данной работе П.П.Иванова относительно черных клобуков рассмотрены все высказывания ранних историков 18-19 вв. и довольно расширенно, что облегчает мою работу. Поэтому можно было бы лишь дать ссылку на эту книгу, но давно заметил, что некоторые мои ссылки то ли от давности загрузки, то ли по какой другой причине, не знаю, оказались не доступны. Данная загрузка свежая, ув. Кылышбай недавно постил (за это отдельное спасибо), поэтому решил, нужные для данной темы страницы извлечь сюда, для сохранности. Примерно с 10 до 30 страницы книги посвящены к данной теме.

Из текста:

В специальной литературе уже давно было высказано мнение о непосредственном родстве современных каракалпаков со средне­вековыми печенегами, которые после ряда смешений с другими пле­ менами получили в киевской летописи XII в. название „черных кло­ буков*. Несмотря, однако, на вполне категорические утверждения одной части ученых в пользу такого сближения, другая часть иссле­ дователей продолжает до настоящего времени считать этот вопрос нерешенным, ввиду недостаточности имеющихся данных. В настоя­ щее время материалы по этому вопросу еще не настолько достаточны, чтобы можно было примирить высказанные противоположные точки зрения и подойти к окончательному решению. Для этого необходима еще значительная работа востоковедов, совместно с русскими истори­ками, этнографами, археологами и лингвистами, как по пересмотру известных до настоящего времени источников, так и по привлече­ нию новых. В задачу настоящего очерка входит поэтому лишь неко­ торая систематизация и отчасти критический разбор высказывавшихся ранее мнений по данному вопросу, без каких бы то ни было претен­ зий на окончательное его решение. Такого рода рассмотрение необ­ ходимо не только потому, что без учета особенностей предыдущего периода затруднительно подходить к рассмотрению новейшей истории  каракалпаков, но также для того, чтобы в результате знакомства со взглядами прежних исследователей можно было с большей уве­ ренностью продолжать начатую ими в этом направлении работу. Однако в такой постановке вопрос слишком обширен, чтобы его можно было исчерпать во всех деталях в небольшом вводном очерке, а потому здесь ставится более скромная задача—отразить только важнейшие моменты, связанные с развитием мысли о тождестве кара­ калпаков с печенегами. До появления своего в юго-восточной Европе печенеги, как известно, занимали степные пространства между Волгою и Яиком, ведя здесь жизнь кочевников-скотоводов.1 В конце IX в. значитель­ ная часть печенегов была вытеснена гузами из своих кочевий и в на­ чале следующего (X) столетия заняла южно-русские степи, а затем постепенно расселилась на юго-запад до Дуная и северных предгорий Балканских гор, оттеснив при этом на запад за Днепр мадьяров.1 2 В связи с этим переселением произошло разделение печенегов на две ветви—восточных („тюркских") и западных („хазарских"). Кон­ стантин Багрянородный, писавший около середины X в., рассматривает восточную часть печенегов как сравнительно незначительный остаток племени,3 но некоторые из восточных писателей также середины X в. рассматривают обе эти ветви как равные по своему значению и занимаемой территории.4 Излагаемые ниже краткие сведений отно­ сятся почти исключительно к печенегам западным, в то время как восточная их часть находилась, повидимому, в стороне от 'описывае­ мых событий и не вызывала к себе внимания со стороны западных писателей.5 Как русские летописи, так и сочинения арабских, персид­ских и византийских писателей X—XI в. изображают печенегов в качестве типичных тюркских кочевников, в основе хозяйственной деятельности которых лежало скотоводство. Продукция скотоводче­ ского хозяйства не только давала все необходимое для жизни, но являлась отчасти объектом торгового обмена с соседними славянами. Занимая все северное побережье Черного моря, печенеги держали под своим контролем все торговые пути с Запада в Восточную Европу и играли, по словам Константина Багрянородного, весьма важную роль в торговых сношениях европейских, в частности византийских, купцов с русскими и хазарами. Общественно-политическое устройство печенегов характеризуется патриархально-родовым бытом, достигшим уже той стадии разложения, когда родовая организация уступила свое место господству наследственной феодально-родовой аристокра­ тии, поддерживавшей свое влияние путем организации грабительских войн с соседними народами. К печенегам X в. вполне применимы слова Ф. Энгельса о том, что „грабеж им кажется более легким и даже более почетным, чем упорный трудС£. 1 Число родовых делений у печенегов не являлось устой­ чивым; в X в. они делились на восемь крупных родовых единиц, не говоря о более мелких, а в следующем столетии упоминается уже о тринадцати делениях, носивших общее племенное название и вместе с тем называвшихся по именам своих предводителей.1 2 Это явление, свойственное ряду и других тюркских племен Позднейшего времени, указывает на незавершенность процесса феодализации у печенегов и наличие у них внутриплеменной войны, принимавшей иногда характер открытой классовой борьбы между аристократическими правящими группами и вождями „низкого происхождения", выдвигавшимися мас­ сою рода. Обострению этой борьбы способствовали также внешне­ политические обстоятельства, связанные с появлением в середине XI в. в Южной России новых масс тюркских кочевников—огузов, но­ сивших в русских летописях название торков (узы).3 В результате ряда понесенных печенегами поражений, связанных с уходом части народа на запад, и смешения оставшихся с торками политическая мощь племени была ослаблена. Явившиеся в южно-русские степи во второй половине XI в. половцы, повидимому, без особого сопроти­вления со стороны печенегов овладели значительной частью зани­ мавшейся ими территории.1 Не касаясь здесь судьбы западной части печенегов, вытесненных сначала торками, а затем половцами на окраины Византийской импе­ рии, в частности в Болгарию, отметим здесь вкратце важнейшие факты из жизни той массы кочевников, которые после прихода половцев оста­ лись в южно-русских степях. Под натиском половцев эта оставшаяся часть печенегов вместе с торками должна была продвинуться на север, приближаясь здесь к оседлой полосе, занятой славянами. Начавшийся здесь, повидимому под влиянием недостатка пастбищ, процесс посте­ пенного оседания печенегов и торков сопровождался обычной при таких условиях ломкой бытовых форм, в частности — разложением родовой органиции. Общеплеменное название начинает утрачивать свое значение, сохраняясь лишь за некоторой, очевидно незначитель­ ной частью, племени. Остальная масса оседает отдельными родовыми единицами, носящими в русских летописях название берендеев, коуев, турпеев, торков и других. В качестве общего для всех этих групп на­ звания в это время начинает появляться в летописях термин „черные клобуки",* 2 объединяющий собою отдельные разрозненные единицы, входившие ранее в печенежский союз. Уже Карамзин3 отметил, что там, „где в одних летописях говорится о торках, берендеях и печене­ гах, там в других названы только черные клобуки. Сие имя было для них общим и дано им, без сомнения, от черных шапок**. В связи с последним замечанием следует отметить, что наименование народа по признаку головного убора—явление среди тюркских племен доста­ точно известное, и ни черные клобуки ни современные каракалпаки не представляют в этом отношении какого-либо исключения. Помимо общеизвестных кызылбашей и карапапах, примером подобного рода наименований могут служить также казак-киргизские роды „кызыл- ббрк" („красные шапки") и „конур-ббрк" („коричневые шапки"), вхо­ дящие в настоящее время в состав поколений абдан и суван Большой казанской орды. Приведенные примеры показывают, что летописное название „черные клобуки" не являлось случайным, а представляло собою, повидимому, дословный перевод на русский язык существо­ вавшего тогда тюркского названия этого народа. Здесь же Карамзин отмечает, что „черные клобуки" называются в летописях также чер­касами. По поводу этого сообщения ниже будет приведено интересное замечание Н. И. Березина. В политическом отношении эта северная часть печенегов несом­ ненно тяготела к русским, выступая в союзе с ними против половцев. Летописи часто упоминают о борьбе русских князей, совместно с печенежскими племенами, против половцев, а также об участии печенегов в борьбе русских князей между собою.1 Другая, может быть большая, часть печенегов подпала под влия­ ние половцев и вошла постепенно в состав кипчакского племенного союза. Взаимоотношения этой части печенежских племен с половцами отличались повидимому значительной сложностью и разработаны в литературе крайне недостаточно. Из сообщений византийских писа­ телей известно, что соединенные силы печенегов и команов (половцев) при императоре Никифоре Вотаниате (1078—1081) осаждали Адриано­ поль, а в 1103 г. оба эти народа совершили совместный неудачный набег на русских. С другой стороны борьба за раздел пастбищ и преобладание на торговых путях1 2 неизбежно должны были служить источником взаимной вражды между печенегами и половцами, что неоднократно отмечается русскими летописями.3 Следует учитывать также, что непосредственное общение между этими двумя племенами повидимому не являлось для них новым фактом, так как оно должно было начаться повидимому еще в тот период, когда кипчаки, в про­ цессе своего постепенного передвижения из бассейна Аральского моря на запад, встретились на своем пути с восточной ветвью печене­ гов, находившихся между Волгою и Яиком. Карамзин4 * высказывал предположение, что восточные печенеги, остававшиеся, по словам Константина Багрянородного, между Волгою и Яиком, были изгнаны оттуда половцами в 1036 г. Голубовский6 также склонен поддержи­ вать это предположение, считая однако, что это вытеснение началось, повидимому, ранее и происходило постепенно.0 Однако, об этой восточной части печенегов говорит автор XI в., Гардизи, который указывает, что соседями их на востоке являются кипчаки. Владения этих печенегов, по словам Гардизи, простираются на 30 дней пути (?)* Дальнейшее соседство обоих народов, совместное участие их в походах, также как общность их языков и одинаковый в общем уровень культурно-экономического развития должны были явиться несомненными факторами их сближения, происходившего постепенно по мере устранения экономических и политических противоречий. Родственные отношения между печенегами и половцами уже к концу XII в. охватывали собою не только территориально близкие между собою части этих народов, но даже те печенежские роды, которые носили название черных клобуков и действовали обычно в союзе с русскими. Так, в рассказах летописей о походах русских князей против половцев в 1187 и 1192 гг. в качестве главной причины неудач, постигшей эти походы, отмечается сочувствие черных клобу­ ков половцам и нежелание их сражаться против своих „сватов*.1 2 Несмотря на вероятный численный перевес кипчаков, это сбли­ жение в рассматриваемый период, повидимому, не было связано с поглощением меньшего народа большим, а носило скорее характер постепенного длительного процесса, поскольку упоминание в русских летописях о печенегах встречается еще под 1169 г.3 Последние све­ дения о „черных клобуках“ относятся, как это было отмечено, к 1192 г., т. е. ко времени более чем через столетие с момента прихода половцев.

Link to post
Share on other sites

...продолжение

Рашид-эд-дин, писавший свой знаменитый „Сборник летописей“ в первом десятилетии XIV в., помещает в нем, между прочим, рас­ сказ о походе монголов в Южную Россию в 1239 г., где на ряду с русскими отмечается также „народ черных шапок* (каум-и-куляЬ- и-сияЬ),4 под которыми, очевидно, необходимо разуметь черных кло­ буков русских летописей, хотя в последних этого названия в XIII в. уже не встречается. Военное поражение, нанесенное монголами кипчакам, положило конец их политическому преобладанию,5 но оно не могло подорвать их хозяйственной базы, поскольку сами монголы были не в состоянии освоить вес степные пастбища юго-восточной России. Большая часть монгольских войск ушла, как известно, после завоевания России обратно, а оставшиеся монгольские племена, по словам арабского писателя XIV в. Эл-Омари, „смешались и породнились с ними (кип­ чаками), и земля одержала верх над природными и расовыми каче­ ствами их, и все они стали точно кипчаки, как будто они одного с ними р о д а ../.1 Другой из арабских писателей, Эн-Нувейри (ум. 1333 г.), описывающий быт кипчаков Золотой орды1 2 и сообщающий, между прочим, список одиннадцати кипчакских родовых делений, указывает в числе последних род, носивший название „черношапочников"—кара- ббркли,3 очевидно тождественных с „черными клобукамим русских летописей и „народом черных шапок" Рашид-эд-дина. Таким обра­ зом можно констатировать тот факт, что та или иная часть печенеж­ ских племен, несмотря на происходившее их смешение с кипчаками и вероятно с другими тюрко-монгольскими народностями, не подвер­ глась до XIII в. окончательному растворению в их массе и вошла в состав населения Золотой орды в качестве отдельной социально­ этнической единицы, хотя и составлявшей формально одно из кипчакских племен. Приведенными известиями исчерпываются имеющиеся в нашем распоряжении сведения о судьбе средневекового тюркского племени „черных шапок“. На протяжении дальнейших сто­ летий они в доступных в настоящее время источниках не упоми­ наются. Произошло ли окончательное слияние их с массой окружаю­ щих народностей, или они продолжали свое дальнейшее существова­ ние,— остается таким образом невыясненным. Распространение в России и Европе сведений о каракалпаках,4 получивших известность в степях к востоку от Волги в XVII в. и близко напоминавших названием своим средневековый народ „черных шапок", не могло не возбудить среди историков вопроса о родстве этого народа с печенегами, тем более что народные предания самих каракалпаков говорили о необычном для тюркских племен средне­ вековья движении с запада на восток. Первое по времени высказанное по этому поводу замечание при­ надлежит известному ориенталисту Доссону, который в своем пере­ воде и примечании к указанному выше месту сочинения Рашид-эд- дина о походе монгольских принцев в страну русских и народа „черных шапок* (каум-и-куляЬ-и-сияЬ) говорит: „...они завоевали страну русских и черных шапок (каракалпаки); это—черные клобуки русских летописцев".1 Таким образом здесь впервые дается тюркский перевод („кара­ калпак") встречающихся в летописях и у Рашид-эд-дина выражений „черные клобуки* и „черные шапки". Вследствие того, что данный перевод не сопровождается какими - либо пояснениями, естественно возникает вопрос о допустимости перевода русского слова „клобук* и персидского „куляй* тюркским словом „калпак". Приведенное выше место из сочинения Эн-Нувейри показывает, что для обозначения слова „шапка* у кипчаков, а следовательно и у печенегов, поскольку языки их относятся к одной и той же группе, употреблялось слово „ббрк*, и таким образом выражениям „черные клобуки* и „черные шапки* должно больше соответствовать употреблявшееся в XIII— XIV вв. выражение „кара-ббркли“, чем современное „каракалпаки*. Приво­ дившиеся выше названия казанских родов „кызыл-ббрк* и „конур- ббрк" также указывают на большую распространенность в подобных случаях слова „ббрк“, чем „калпак". Таким образом сделанная Доссоном попытка исторического отождествления „черных клобуков" с „кара­ калпаками* основывается исключительно на доводах лингвистиче­ ского характера, притом без всяких попыток их соответствующего обоснования, а потому вряд ли может быть признана вполне убеди­ тельной. 1 2 Лет через двадцать после Доссона этот же отрывок из Рашид- эд-дина был переведен на русский язык проф. Березиным, который по поводу племени „черных шапок* говорит, что „это не что иное, как «черные клобуки» русских летописей, по-тюрски «каракалпак», „черная шапка".3 Не ссылаясь здесь на Доссона, Березин почти буквально повторяет все сказанное последним по поводу „черных шапок* Рашид-эд-дина. В качестве некоторого подтверждения своей мысли автор останавливается попутно на том неясном месте „Исто­ рии* Карамзина, где последний отмечает, что „черные клобуки* в рус­ ских летописях иногда называются черкасами, о чем мы уже упоми­ нали. По этому поводу Н. И. Березиным выражается вполне правдо­подобная мысль о том, что печенеги, или каракалпаки, как он их называет, могли смешиваться не только с соседними тюркскими пле­ менами (кипчаков и других), но и с так называемыми черкасами, утрачивая в этом смешении свое родовое название и принимая чужое. Это явление, по словам Березина, наблюдается и в новейшей истории каракалпаков. Несмотря на весьма удачную аналогию, которая, впрочем, оди­ наково применима не только к каракалпакам, но целому ряду и дру­ гих народностей, основное утверждение автора о тождестве „черных клобуков* с „каракалпаками*4 все же основывается, как и у Доссона, целиком на формальном сходстве их названий и не может считаться доказанным. Значительно более детально останавливается на данном вопросе автор известного обширного сочинения по истории монголов, Ховорс (Н. Howorth), являющийся последовательным сторонником полного отождествления современных каракалпаков со средневековыми пече­ негами. 1 Несмотря на то, что работа Ховорса, вследствие незнаком­ ства автора с восточными языками и вытекающей отсюда зависимо­ сти его от переводчиков, носит компилятивный характер, она все же пользуется до сих пор сравнительно широким распространением и заслуживает разбора в той своей части, где автор затрагивает интересующий нас вопрос.1 2 Свои рассуждения о полном тождестве современных каракалпаков с печенегами или „черными шапками" Рашид-эд-дина Ховорс основывает главным образом на том, что сбли­ жает предварительно печенегов с ногаями и уже этих последних с каракалпаками. „Название «черных шапок», или каракалпаков,—говорит Ховорс,— это хорошо известное среди тюрок племенное наименование, соста­ вляющее одно из подразделений ногаев**.3 45 Поясняя в другом.месте4 эту мысль более подробно, автор сообщает, что „когда происходил раздел улуса Джучи (Золотой орды), то на долю одного из его сыно­ вей, Тевала,5 достались те смешанные тюркские племена, которые ранее назывались печенегами и предшествовали собственно кипчакам в Южной России. После смерти Тевала эти племена достались в удел сыну его, Татару (Tartar), а затем внуку его, Ногаю, от имени кото­ рого они и стали называться ногаями. Они поселились на Волге и на восток от нее“. Ссылаясь затем на слова Карамзина о том, что в на­ чале XVII в. ногайцы разделялись на три орды, одна из которых называлась алтаульскою1 и занимала степи вблизи Аральского моря, Ховорс добавляет далее, что „эта орда постепенно стала передви­ гаться на восток, после чего всякие сведения о ней прекращаются на много лет“. 1 2 3 Впоследствии.8 „когда сведения об этой орде поя­ вились снова, она становится известной уже под именем каракалпа­ ков, названных так в связи с носимыми ими черными шапками". „Не может быть сомнения, — говорит Ховорс, — что каракалпаки — суть ногаи“. 4 Далее автор останавливается на антропологических призна­ ках, общих для каракалпаков и печенегов.5 В силу всех изложенных соображений автор склонен считать мангытов (ногаев) и каракалпаков в качестве потомков (ascendans) печенегов.6 * Несмотря на всю свою внешнюю законченность и после­ довательность, схема Ховорса имеет ряд существенных недостатков, лишающих ее значительной доли убедительности. Прежде всего это касается вопроса о печенегах, которые, как будет показано ниже, не встречаются в исторических источниках в качестве самостоятельного народа в монгольский период. Упоминания Рашид-эд-дина о племени черных шапок конечно заслуживает внимания, но вместе с тем нельзя упускать из вида свидетельства Эн-Нувейри, рассматривающего это племя лишь в качестве одного из одиннадцати кипчакских родов, ничем не выделявшегося при этом из общей массы, кроме своего названия. Это обстоятельство говорит за то, что изложенный выше процесс слияния печенегов с кипчаками (половцами) имел своим результатом растворение большей части печенегов в массе кипчак­ ских племен уже к первой половине XIII в. Это же подтверждается всеми известными нам писателями XIII—XIV вв., которые в качестве основного населения Золотой орды называют только кипчаков, нигде не упоминая о печенегах.1 Таким образом нет достаточных оснований утверждать, что в удел Тевала, после смерти Джучи, вошли племена, носившие прежде название печенегов, не уделяя при этом главного внимания кипчакам. Таким же чрезмерным упрощением отличаются взгляды нашего автора на образование ногайской орды, как улуса Ногая, переселенного затем на Волгу и Урал. Описывая события, последовавшие вслед за поражением и убийством Ногая в 1300 г., Рукн-эд-дин Бейбарс сообщает, что бывшие' владения Ногая были распределены между сыновьями Токта хана Тукуй бугой и Ильбаса» ром, из которых первый „утвердился в Исакчи, на реке Дунае н на местах, прилегающих к Железным Воротам (Дербент), где находились становища Ногая, а Ильбасар устроился на реке Яике“. 1 2 Из других сообщений видно, что Ногай при жизни своей распоряжался также Крымом. Приведенные сведения показывают, во-первых, что владе­ ния Ногая были чрезвычайно обширны и, во-вторых, что племена, населявшие при жизни его бассейн Яика, также входили в его удел, но отсюда нельзя сделать вывода, что эти племена составились из переселенцев из южной части Дешт-и-кипчака, где, по Ховорсу, пред­ полагается существование печенегов. Описывая поход золотоордынского хана в Венгрию в 1385 г., венгерские историки отмечают, что ханские войска состояли из ком а нов (половцев) и ногайских татар.3 Это обстоятельство говорит, по нашему мнению, за то, что даже во времена Ногая кипчаки (команы) отличались современниками от той смешанной группы племен, которая была подчинена Ногаю и называлась тогда „ногайскими татарами" и которую, позже стали называть просто ногайцами. Переходя затем к рассмотрению истории ногаев в XVI—XVII вв., автор слишком мало уделяет внимания предшествующим событиям, связанным с распадением Золотой орды и обусловившим собою целый ряд сложных миграционных движений различных племен. Как будет показано в дальнейшем изложении, последнее обстоятельство в значи­тельной мере отразилось и на составе населения заволжских степей и, в частности, бассейна реки Яика.

Link to post
Share on other sites

...продолжение

Во взглядах на историческое прошлое каракалпаков много общего с Ховорсом имеет также известный путешественник и турколог Вам- бери, который рассматривает этот народ как одну из тюркских нацио­ нальностей, ведущих свое происхождение от печенегов.4 „В период после XII в. каракалпаки,— по словам Вамбери,— часто ставятся в связь с историческими событиями областей нижней Волги, особенно историками завоевательных войн чингизидов и тимуридов [?].“ „Ввиду того,—продолжает Вамбери,— что они (каракалпаки) всюду изо­ бражаются в качестве таких соседей русских, которые находятся в непо­ средственной близости к старым башкирам, булгарам и печенегам [?] в нижней части левого побережья Волги... то едва ли мы ошибемся, если сочтем их (каракалпаков) за ближайших родственников (nachsten Verwandten) печенегов'4. 1 Основываясь далее на преданиях каракал­ паков о том, что они пришли с Волги и были в прошлом связаны с ногаями, Вамбери утверждает, что „если даже не принимать во внимание подобных сообщений, то все же не возникает никаких сом­ нений, что каракалпаки в продолжение смут, последовавших после падения монголов в области Волги, проникли из южных пригранич­ ных областей старого болгарского царства к современной Казани, откуда затем были изгнаны ногай-татарами и долгое время блуждали в степях, прежде чем попасть на свою современную родину".1 2 Сопоставление исторических выводов Вамбери с изложенными выше рассуждениями Ховорса указывает на тесную близость обоих этих исследователей, особенно в отношении роли ногаев, которые хотя и не выделены у Вамбери с такой четкостью, как у его англий­ ского предшественника, но с полной ясностью подразумеваются в той части его выводов, где он говорит о передвижении каракалпаков (по Ховорсу — ногаев) к низовьям Волги. Что здесь могут подразумеваться только ногаи и ни в коем случае не каракалпаки,—сомнений не воз­ никает, поскольку существование народа под таким именем у исто­ риков чингизидов и тимуридов не отмечается, тогда как имя ногаев, или мангытов, там встречается довольно часто. Вамбери, также как и Ховорс, большое значение придает антропологическим признакам, сближающим каракалпаков с печенегами, отличавшимися, по словам арабских географов X в.,3 высоким ростом и обильной растительно­стью на лице, т. е. признаками, свойственными в значительной части и современным каракалпакам. Вамбери отмечает также, что этими же особенностями отличались и те. печенеги, которые поселились в Вен­ грии и описывались венгерскими историками.1 Как ни интересны сами по себе эти факты, они все же недоста­ точны для того, чтобы на основании их можно было сделать заклю­ чение о тождестве, или хотя бы о близком родстве, этих народов, при недостаточности исторических сведений о них, а также ввиду того, что теми же физическими особенностями отличались, по словам Вам­ бери, и проникшие в Венгрию команы, также как и ряд других тюркских народов, занимавших в IX—X вв. степи к северу от Чер­ ного моря. Вамбери является, насколько известно, последним по времени сиециалистом-востоковедом, пытавшимся, на основании значительных, доступных ему, материалов доказать если не тождество, то близкое родство современных каракалпаков с печенегами. Дальнейших попы­ ток подобного рода со стороны специалистов в этом направлении не предпринималось. Ряд позднейших авторов, так или иначе касавшихся этого вопроса, пока не внесли в него ничего оригинального и огра­ ничивались обычно ссылками на изложенное выше мнение предыду­ щих исследователей. Так, автор известного исследования об этниче­ ском составе тюркских племен, Н. А. Аристов в вопросе о происхож­ дении современных каракалпаков ограничивается простым замечанием, что „может быть и правы те ученые, которые производят каракалпа­ ков от печенегов".* 12 М. А. Чапличка (Czaplicka), посвятившая специальное исследо­ вание истории и современному быту турок Средней Азии,3 также не сообщает каких-либо новых данных о происхождении каракалпаков, отмечая, что „трудно подтвердить, являются ли (современные) кара­ калпаки теми каракалпаками [?],4 которые в XI в. входили в состав населения южно-русского района". Автор считает возможным допус­ тить, что они „реэмигрировали в Азию из Европейской России в XIII в., когда этот народ, как предполагает Ховорс, образовал одно из пле­ мен (tribe) ногай-печенегов [?] на реке Яике". В такой же мере неясным данный вопрос считал и акад- В. В. Бартольд, утверждая, что „совершенно неизвестно, можно ли сблизить современных каракалпаков с „черными клобуками" средне­ вековых русских летописей".1 Основные трудности, с какими встречались исследователи дан­ ного вопроса, начиная уже с середины XIX в., не устранены полностью и до настоящего времени. Они заключаются, как уже отмечалось выше, в недостаточной разработанности материалов, вследствие чего историки вынуждены оперировать слишком общими фактами, не поз­ воляющими выделить те детальные моменты, с которыми связана история отдельных этнических групп. К числу дальнейших попыток подойти к выяснению данного воп­ роса следует отнести работу туркологов в части сравнительного изучения каракалпакского и печенежского языков. Связующим звеном между языками двух указанных народов является, как известно, поло­ вецкий (команский) язык, поскольку он отражен в дошедшем до нашего времени словаре команского наречия (так назыв. Codex Соша- nicus) и в ряде тюркско-арабских словарей. Что касается памятников печенежского языка, то они пока сводятся к небольшим фрагментам в виде отрывочных надписей, обнаруженных на предметах так назы­ ваемого печенежского клада. Сравнительное изучение словарного состава и диалектических особенностей указанных языков приводит проф. С. Е. Малова к заключению относительно сходства их до такой степени, что близкая связь обоих народов представляется весьма вероятной.1 2 3 Привлеченный туркологами материал однако настолько еще пока недостаточен, что те или иные окончательные выводы являются преждевременными. В процессе дальнейшего накопления языкового материала и научной его обработки должны быть показаны не только черты близкого родства между языками печенежским и каракалпакским, но также должно быть доказано, что эти черты не распространяются на другие современные тюркские языки, например казанский. Без установления последнего факта лингвистические доводы не могут претендовать на выполнение той важной вспомогательной роли, какую они могли бы сыграть в решении данного вопроса. Полное отсутствие письменных известий о судьбе народа „чер­ ных шапок", после..того как о них упоминает Рашид-эд-дин и Эн-Нувейри, и „неожиданное" появление каракалпаков в конце XVI в. в бассейне Сыр-дарьи — обстоятельство, которое заставляет с особым вниманием относиться ко всякому, хотя бы и малозначительному, ука­ занию, если оно может играть какую-нибудь роль в разъяснении данного вопроса. С этой точки зрения понятен тот интерес, какой проявлялся исследователями (Ховорс, Вамбери и др.) к историческим преданиям самих каракалпаков, записанным впервые около середины XVIII в. Рычковым.

Link to post
Share on other sites

...продолжение

Согласно собственному своему преданию, каракалпаки ведут свое происхождение от ногаев1 и древнейшей (известной им) роди­ ной своей считают правобережье Волги, „между Астраханского и Ка­ занского царств".1 2 Причиной выселения каракалпаков с берегов Волги, по одному сказанию, явилось разрушение принадлежавшего им города Булгара Тимуром („Миртамур", т. е. эмир Тимур, как в Средней Азии называют Тамерлана).3 По другому преданию кара­ калпаки выселились вследствие военных событий, связанных с завое­ ванием русскими Казани.4 Существует также предание (записанное значительно позже) о том, что предками каракалпаков построен город Казань, откуда они затем были вытеснены вследствие происходивших там смут.5 Перейдя таким образом на левый („бухарский") берег Волги, каракалпаки, по преданию, направились к Аральскому морю и, обойдя его с севера, расположились затем в низовьях реки Сыр­ дарьи6 Вамбери, в бытность свою в Хиве в 1863 г. слышал от кара­ калпаков рассказ о том, что „султаны ногаев" в прежнее время были из каракалпаков.7 Приведенными данными исчерпываются все основ­ ные указания каракалпакских преданий относительно древнейшего периода жизни этого народа.8 Повидимому для придания большего авторитета народному сказанию, ему уже в XVIII в. пытались припи­ сать книжное происхождение (,,в татарских книгах пишут"). 1 Если не придавать значения сомнительному рассказу о городе Булгаре, то можно отметить, что предание довольно правдоподобно изображает события конца XIV в., к которому, как известно, относится знамени­ тый поход Тамерлана против Золотоордынского хана Тохтамыша (1395 г.). Результатом военного поражения Тохтамыша явилось не только разрушение ряда городов Золотой орды, включая сюда и сто­ лицу ее Сарай, но также массовое передвижение кочевого населения. Последнее обстоятельство было вызвано, с одной стороны, бегством племен, потерпевших поражание на стороне Тохтамыша и стремившихся теперь спастись от окончательного истребления, а с другой желанием Едигея предохранить силы своих сторонников от возможных посяга­ тельств со стороны Тимура. С этой целью Едигей тайно от Тимура распорядился, по словам Ибн-Арабшаха, чтобы все его приверженцы и сочувствующие племена спешно откочевали в глухие отдаленные места, нигде не останавливаясь на своем пути, чтобы избежать напа­ дений со стороны войск Тамерлана.1 2 Обращение Едигея должно было, разумеется, относиться в первую очередь к тому племени, из которого он происходил сам, именно к мангытам (ногаям),3 и от которых, как указывалось выше, ведут свое происхождение и каракалпаки. Потомки Едигея, как известно, управляли ногаями на протяжении двух после­ дующих столетий (XV и XVI), вплоть до того момента, когда они подчи­ нились окончательно русским и потеряли свою самостоятельность.4 Может показаться, что, допустив наличие родственных связей каракалпаков с ногаями (мангытами), как это указывается в предании, мы в силу этого должны будем отрицать родство каракалпаков с кипчаками, поскольку ближайшая родословная последних ничего общего с мангытами не имеет.5 Между тем, как видно из предыдущего обзора, кипчаки являлись единственным племенем, в среде которого могли в том или ином виде сохраниться остатки печенежских племен. Таким образом отвергать связь каракалпаков с кипчаками было бы равносильно тому, чтобы притти к отрицательному решению вопроса о связи каракалпаков с племенем средневековых „черных шапок". Однако такое решение вопроса было бы допустимо лишь в том случае, если бы между кипчаками и ногаями не существовало связи. В дей­ ствительности же название „ногаи" имело первоначально политиче­ ское, а не этническое значение, так как в состав ногайских улусов входили не только мангыты, но и целый ряд других тюрко-монголь­ ских племен, включая и часть кипчаков.1 Наиболее ранние данные о родовой структуре каракалпаков1 2 также указывают на разнопле­ менность их состава и в частности на наличие среди них мангытов кипчаков,3 уйшунов и других племен, входивших в XVI — XVII в. в состав ногайцев. Это обстоятельство заставляет нас более подробно остановиться на вопросе о близости каракалпаков с ногаями в прошлом, о чем говорят как народные предания, так и изложенные выше выводы европейских исследователей, включая сюда и современных языкове- дов-туркологов.4 Исторические сведения о прошлом ногаев в XV в. настолько отры­ вочны, что позволяют говорить только о немногих отдельных фактах Ногаи занимали чрезвычайно выгодное положение между Золотой ордой и восточными ее областями, носившими название Белой орды. В связи с этим ногаи имели возможность играть весьма значительную политическую и торгово-посредническую роль как в казакских степях, так и на территории среднего Поволжья.5 В конце XV в. ногаи на востоке принимают участие в борьбе Мухаммеда-Шейбани с Бурун­дук-ханом1 и почти в то же время они осаждают Казань, с целью свержения сидевшего там московского ставленника Абд-ал-Лятифа.1 2 Еще более значительную роль ногаи играют в первой половине XVI в., когда они совершают, совместно с казанскими войсками, нападение на Нижний Новгород,3 не прекращая в то же время своих политиче­ ских сношений с Москвой и Крымом, и ведут самостоятельную поли­ тику в отношении Казанского и Астраханского ханств. Торговые сношения как с Москвой, так и с Казанью носят в этот период весьма оживленный характер. В такой же мере тесные отношения имеются у ногаев и с Средней Азией. Очертить территорию, которая занима­ лась ногайскими улусами в данный период, довольно трудно, так как районы их кочевий были разбросаны на большом расстоянии от их центра, находившегося в отдельные периоды или в низовьях Волги или в районе Сарайчика (на Яике). На востоке ногаи кочевали по левую сторону реки Яика, на северо-западе они доходили до Казани4 и дальше на восток охватывали долину реки Камы.5 В 1535 г. часть ногайцев занимала своими кочевьями также правобережье Волги, являясь таким образом полным хозяином низовьев этой реки. Сохранившиеся официальные документы показывают, что ногаи широко пользовались выгодами своего территориального положения, принимая участие в той оживленной торговле, которая происходила в этот период между Средней Азией и бассейном Волги.6 О степени политической независимости ногайских князей можно судить потому, что, несмотря на близкое соседство Астраханского ханства, они соби­ рали в свою пользу торговую пошлину с провозимых по Волге това­ ров.7 Иногда, как видно из тех же документов, они на почве распре­ деления собираемых сумм сталкивались с Астраханским ханством, становясь с ним во враждебные отношения.8 Завоевание русскими Казанского и Астраханского ханств оказала большое влияние на экономическое и политическое положение ногаев, поставив их в. полную зависимость от Москвы. Известно, насколько большое значение имело подчинение Астрахани для развития торго­ вого капитала Московской Руси и распространения его на восток от Каспийского моря. Уже в 1556 г. среди ногайцев стали говорить о том, что „нынче государь взял всю Волгу до моря, а ужо Сарайчик возмет и Яик весь и нам всем быти от него же взятым".1 Князь ногаев Исмаил-Мурза жалуется, что астраханский воевода поставил в устье Волги своего д а р у г у (сборщик налогов) и берет себе цели­ ком тамгу (пошлину с торговцев), лишив его той части, которой он раньше пользовался.1 2 Сужение пастбищ и поборы астраханского воеводы в значительной мере ухудшили хозяйственное положение массы кочевников и усилили взаимную вражду за власть между пред­ ставителями правящей группы. Среди ногайцев возникают две пар­ тии, из которых одна является сторонницей Москвы, а другая ориен­ тируется на Среднюю Азию. Представители последней партии груп­ пировались главным образом в восточной части ногайской террито­ рии, на Яике и на восток от него. В результате постоянных внутрен­ них войн между партиями скотоводческое хозяйство пришло в пол­ ный упадок, связанный с массовым разорением кочевого населения. „Улусы наши животиною обмерли и голодные есмя", пишет Исмаил Ивану IV.3 В основе ожесточенной борьбы между двумя названными партиями лежали причины хозяйственного характера, именно эконо­ мическое тяготение к Москве западной части ногайских улусов и тес­ ная торговая связь с Средней Азией их восточной территории. Это фор­ мулируется следующим письмом Исмаила к брату его Юсуфу, пред­ ставителю враждебной ему партии: „Твои люди ходят торговати в Бухару, а мои люди ходят к Москве, и только мне завоеватися (с Москвою) и мне самому ходить нагу, а которые люди и учнут ме- рети тем и саванов не будет".4 Потерпев неудачу в борьбе с московской партией, противники ее всегда имели возможность подвинуться со своими улусами на восток, в казакские степи, как это было например в 1557 г., когда племянники Исмаила ушли за Яик и нашли себе защиту среди каза­ ков. 5 6 Положение главы московской партии также было весьма шат­ ким, судя по сообщению Исмаила о том, что, когда его люди переходят на правый берег Волги, их астраханские власти задерживают из опа­ сения, чтобы они не ушли в Крым, а когда улусы направляются в сторону Яика, их также подвергают стеснениям, подозревая в наме­ рении перейти в Ургенч (Хиву).0 Та часть ногаев, которая находилась в самом устье Волги, подвергалась стеснениям со стороны астрахан­ ских властей, на что также встречаются жалобы в имеющейся пере­писке. 7

Link to post
Share on other sites

...продолжение

Наряду с этим быстро возростала роль устьев Волги в качестве транзитного пункта в торговле между Россией и Средней Азией. О размерах происходившей в этот период торговли можно судить по тому, что численность отдельных торговых караванов достигала 1000 верблюдов, как это было, например, в 1558 г., когда через Астрахань направлялся в Среднюю Азию известный английский купец и агент московского правительства Дженкинсон. В составленных им записках о своих путешествиях1 Дженкинсон сообщает некоторы подробности о жизни ногайских улусов, как он мог наблюдать их за время своего посещения. Благодаря междуусобным войнам все ногаи, по словам Дженкинсона, доведены до крайней степени разорения, следствием чего явился голод и повальные болезни, от которых погибло около 100 тыс. человек. Несмотря на обилие хороших пастбищ, страна, через которую проезжал Дженкинсон, казалась ему необитаемой. „Когда ногаи жили благополучно,— говорит Дженкинсон,— они делились на различные группы, называемые ордами. Каждая орда имела своего правителя, который почитался как король и назывался мур­ зою. Городов или домов они не имеют, но живут в открытом поле... Когда они передвигаются, то свои дома, похожие на палатки (tent), помещают на повозки (waggon), или телеги (cart) и на вер­ блюдах перевозят их с места на место, передвигая на них своих жен, детей и имущество... Они не имеют денег и меняют свой скот на одежду и другие необходимые вещиа. Из дальнейших сообщений Дженкинсона видно, что ногайцы не были знакомы с земледелием и не потребляли хлеба, называя его „верхушками сорной травы * и питаясь исключительно мясом и молоком. Сведения о переживавшейся ногаями хозяйственно-политической катастрофе подтверждаются также показаниями московского посла у ногаев, который в том же 1558 г. доносит Ивану IV: „А ногаи про­ пали. .. немного их с Исмаилом осталось, да с детьми его, да и те в розни. Дети Исмаила не слушают. А ше с т ь б р а т ь е в , 1 2 3 Ших- Мамевы дети на Яике, а с Исмаилом не в миру, а Кошумовы дети 2 в Крым пошли". Изложенные обстоятельства с достаточной отчетливостью пока­ зывают, насколько тревожна была обстановка в ногайских улусах и в какой мере способствовала она, в частности, территориальному их раздроблению. В приведенном сообщении «московского посла заслужи­ вает внимания сообщение о „шести братьях*' (алтыульцах), занимав­ ших, как видно из письма, восточное положение по отношению к остальным частям ногаев. Позднейшие русские документы, как это будет видно из дальнейшего изложения, упоминают о набегах этой части ногаев на московские окраины, а также ограблении ими кара­ ванов, причем алтыулы выступают здесь уже совместно с каракал­ паками. Представляется поэтому довольно вероятным допустить, как это и делается Ховорсом, что каракалпаки и в данное время вхо­ дили в состав алтыульского улуса, совместно с которым они пере­ двигались постепенно на восток, до тех пор пока они, сорока годами позже (1598), не получили известности в качестве народа, населяю­ щего низовья Сыр-дарьи.1 В подтверждение изложенной догадки можно было бы сослаться на „отписку“ самарского воеводы в посоль­ ский приказ в 1586 г., в которой, между прочим, сообщается о борьбе ногаев с появившимися к тому времени на Яике яицкими казаками. -Собираясь выступить против яицких казаков, ногайский мирза Орус говорит, что в случае неудачи этого предприятия они (ногайцы) вынуж­ дены будут откочевать за реку Сыр (Сырь-дарью).1 2 Это обстоятельство показывает, что бассейн Сыр-дарьи уже в рассматриваемое время являлся для ногаев достаточно знакомой территорией, передвижение на которую для них не являлись необычным. Та же переписка астра­ ханского воеводы подчеркивает тесную экономическую зависимость восточных ногаев от районов Средней Азии, указывая на бедственное положение ногайских улусов, вследствие того, что „бухарский царь** не пускает к ним своих купцов.3 В своем дальнейшем продвижении в средне-азиатские степи ногаи должны были в конце концов столк­ нуться с казаками, переживавшими во второй половине XVI в. эпоху политического подъема. По словам одного из московских послов у ногаев казаки в 1577 г. произвели нападение на восточные ногай­ ские улусы, угрожая прогнать их за Яик.4 При таких условиях мас­ совое организованное продвижение в Среднюю Азию ногайских улу­ сов должно было смениться разрозненным переходом отдельных незначительных групп, присоединявшихся затем к казанским родам и действовавшим заодно с ними. Этот процесс перехода к казакам носил повидимому весьма значительные размеры, особенн о усилив щись после гибели одного из виднейших ногайских князей Орманбета в конце XVI в.1 В результате всех изложенных условий ногайская орда к началу следующего (XVII) столетия разделилась окончательно на три части, из которых первые две занимали районы Кубани, Азова» Терека и отчасти низовьев Волги, а третья часть, носившая название больших ногаев, располагалась на восток от Яика.1 2 Конец существования больших ногаев в качестве самостоятельной территориально-полити­ ческой единицы был связан с появлением в долине Яика и в низовьях Волги калмыков в начале второго десятилетия XVII в. и окончатель­ ным их укреплением в этих районах в начале тридцатых годов того же столетия. Ко времени прихода калмыков ногаи уже не предста­ вляли сколько-нибудь значительной силы и не могли оказать серьезного сопротивления завоевателям. Первые столкновения с калмыками проис­ ходили у ногаев еще в тот период, когда главные силы калмыцкого пред­ водителя Хо-Орлока находились в пределах Западной Сибири. После того как выяснилась слабость ногаев, главные силы калмыков продвинулись на юго-запад, где ими были подчинены ногайские племена, занимав­шие долину Эмбы, после чего было закончено подчинение улусов, кочевавших на реке Яике.3 Некоторая часть ногайцев должна была, отодвинуться дальше на север, часть их откочевала на правый берег Волгин перешла в Крым,4 а некоторые улусы передвинулись в сто­ рону Ургенча (Хивы).5 Подводя некоторые итоги сказанному, следует констатировать, что рассматривавшийся до сих пор нами материал по истории ногаев не дает каких-либо положительных указаний о каракалпаках и уча­ стии их в исторических событидх XVI в. Однако ряд известных фактов ближайших десятилетий XVII столетия с полной достоверностью ука­ зывает на то, что оба эти народа находятся в непосредственной бли­ зости и выступают совместно на той же территории, которая при­ надлежит ногаям в XVI в. Для того чтобы объяснить имеющееся противоречие, мы или должны допустить, что каракалпаки присоеди­ нились к ногаям позже, именно в начале XVII в., или искать объясне­ ний в том, что находящийся в нашем распоряжении материал о ногаях не настолько достаточен, чтобы на основании его можно было притти к положительному разрешению данного вопроса. Считая, с своей стороны, что последнее предположение является более обоснованным, мы должны таким образом допустить, что территориальная близость каракалпаков с ногаями должна была существовать и в XVI в. Прежде чем переходить к рассмотрению дальнейшего материала, ознакомимся в общих чертах с исторической обстановкой той части Средней Азии, где в конце XVI в. впервые появляются каракалпаки под своим современным названием.

...далее по желанию, если кому интересно.

Link to post
Share on other sites
1 час назад, Kamal сказал:

...продолжение

Рашид-эд-дин, писавший свой знаменитый „Сборник летописей“ в первом десятилетии XIV в., помещает в нем, между прочим, рас­ сказ о походе монголов в Южную Россию в 1239 г., где на ряду с русскими отмечается также „народ черных шапок* (каум-и-куляЬ- и-сияЬ),4 под которыми, очевидно, необходимо разуметь черных кло­ буков русских летописей, хотя в последних этого названия в XIII в. уже не встречается. Военное поражение, нанесенное монголами кипчакам, положило конец их политическому преобладанию,5 но оно не могло подорвать их хозяйственной базы, поскольку сами монголы были не в состоянии освоить вес степные пастбища юго-восточной России. Большая часть монгольских войск ушла, как известно, после завоевания России обратно, а оставшиеся монгольские племена, по словам арабского писателя XIV в. Эл-Омари, „смешались и породнились с ними (кип­ чаками), и земля одержала верх над природными и расовыми каче­ ствами их, и все они стали точно кипчаки, как будто они одного с ними р о д а ../.1 Другой из арабских писателей, Эн-Нувейри (ум. 1333 г.), описывающий быт кипчаков Золотой орды1 2 и сообщающий, между прочим, список одиннадцати кипчакских родовых делений, указывает в числе последних род, носивший название „черношапочников"—кара- ббркли,3 очевидно тождественных с „черными клобукамим русских летописей и „народом черных шапок" Рашид-эд-дина. Таким обра­ зом можно констатировать тот факт, что та или иная часть печенеж­ ских племен, несмотря на происходившее их смешение с кипчаками и вероятно с другими тюрко-монгольскими народностями, не подвер­ глась до XIII в. окончательному растворению в их массе и вошла в состав населения Золотой орды в качестве отдельной социально­ этнической единицы, хотя и составлявшей формально одно из кипчакских племен. Приведенными известиями исчерпываются имеющиеся в нашем распоряжении сведения о судьбе средневекового тюркского племени „черных шапок“. На протяжении дальнейших сто­ летий они в доступных в настоящее время источниках не упоми­ наются. Произошло ли окончательное слияние их с массой окружаю­ щих народностей, или они продолжали свое дальнейшее существова­ ние,— остается таким образом невыясненным. Распространение в России и Европе сведений о каракалпаках,4 получивших известность в степях к востоку от Волги в XVII в. и близко напоминавших названием своим средневековый народ „черных шапок", не могло не возбудить среди историков вопроса о родстве этого народа с печенегами, тем более что народные предания самих каракалпаков говорили о необычном для тюркских племен средне­ вековья движении с запада на восток. Первое по времени высказанное по этому поводу замечание при­ надлежит известному ориенталисту Доссону, который в своем пере­ воде и примечании к указанному выше месту сочинения Рашид-эд- дина о походе монгольских принцев в страну русских и народа „черных шапок* (каум-и-куляЬ-и-сияЬ) говорит: „...они завоевали страну русских и черных шапок (каракалпаки); это—черные клобуки русских летописцев".1 Таким образом здесь впервые дается тюркский перевод („кара­ калпак") встречающихся в летописях и у Рашид-эд-дина выражений „черные клобуки* и „черные шапки". Вследствие того, что данный перевод не сопровождается какими - либо пояснениями, естественно возникает вопрос о допустимости перевода русского слова „клобук* и персидского „куляй* тюркским словом „калпак". Приведенное выше место из сочинения Эн-Нувейри показывает, что для обозначения слова „шапка* у кипчаков, а следовательно и у печенегов, поскольку языки их относятся к одной и той же группе, употреблялось слово „ббрк*, и таким образом выражениям „черные клобуки* и „черные шапки* должно больше соответствовать употреблявшееся в XIII— XIV вв. выражение „кара-ббркли“, чем современное „каракалпаки*. Приво­ дившиеся выше названия казанских родов „кызыл-ббрк* и „конур- ббрк" также указывают на большую распространенность в подобных случаях слова „ббрк“, чем „калпак". Таким образом сделанная Доссоном попытка исторического отождествления „черных клобуков" с „кара­ калпаками* основывается исключительно на доводах лингвистиче­ ского характера, притом без всяких попыток их соответствующего обоснования, а потому вряд ли может быть признана вполне убеди­ тельной. 1 2 Лет через двадцать после Доссона этот же отрывок из Рашид- эд-дина был переведен на русский язык проф. Березиным, который по поводу племени „черных шапок* говорит, что „это не что иное, как «черные клобуки» русских летописей, по-тюрски «каракалпак», „черная шапка".3 Не ссылаясь здесь на Доссона, Березин почти буквально повторяет все сказанное последним по поводу „черных шапок* Рашид-эд-дина. В качестве некоторого подтверждения своей мысли автор останавливается попутно на том неясном месте „Исто­ рии* Карамзина, где последний отмечает, что „черные клобуки* в рус­ ских летописях иногда называются черкасами, о чем мы уже упоми­ нали. По этому поводу Н. И. Березиным выражается вполне правдо­подобная мысль о том, что печенеги, или каракалпаки, как он их называет, могли смешиваться не только с соседними тюркскими пле­ менами (кипчаков и других), но и с так называемыми черкасами, утрачивая в этом смешении свое родовое название и принимая чужое. Это явление, по словам Березина, наблюдается и в новейшей истории каракалпаков. Несмотря на весьма удачную аналогию, которая, впрочем, оди­ наково применима не только к каракалпакам, но целому ряду и дру­ гих народностей, основное утверждение автора о тождестве „черных клобуков* с „каракалпаками*4 все же основывается, как и у Доссона, целиком на формальном сходстве их названий и не может считаться доказанным. Значительно более детально останавливается на данном вопросе автор известного обширного сочинения по истории монголов, Ховорс (Н. Howorth), являющийся последовательным сторонником полного отождествления современных каракалпаков со средневековыми пече­ негами. 1 Несмотря на то, что работа Ховорса, вследствие незнаком­ ства автора с восточными языками и вытекающей отсюда зависимо­ сти его от переводчиков, носит компилятивный характер, она все же пользуется до сих пор сравнительно широким распространением и заслуживает разбора в той своей части, где автор затрагивает интересующий нас вопрос.1 2 Свои рассуждения о полном тождестве современных каракалпаков с печенегами или „черными шапками" Рашид-эд-дина Ховорс основывает главным образом на том, что сбли­ жает предварительно печенегов с ногаями и уже этих последних с каракалпаками. „Название «черных шапок», или каракалпаков,—говорит Ховорс,— это хорошо известное среди тюрок племенное наименование, соста­ вляющее одно из подразделений ногаев**.3 45 Поясняя в другом.месте4 эту мысль более подробно, автор сообщает, что „когда происходил раздел улуса Джучи (Золотой орды), то на долю одного из его сыно­ вей, Тевала,5 достались те смешанные тюркские племена, которые ранее назывались печенегами и предшествовали собственно кипчакам в Южной России. После смерти Тевала эти племена достались в удел сыну его, Татару (Tartar), а затем внуку его, Ногаю, от имени кото­ рого они и стали называться ногаями. Они поселились на Волге и на восток от нее“. Ссылаясь затем на слова Карамзина о том, что в на­ чале XVII в. ногайцы разделялись на три орды, одна из которых называлась алтаульскою1 и занимала степи вблизи Аральского моря, Ховорс добавляет далее, что „эта орда постепенно стала передви­ гаться на восток, после чего всякие сведения о ней прекращаются на много лет“. 1 2 3 Впоследствии.8 „когда сведения об этой орде поя­ вились снова, она становится известной уже под именем каракалпа­ ков, названных так в связи с носимыми ими черными шапками". „Не может быть сомнения, — говорит Ховорс, — что каракалпаки — суть ногаи“. 4 Далее автор останавливается на антропологических призна­ ках, общих для каракалпаков и печенегов.5 В силу всех изложенных соображений автор склонен считать мангытов (ногаев) и каракалпаков в качестве потомков (ascendans) печенегов.6 * Несмотря на всю свою внешнюю законченность и после­ довательность, схема Ховорса имеет ряд существенных недостатков, лишающих ее значительной доли убедительности. Прежде всего это касается вопроса о печенегах, которые, как будет показано ниже, не встречаются в исторических источниках в качестве самостоятельного народа в монгольский период. Упоминания Рашид-эд-дина о племени черных шапок конечно заслуживает внимания, но вместе с тем нельзя упускать из вида свидетельства Эн-Нувейри, рассматривающего это племя лишь в качестве одного из одиннадцати кипчакских родов, ничем не выделявшегося при этом из общей массы, кроме своего названия. Это обстоятельство говорит за то, что изложенный выше процесс слияния печенегов с кипчаками (половцами) имел своим результатом растворение большей части печенегов в массе кипчак­ ских племен уже к первой половине XIII в. Это же подтверждается всеми известными нам писателями XIII—XIV вв., которые в качестве основного населения Золотой орды называют только кипчаков, нигде не упоминая о печенегах.1 Таким образом нет достаточных оснований утверждать, что в удел Тевала, после смерти Джучи, вошли племена, носившие прежде название печенегов, не уделяя при этом главного внимания кипчакам. Таким же чрезмерным упрощением отличаются взгляды нашего автора на образование ногайской орды, как улуса Ногая, переселенного затем на Волгу и Урал. Описывая события, последовавшие вслед за поражением и убийством Ногая в 1300 г., Рукн-эд-дин Бейбарс сообщает, что бывшие' владения Ногая были распределены между сыновьями Токта хана Тукуй бугой и Ильбаса» ром, из которых первый „утвердился в Исакчи, на реке Дунае н на местах, прилегающих к Железным Воротам (Дербент), где находились становища Ногая, а Ильбасар устроился на реке Яике“. 1 2 Из других сообщений видно, что Ногай при жизни своей распоряжался также Крымом. Приведенные сведения показывают, во-первых, что владе­ ния Ногая были чрезвычайно обширны и, во-вторых, что племена, населявшие при жизни его бассейн Яика, также входили в его удел, но отсюда нельзя сделать вывода, что эти племена составились из переселенцев из южной части Дешт-и-кипчака, где, по Ховорсу, пред­ полагается существование печенегов. Описывая поход золотоордынского хана в Венгрию в 1385 г., венгерские историки отмечают, что ханские войска состояли из ком а нов (половцев) и ногайских татар.3 Это обстоятельство говорит, по нашему мнению, за то, что даже во времена Ногая кипчаки (команы) отличались современниками от той смешанной группы племен, которая была подчинена Ногаю и называлась тогда „ногайскими татарами" и которую, позже стали называть просто ногайцами. Переходя затем к рассмотрению истории ногаев в XVI—XVII вв., автор слишком мало уделяет внимания предшествующим событиям, связанным с распадением Золотой орды и обусловившим собою целый ряд сложных миграционных движений различных племен. Как будет показано в дальнейшем изложении, последнее обстоятельство в значи­тельной мере отразилось и на составе населения заволжских степей и, в частности, бассейна реки Яика.

Ув.Камал. я, все-таки, считаю, что нужно учитывать значение понятия "свои поганые" при обозначении ЧК во времена Древней Руси. Вопрос - когда ислам был принят Каракалпаками? Посмотрите по приведенной ниже ссылке... понятие "поганые" могло в более поздний период обозначать всех иноверцев, но четко подразделяло представителей ислама, иудаизма и т.д. как "чужие поганые". "Свои же поганые"  оставались в прежнем значении этого термина - "язычники", во всяком случае, они не принадлежали в то время ни к одной из известных крупных религий. Именно поэтому не было религиозного барьера между ними и православными, т.к. язычники считались всего лишь "неразумными, не познавшими истинной веры". https://cyrillitsa.ru/history/99910-svoi-poganye-pochemu-russkie-tak-naz.html

Это не исключает, что  в происхождении современных каракалпаков могли принимать участие те же народы, которые составляли ядро ЧК.

Link to post
Share on other sites
On 10/27/2020 at 11:31 PM, Kamal said:

каракытай

 

6. 王紀剌 ван-цзи-ла (транскрипция для ongγira[t]), (х)унгират. Т.е. это известное во времена Чингисхана племя хунгират (анда-куда, т.е. род —— брачный партнер для рода борджигин, т.е. рода Чингисхана). В «Цзинь ши» и "Юань ши" название этого племени передано сходно 一 как "гуанцзила" и "хунцзила", соответственно.

 

Link to post
Share on other sites
20 hours ago, Карай said:

Ув.Камал. я, все-таки, считаю, что нужно учитывать значение понятия "свои поганые" при обозначении ЧК во времена Древней Руси. Вопрос - когда ислам был принят Каракалпаками? Посмотрите по приведенной ниже ссылке... понятие "поганые" могло в более поздний период обозначать всех иноверцев, но четко подразделяло представителей ислама, иудаизма и т.д. как "чужие поганые". "Свои же поганые"  оставались в прежнем значении этого термина - "язычники", во всяком случае, они не принадлежали в то время ни к одной из известных крупных религий. Именно поэтому не было религиозного барьера между ними и православными, т.к. язычники считались всего лишь "неразумными, не познавшими истинной веры". https://cyrillitsa.ru/history/99910-svoi-poganye-pochemu-russkie-tak-naz.html

Это не исключает, что  в происхождении современных каракалпаков могли принимать участие те же народы, которые составляли ядро ЧК.

Мне неизвестно, да и нигде не написано о религии Черных клобуков, скорее всего были язычниками. "Свои поганые" возможно адресовано тем черноклобуцким племенам, которые непосредственно служили русским князьям, так как другая часть этих племен служила вражеской стороне (половцам), в источниках есть упоминания о неких родственниках ЧК среди половцев, против кого те отказывались сражаться.

Черкасы, конечно поздние поселенцы, но были и чисто черноклобуцкие племена, которые осели и ославянились еще до прихода монголов.

Например, Бубенок О.Б. "Следы исчезнувших торков северного Причерноморья" пишет, -  Скажем так, внутренняя политика монголов по отношению к покоренному оседлому земледельческому населению резко отличалась от тех действий, которые проводили монгольские завоеватели относительно завоеванных племен кочевников. В первом случае, несмотря на то что земледельцы в Улусе Джучи занимали более низкий социальный статус, чем кочевники, они оставались на местах своего прежнего проживания, выполняя установленные монголами налоги и повинности. К числу этого населения можно отнести славян и проживавших в их среде торков. Что же касается кочевого населения, то, вопреки более привилегированному положению кочевников в Золотой Орде, монголо-татары стремились уничтожить прежние племенные формирования своих предшественников. В соответствии с традициями предыдущих кочевых обществ монголы дробили прежние племенные образования на родовые группы и включали их на правах родов в состав новых племен. При этом представители одного прежнего племени кочевников могли оказаться в составе новых племен, находившихся в составе разных улусов Золотой Орды. Это соответствовало новой созданной монголами военно- административной системе. Пример с кипчаками является наилучшим подтверждением этого. Как видим, такая же судьба постигла и большинство черных клобуков Поросья.  

 

Что касается Черкес, то даже в Вашей ссылке повторяют, что "еже зовутся черкесы" приписка 16 века. А потом, ведь у каракалпакских мангытов тоже есть род Серкесы, интересно, имеют ли они отношение?! 

 Период XIII−XIV веков характеризуется массовой миграцией черкасов в регион среднего Поднепровья (от устья Десны до острова Хортица, — конец Днепровских порогов), получивший в связи с этим наименование «Черкасии»
Хотко С. Х. Генуя и Черкесия: политическое и культурное взаимодействие в 13−15 вв. // Сборник Русского исторического общества. — Т. 4. (152). — М. — 2002. — С. 195.


В. Н. Татищев в «Истории Российской с самых древнейших времён» указывает, что курский баскак (губернатор) Ахмат вызвал часть черкасов с горы Бештау и Пятигорья:
« Оные прежде из кабар­динских черкес в 14-м веке в княжестве Курском, под властью татар собравши множество сброда, слободы населили и воров­ством промышляли, и из-за многих на них жалоб татарским губернатором на Днепр переведены, и град Черкасы по­строили. Потом, усмотрев польское беспутное правление, всю Малую Русь в казаков превратили, гетмана или отомана из­брав, все черкесами поименовались.

Link to post
Share on other sites
10 hours ago, Steppe Man said:

каракытай

В данной теме пока что не видел о каркытаях никаких упоминаний. Подробно ознакомиться с каракалпакскими кытаями скорее всего можно будет через книгу Зия Куртера "Каракалпак", которую я уже 10 лет ищу. В одной каракалпакской статье читал, что главная речь в данной книге о кытаях.

Лично по своему соображению, думаю, что кытаи появились среди каракалпаков в Золотоордынскую эпоху, не раньше 14 века.

Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now




×
×
  • Create New...