Jump to content



Recommended Posts

Жуны (кит. трад. , пиньинь: Róng, палл.: жун — букв. воинственное племя) — китайское название племён, обитавших вдоль северных и северо-западных границ империи Чжоу (1123—254-е годы до н.э.). Традиционно рассматриваются как протомонгольские и прототангутские племена.

Расселение[править | править код]

Кочевники, населявшие Центральную Азию в VIIVI веках до н.э., именуются Сыма Цянем жунами или ди (бэйди). Позднее их стали называть ху (букв. чужестранный, варварский)[1].

Жуны занимали территорию, весьма однородную по ландшафту и монолитную: на северо-западе они населяли оазис Хами[2], где граничили с индоевропейскими чешисцами, обитавшими в Турфане; на юго-западе они владели берегами озера Лобнор и Черчен-Дарьи, примыкая к Хотану и горам Алтынтага, где кочевали тибетцы — жокянь (или эрркян); жунам принадлежало также плоскогорье Цайдам, а родственные им племена ди жили в северной Сычуани[3].

Главная масса жунских племен группировалась в Северном Китае. В провинции Хэбэй жили племена: бэйжун (они же шаньжун), цзяши (ответвление племени чиди), сяньлюй, фэй и гу (ответвления племени байди), учжун. Общее их название было — бэйди. На западе жили племена, получившие общее название жунди. Они обитали среди китайского населения, не смешиваясь с ним, в провинциях: Шэньси — дажуны, лижуны, цюаньжуны; Ганьсу — сяожуны; Хэнани и Шаньси — маожуны, байди, чиди, цянцзюжуны, луши, люсюй и дочэнь[4]. К жунскому племени принадлежали кочевые племена лэуфань и баянь. Лэуфань вначале проживали в Шаньси (в области современной Тайюань)[5], но позже переселились в Ордос[3]. Лэуфань слились с хуннами во II в. до н.э. Икюйские жуны обитали между Хуанхэ и Вэй, севернее устья Вэй[6]. Также упоминаются следующие этнические названия: сижуны, юаньжуны[7], цзянжуны, лежуны, гуаньжуны[8].

Этническая принадлежность[править | править код]

Жуны традиционно рассматриваются как протомонгольские и прототангутские племена[9][10][11][12][8].

Жуны — предки хунну и монголов[править | править код]

Согласно Д.Д. Дондоковой, жуны делились на цюань-жунов и шань-жунов. Шань-жуны ею названы предками дун-ху, несомненно, генетически связанными с монгольской этнической общностью[9]. По Л.Н. Гумилёву, шаньжуны (горные жуны) — самое восточное племя жунов, обитавшее на склонах Хингана и Иньшаня. Шаньжуны слились частью с восточными монголами — дунху, частью — с хуннами. Не менее интенсивно сливались они с китайцами, а на западе — с тибетцами[13]. Цюаньжуны — название одного из северо-западных племен. Они назывались также цюаньи или куньи (хуньи). Упоминаются в Хань шу, в Чжу-шу цзи нянь и других древних книгах[14].

Согласно Н.Я. Бичурину, шань-жуны — название монгольского поколения, до II в. до н.э. обитавшего на землях, занимаемых ныне аймаками аохань, наймань и корцинь во Внутренней Монголии[15]. Янь Шы-гу, живший в VII веке[16], писал, что поколения шань-жунов и дун-ху были предками древних монголов ухуаньцев и сяньби[17][10]. П.Б. Коновалов в трактовке Бортэ-Чино, легендарного предка монголов, как сына тибетского правителя усматривает древние генетические связи предков монголов с племенами жун, часть которых явилась и предками тибетских племен[11]. Л.Л. Викторова в числе племен и народов генетически связанных с монголами упоминает цюань-жунов, шань-жунов, бэйди и дунху[12].

Сыма Цянь отождествляет хуннов с шань-жунами[10]. Жунов и ди (бэйди) шанцы и чжоусцы называли общим именем жунди, а также гуйфан, хуньи, цюаньи, цюаньжун, сюньюй, сяньюн. После периода Чжаньго их также называли ху и сюнну (хунну)[18].

В.Ш. Бембеев отмечал языковые сходства и общность обычаев у бэйди, протомонголов дунху, хунну и тугю[19]. Б.Р. Зориктуев также отождествляет бэйди с предками монголов и бурят, отмеченных в монгольских летописях как «бэда, бэди, бида»[20].

Ван Го-вэй (1877—1927 гг.) на основе анализа надписей на бронзе, а также структуры иероглифов, в результате фонетических изысканий и сопоставления полученных данных с материалами различных источников пришел к выводу, что встречающиеся в источниках племенные названия гуйфан, хуньи, сюньюй, сяньюнь, жун, ди (бэйди) и ху обозначали один и тот же народ, вошедший позднее в историю под именем сюнну[21]. Достаточно убедительно разработанная теория Ван Го-вэя нашла сторонников среди большинства китайских историков. Таким образом, сюнну были издавна известны в Китае под paзличными названиями. На стыке династий Шан и Чжоу они носили названия: гуйфан, хуньи или сюньюй, при династии Чжоу — сяньюнь, в начале периода Чуньцю — жун, а затем ди. Начиная с периода Чжань-го их называли ху или сюнну[22].

В дальнейшем ряд исследователей также поддержали данную теорию, считая, что племена, входившие в общность сяньюнь[23], чуньвэй (шуньвэй)[24], хуньи[22][25], цюаньи[18], сюньюй, жун, шань-жун[26], цюань-жун, гуйфан, бэйди (ди)[27], представляли собой предков хунну. Согласно Н.Я. Бичурину, хуньюй, хяньюнь и хунну — три разные названия одному и тому же народу, известному ныне под названием монголов[28].

Жуны — предки тангутов[править | править код]

Западные жуны (сижуны) стали предками тангутов. Согласно Л.Н. Гумилёву, после поражения от китайцев жуны слились с кочевыми тибетцами-дансянами; из этого слияния возникли тангуты[6]. Как считают некоторые ученые, цюаньжуны в Период Сражающихся царств говорили на тибето-бирманских языках[29][30].

Согласно Г.Е. Грумм-Гржимайло, «тангуты — народ, возникший из смешения ди и цянов (тибетцев)»[31]. Дисцы и тангуты были полукочевыми и земледельческими племенами. Предполагается, что народность байма, подгруппа тибетцев, проживающая в настоящее время на юго-востоке провинции Ганьсу и северо-западе провинции Сычуань, происходит от этих племён ди.

В этническом формировании западных жунов и тангутов прослеживается смешение монголоидных и европеоидных черт. По всей вероятности, данный факт объясняется индоарийскими миграциями. Тангуты, которые ответвились от жунов[32][33], были исконным монголоидным народом, как и другие тибето-бирманские народы, при этом, согласно некоторым источникам, в них прослеживаются европеоидные черты. Н.М. Пржевальский писал, что тангуты отчасти напоминают цыган[34]. О смешении монголоидных и европеоидных черт у тангутов также пишут Г.Е. Грумм-Гржимайло[35], П.К. Козлов[36], В.А. Обручев[37].

Древний китайский источник «История гаочэ» (VI в.) сообщает, что чиди — предки динлинов, в период Вёсен и Осеней (722 г. до н.э. — 481 г. до н.э) были в Северо-Западном Китае. Но учёные не нашли археологических доказательств миграции чиди в Сибирь. Племена чиди, возможно, были в составе племенного союза ди — потомков древних жунов[38]. Янь Шигу (VII в.) в своих комментариях использовал слова жун и ху как собирательное название воинственных племён и причислял усуней к жунским народам[39].

 

https://ru.wikipedia.org/wiki/Жун

Link to comment
Share on other sites

Я не понял, что нужно обсуждать у Жуннов, так как приведена общая информация из справочников и первоисточников и в ней нет противоречий. 

Если были хотя бы некоторые сведения по генетике Жаннов и Монголов, можно было бы генетическое родство Жуннов,.Монголов  или Тангутов.

Также нет информации о языковых совпадениях современных народов и Жуннов, можно было бы  анализировать языковую принадлежность Жуннов.и кто потомки Жуннов.

Nurlan51

 Вставить медиа

Link to comment
Share on other sites

02.03.2019 в 00:12, Nurlan51 сказал:

Я не понял, что нужно обсуждать у Жуннов, так как приведена общая информация из справочников и первоисточников и в ней нет противоречий. 

Если были хотя бы некоторые сведения по генетике Жаннов и Монголов, можно было бы генетическое родство Жуннов,.Монголов  или Тангутов.

Также нет информации о языковых совпадениях современных народов и Жуннов, можно было бы  анализировать языковую принадлежность Жуннов.и кто потомки Жуннов.

Nurlan51

 Вставить медиа

У Лоуфаней в Китае гаплогруппа C3. Лоуфани часть жунов. 

Link to comment
Share on other sites

Есть работа китайского учёного на эту тему. Когда впервые открыл, то там была карта настолько далеко на юг были распространены жуны. Китаец выделяет 2 пояса инородцев: 1-й пояс составляли жуны, которые антропологически близки к китайцам, 2-й пояс составляли люди, принадлежавшие скифо-сибирскому миру, северные монголоиды. Затем в период расширения китайских царств все 2 пояса были ассимилированы. Работа была на английском языке. 

Тот электронный ресурс, который впервые открыл стал просить 30 евро за статью. Сегодня оплатил, но статья всё равно недоступна. На другом сайте имеется возможность непосредственно просить автора поделиться статьёй.

Статья, которую перевёл гугл-транслитом с английского языка, называется: Структура археологических культур в северном Китае в период Восточного Чжоу до династии Цинь - также на взаимодействиях между этническими группами Жун, Ди и Ху и Центральными равнинами.

1) https://www.degruyter.com/view/journals/char/16/1/article-p178.xml#j_char-2016-0017_fig_001_w2aab2b8d309b1b7b1ab1ab2b3Aa. Эта первая ссылка, которую сперва прочитал, но позже стал просить денег.

2) https://www.researchgate.net/publication/310592831_The_pattern_of_archaeological_cultures_in_northern_China_during_the_Eastern_Zhou_Period_to_the_Qin_Dynasty_-_also_on_the_interactions_among_the_Rong_Di_and_Hu_ethnic_groups_and_the_Central_Plains. Вторая ссылка, где можно попросить статью у автора.

 

 

Link to comment
Share on other sites

В 2016 году в степях недалеко от Караганды археологи раскопали древнюю пирамиду, сложенную из каменных плит. Изучив сооружение, ученые установили, что это мавзолей могущественного вождя, возведенный в Сарыарке в эпоху бронзы, около 3500 лет назад.

Это археологическое открытие стало настоящей сенсацией: пирамида очень напоминала знаменитые египетские пирамиды, особенно  ступенчатую пирамиду фараона Джосера.

Как появился в бескрайних казахских степях таинственный собрат «египтян», читателям «Комсомолки» рассказал казахстанский археолог, руководитель Департамента международных связей Центра сближения культур, эксперт ЮНЕСКО, кандидат исторических наук Виктор Новоженов .

Откуда в казахской степи пирамиды?

- Могильник Каражартас археологи изучают уже много лет, -­ сообщил Виктор Новоженов. -­ Впервые подобную пирамиду на земле Казахстана обнаружили еще в 30-­х годах прошлого века. В 1933 году археологическая экспедиция Грязнова и Рыкова раскопала мавзолей, ставший известным в науке под именем Дандыбай. Соответственно, культура, которой принадлежали эти памятники, получила название бегазы­-дандыбаевской. Кстати, находился он на территории Карлага, а в раскопках помогали заключенные. Об этом мавзолее было много написано, созданы подробные чертежи, но уже спустя десятилетия найти его никто не мог. Моя археологическая юность, можно сказать, началась с поисков этого мавзолея. Как оказалось, позднее на месте лагеря было устроено водохранилище, которое и скрыло место раскопок под толщей воды. Уже в наше время подобный мавзолей обнаружил карагандинский археолог Виктор Варфоломеев. Но в силу ряда причин раскопать его не удавалось, и вот наконец в 2016 году экспедиция под руководством другого карагандинского археолога ­ Игоря Кукушкина ­ провела раскопки и подробно исследовала его. И уже в этом году группа специалистов под руководством его коллеги Армана Бейсенова провела реконструкцию пирамиды, сумев восстановить ее облик.

Link to comment
Share on other sites

Еще отец казахстанской археологии Алькей Маргулан отдал много времени и сил, исследуя памятники бегазы-­дандыбаевской культуры. Именно в ней впервые появились такие монументальные мавзолеи. До этого на территории Казахстана была андроновская культура, это были европеоиды с индоиранскими корнями, у них таких погребальных сооружений не было. И вдруг на рубеже второго и третьего тысячелетий до нашей эры внезапно появляются люди совершенно другой культуры, хозяйственного уклада и даже облика -­ они были монголоидами.

Итак, откуда же взялся народ, построивший эти пирамиды? Народ «тура», создавший бегазы-­дандыбаевскую культуру, сформировался в условиях, когда языковое и культурное влияние прототюрков­-жунов наложилось на местное ираноязычное население. По одной из гипотез, кочевые прото­тюркские племена, или жуны (а несколько позже ­- древнейший пратюркский народ хьянъюн), послужили эпицентром кочевнических волн, которые, захлестнув север Центральной Азии, докатились до крайних западных пределов евразийских степей. Передвижения кочевников были, видимо, стремительными и в большинстве случаев не оставляли после себя заметных следов в материальной культуре. Однако они привели к изменениям местного населения на генетическом уровне, а в антропологическом отношении способствовали появлению монголоидных черт в облике местного, прежде европеоидного, населения.

НОМАДЫ -­ КЕНТАВРЫ ВЕЛИКОЙ СТЕПИ

- Было племя, которое в китайских хрониках называется хъянъюн, другое его название ­- жуны, -­ отметил наш собеседник. ­- Это были тюркоязычные племена тибетского происхождения, которые я называю прототюрками. Они были прекрасные наездники, кочевники, потому что это наиболее прогрессивный способ существования на бескрайних просторах степи. Что самое интересное, их потомки, покорив существовавшую здесь прежде культуру, остались здесь жить, став элитой и диктуя правила жизни.

Традиционно считается, что в эпоху ранних кочевников наступает время тотального господства и триумфа Великих кентавров степей -­ всадников на верховой лошади. Такое новшество стало революционным во времена усиления в степи ранних кочевников. В отличие от предшествующей эпохи бронзы, когда в военной, хозяйственной и культовой практиках активно использовались колесница и иные типы колесных повозок.

- Если попросить любого человека назвать национальный брэнд Казахстана, уверен, что большинство назовут лошадь, степного скакуна и все, что с ним связано, ­- продолжает рассказ Виктор Новоженов. ­- Что дала лошадь людям, которые здесь жили, и человечеству в целом? По археологическим данным, 7 тысяч лет назад на территории Казахстана уже была одомашнена лошадь. А ведь в Китае, Индии, Египте и на Ближнем Востоке в то время не было лошадей, в лучшем случае -­ ослы. Лошадь боялась человека, и они никак не могли ее приручить. Человечеству понадобилось две тысячи лет, чтобы это сделать. Впервые лошадь приручили и начали использовать на благо человека именно у нас. Кстати, колесницы впервые появились тоже у нас. Великий Шелковый путь ведь возник на взаимном интересе. Если из Поднебесной на Запад шел шелк, то из степей в Китай ­ лошади. Это доказано и китайскими источниками, и археологическими материалами. Есть такая наука -­ палеозоо­логия, которая изучает кости. Так вот, по найденным в Китае костям выясняется, что это все была порода лошадей из степей Сарыарки (современный Центральный Казахстан).

У тюркоязычных мода такая, предков монгол или парамонгол называть прототюрками?

Я давно пишу, что древнеиранские племена были подчинены протомонголам (парамонголам). Первопредок восточных скифов Таргутай (это чисто монгольское имя означающее здоровяк). Культура звериного стиля впервые была придумана культурой Чжукайгоу, которые основали город Шимао задолго до осознания предков хань себя как хуася.

Link to comment
Share on other sites

В Центральном Китае нашли захоронение правителя кочевого народа 2600-летней давности

По найденным реликвиям исследователи пришли к выводу о том, что в указанном районе захоронен правитель одного из племен #жунов, под которыми подразумеваются группы кочевых народов, чьи владения граничили на западе и иногда на севере с древними китайскими государствами.

Находка в самом центре районов среднего и нижнего течения реки Хуанхэ, который рассматривается как истоки древней китайской цивилизации, представляет крайне большой интерес для исследователей.

Захоронение под кодовым номером M15 сохранилось в хорошем состоянии. Основные погребальные предметы включают в себя наборы бронзовых колоколов и гонгов с орнаментами тао-те /"пожирающего чудища"/, яшмовые подвески и кольца на большом пальце для стрельбы из лука. При этом место захоронения окружено погребальными ямами с повозками и лошадьми, поделился руководитель археологического проекта У Ехэн.

Судя по всему, владелец захоронения должен был относиться к верхушке аристократии жунов, продолжил он.

Как пояснил директор Академии археологии города Лоян Ши Цзячжэнь, в захоронении и погребальных ямах также нашли бараньи и бычьи головы и копыта, что соответствовало погребальным обычаям жунов. Одновременно с этим, найденные там ритуальные предметы из бронзы - это явно факторы китайской культуры.

Предки протомонгол. 

 

Link to comment
Share on other sites

ШИМАО

Шимао (Shimao) - древний город-крепость в уезде Шэньму, провинции Шэньси (Китай). Археологи обнаружили здесь 70 рельефных скульптур из камня в виде змей, монстров и зверей-получеловеков, которые напоминают иконографию позднего бронзового века Китая.

Углеродное датирование показало, что некоторые участки Шимао датируются 4300 годами, что почти на 2000 лет древнее самого старого участка Великой стены, появились они почти за 500 лет до того, как зародилась сама китайская цивилизация. Искусство и технологии пришли из северных степей, они не принадлежит к древним китайским культурам, а связаны с полукочевой культурой Чжукайгоу (Zhukaigou culture), которая, вероятно, породила раннюю фазу культуры Ордоса.

Культура Чжукайгоу была культурой позднего неолита и раннего бронзового века с центром на плато Ордос во Внутренней Монголии, Китай. Типовой памятник в Чжукайгоу был обнаружен в Баннере Эджин-Хоро, Внутренняя Монголия, и раскопки проводились с 1977 по 1984 год. Культура Чжукайгоу является предполагаемым прародителем культуры «ордосских бронз» и, соответственно, первой культурой «Северной зоны», простирающейся до северной и центральной части Внутренней Монголии, северный Шэньси и северный Шаньси, с регионом Ордос в его центре. Переход к металлообработке датируется примерно концом третьего тысячелетия до нашей эры. Культура Чжукайгоу связана примерно с 327 захоронениями. Бронзовые предметы, относящиеся к последнему периоду существования культуры Чжукайгоу ок. 1500 г. до н.э. указывают на местное производство смешанного комплекса бронзовых предметов, который включал типичные предметы «Северной зоны», такие как кинжалы карасукского облика, самые ранние формы которых обнаружены в регионе Великой Китайской стены. Исходя из обнаруженных в захоронении Чжукайгоу на Ордосском плато кинжалы и ножи карасукского облика исследователи Ву Энь, Тянь и Гуо [Wu, 1978, Tian, Guo, 1988] предполагают, что все кинжалы и ножи карасукского типа возникли и произошли с течением времени от изогнутых кинжалов из района Великой Китайской стены. Упадок культуры Чжукайгоу связан с серьезными измененими климата от влажного до сухого и холодного, где природная среда неизменно ухудшалась, что повлияло на развитие общества. В результате культура Чжукайгоу и древняя городская община Шимао, на строительство которой ушло более 300 лет, была полностью заброшена. Швейцарский ученый Сюй Цзинхуа, автор «Истории создания климата», обнаружил, что за последние 4000 лет Китай пережил несколько крупных вторжений кочевников на юг, что приводило к неоднократному смене династий в Древнем Китае.

Link to comment
Share on other sites

Культура Чжукайгоу связана примерно с 327 захоронениями, причем недавние материнские генетические данные показывают, что они были связаны с останками из Иннюгоу, а также с современными популяциями, такими как дауры и эвенки. Археологические находки на этом месте аналогичны находкам нижней культуры Сяцзядянь. Эти находки важны, поскольку они связаны с развитием узоров змей на украшениях оружия и артефактов, изображающих животных, которые позже станут характерным стилем Ордоса.

Надо всегда помнить, что тюрки это не восточноазиаты, как предки монголоязычных, а южно-сибирских и разных других западных кочевых групп. На Ордосе жили Баянь и Лоуфань собственно племена Ху. 

Link to comment
Share on other sites

Древнейшие сведения об одноглазых аримаспах, которые воюют со сказочными грифонами, содержались в утраченной поэме Аристея Проконнесского «Аримаспея», предложительно жившего в конце VII или в начале VI вв. до н.э. Скорее всего Аристей под «аримаспами», имел виду конкретный азиатский кочевой народ, но уже к V веку до н.э. рассказы об одноглазых людях начали восприниматся среди эллинов как мифологические. Историческая обстановка в Ойкумене и нашествие киммерийцев на страны Передней Азии побудило Аристея совершить его знаменитое путешествие на восток. Согласно проконнесско-кизикскому преданию, Аристей чудесным образом исчез из Проконнеса и спустя шесть лет появился в родном городе снова, составил свою поэму, впоследствии известную как «Аримаспея», после исчез вторично. В своей поэме Аристей рассказывает о своем путешествии к далеким исседонам живущие на реке Кампас. В рассказе река Кампас характеризуется как «дивный поток, который несет свои воды в божественное, бессмертное море». По признаку места и времени, страна исседонов вероятно локализовалась в лесостепях Южного Урала и Зауралья, и отождествляется некоторыми археологами с носителями саргатско-гороховской археологической культуры. Данные археологии и этнографии обнаруживает ряд характерных совпадений, которые позволяют достаточно уверенно считать исседонов угорским народом. Видимо, исседоны были южными уграми, предками позднейших мадьяр.

В поэме Аристей также называет последовательный ряд кочевых народов, теснивших друг друга: киммерийцы, скифы, исседоны; в тылу последних обитают могучие, богатые лошадьми и скотом странные «одноглазые люди», именуемые по-скифски аримаспами, которые постоянно воюют с чудовищными грифами из-за золота, добываемого на лугах реки Плутона. В мифологической картине мира Аристея легко просматривается реальная география и исторические процессы в степном поясе. Выше аримаспов по описанию Аристея простираются высокие горы Рипеи (Алтай), с которых никогда не сходит снег, там же находится страна наполненная птичьими перьями и дует из пещеры свирепый Борей. Пещера Борея находится рядом с местностью «Клифрон Земли», то есть «земным запором» что нужно понимать как описание Джунгарских ворот, которая отделяет Сарыарку от Центральной Азии. Все эти народы живущие на этих землях описанные в рассказе Аристея постоянно совершали набеги и воевали с  друг другом. Причем первыми начали войну именно аримаспы и именно их натиск вызвал цепную реакцию и миграционную волну степных кочевых народов с востока на запад начиная с исседонов. Аримаспы изгнали исседонов из их страны, затем исседоны вытеснили скифов, а киммерийцы, под напором скифов, покинули свою родину.

Скорее всего этноним «аримаспу» это вовсе не самоназвание народа, а прозвище данное исседонами или скифами Причерноморья определенному кочевому народу. По рассказу Отца Истории Геродота: арима у скифов значила единица, а спу — глаз. Однако если одноглазых людей в Природе никогда не существовало, значит, где-то вкралась ошибка понимания. Скорее всего, кто-то кого-то не так понял или не правильно перевел слово «аримаспу». В свое время известный исследователь и академик М. Закиев предложил расшифровать этноним аримаспов с помощью древнетюркского слова «йарым» — что значит «половина». Таким образом «аримаспы» должно переводиться, не как «одноглазый человек», а как «половиноглазый», то есть «человек с наполовину закрытыми глазами», проще говоря, «узкоглазый». Скорее всего, термин «половиноглазый» использовался скифами Причерноморья в качестве синонима человека с монголоидной внешностью. Так родилась великая легенда о племени одноглазых всадников. Очевидно, что в основе происходящих в этот период исторических процессов лежали факторы, которые обусловили довольно быстрое распространение некоторых элитных кланов ранних кочевников из глубин Внутренней Азии, а точнее - из сопредельных с Великой китайской равниной степных просторов, на запад континента. Данные археологии, антропологии, письменной традиции и лингвистики свидетельствуют о волнах массового проникновения каких-то племенных групп «из глубин Азии» на запад степного мира в пределах первой половины I тыс. до н.э. Из китайских источников выясняется, что эти кочевнические волны миграций, фиксируемые археологическими находками, удивительно точно совпадают с периодами военной активизации и широкого расселения кочевых племен, известных в китайской историографии как жуны и ди - группа кочевых племен из Внутренней Азии, после ставшими родоначальниками монголов, тангутов и часть хунну. Исторические процессы в регионе сопредельных с Великой китайской равниной; а именно постоянная борьба ранних номадов с Китайскими княжествами - государственная организация на востоке у ранних кочевников была более развитой и сильной чем в западных регионах Великой степи. От этого в восточных регионах Великой степи всегда возникали мощные кочевые объединения и империи. Это значит, что под напором кочевых племен из Внутренней Азии - исседоны и скифы стали перемещаться на запад, а киммерийцы к границам государств Передней Азии. Переселение последних можно считать конечным пунктом великого переселения народов, начатого отдаленными аримаспами

Судя по всему часть скифов была тюркоязычной. То есть предки туркоманских племен были пучеглазыми сперва, а не узкоглазыми как Сюнну, Жуны, Ди и др.  племена  Великой степи.

Link to comment
Share on other sites

Общеизвестно, что междоусобицы и природные факторы привели в I в. до н. э. — I в. н. э. к ослаблению сюнну и расколу возглавляемого ими объединения на «южных» и «северных». Учитывая полиэтничность сюннуского объединения, можно предполагать, что раскол произошел именно по этническому признаку. «Южные», основу которых составляли племена, подчинившиеся ранее сюнну, признали власть Хань и продолжали кочевать на северных границах империи. «Северные» пытались сохранить самостоятельность, но потерпели ряд поражений и распались на несколько группировок. Эти события рассматриваются иногда как уход части сюнну за пределы Центральной Азии, что привело в итоге к «великому переселению народов». Такое мнение основано на произвольной интерпретации сведений письменных источников, где в действительности нет подобных указаний.

После крупного поражения от сяньби в 93 г. н. э., сюнну принимают их племенное название и остаются в Центральной Азии. С этого момента, как отмечено в «Хоуханьшу», началось усиление сяньби. Археологический материал подтверждает сведения письменных источников.

Раскопки крупных могильников эпохи сяньби (Сичагоу, Лаохэшен, Ламадунь) показывают наличие признаков сюннуского культурного комплекса как в погребальном обряде, так и в инвентаре. В то же время какие-либо следы миграции сюнну в европейские степи отсутствуют. Совокупность данных показывает, что судьба сюнну после распада их объединения связана с Центральной Азией. Ранняя история европейских гуннов должна рассматриваться как отдельная проблема, прямо не связанная с восточным ареалом степей. Миняев С.С. (Старший научный сотрудник Отдела археологии Центральной Азии и Кавказа, кандидат исторических наук. Санкт-Петербург, ИИМК РАН)

Link to comment
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now


×
×
  • Create New...