Jump to content



Акскл

Тюрки Шато и Онгуты

Recommended Posts

В 20.02.2017 в 08:27, Ашина Шэни сказал:

1. bu qabra abraham tömüras-nïng ol kïngčaopu1-ta taruqačï2 [...] 

2. on sakiz yïlïn-ta taruqači sün[lä] qiula gerün kübegüt3 [...] 

3. iki šüin šiula-tin üč süin šiula-qa otuz altï yašïn-ta [...] 

4. tängri yarlïq-ïn bütürti tabïšqan yïlï altïnč ay yigirmi t[ört..

По тувински:

Бо хөөр Абрахам Төмүрес-тиң, ол Кыңчаопи-та даргачы.

он сес чылын-да даргачы .........?

Ийи ..................? үжен алды назынынта

Теңри чарлыгын бүдүрдү, тооолай чылы, алды ай, чээрби дөрт.

 

1) Это гробница Абрахама Томураса, Кинчаофу... 2) в течение восьми лет и губернатор... 3) к... сыну дома... 4) третье назначение, (в возрасте) тридцати (шести) ... 5) Он выполнил миссию Бога... 6) Четвертый год, шестой месяц, двадцать-четвертый день...  

Link to comment
Share on other sites

ОНГУТЫ - РОДНЯ КЕРЕИТОВ?

Легендарное “Христианское королевство Востока” имело реальное отражение в феномене обращения в несторианство центральноазиатских народов: таков случай с кереитами (возможно обратились в несторианство уже в 1007 году), чей лидер Тогрул в многих исследованиях отождествлялся с “пресвитером Иоанном”, который был побежден и наконец убит Чингисханом в знаменитом описании в Milione Марко Поло. На связь между кереитами и онгутами уже всерьез обращали внимание западные и китайские исследования на разных основах: мы увидим как Milione поддерживает это дело, представляя онгутского короля, “Георгия”, в качестве потомка пресвитера Иоанна. Пеллио цитирует надпись, посвященную Араоль, сестре “короля Георгия” народа онгутов: здесь имя клана онгутских правителей дано как Цзеле 揭烈, что схоже с обычной транскрипцией имени кереитов, Целе 怯烈 .

Итальянский синолог Маурицио Паолилло

[Paolillo, Maurizio. A Nestorian Tale of Мany Cities. The Problem of the Identification of Urban Structures in Önggüt Territory during the Yuan Dynasty according to Chinese and Western Sources //R. Malek and P. Hofrichter (eds.), Jingjiao. The Church of the East in China and Central Asia - Sankt Augustin, 2006 - p.358-359]

Link to comment
Share on other sites

Связь уйгур и онгутов таки прямая. Язык, письменность, географическая близость, манихейство, предположительно идентичный антропологический тип.

Интересует вопрос: куда делись эти Онгуты? Расстворились среди монголов, киданей, тибетцев и манчжуров?

Link to comment
Share on other sites

В бурятии в 17 веке были онхоты которых европейские исследователи отличали от бурятов и

И эвенков считая отдельным народом.  Среди сойотов или тофоларов существует Онхотский род. 

Link to comment
Share on other sites

  • Модераторы
1 hour ago, Булагачин said:

В бурятии в 17 веке были онхоты которых европейские исследователи отличали от бурятов и

И эвенков считая отдельным народом.  Среди сойотов или тофоларов существует Онхотский род. 

бурятские онхоты не родня средневековым онгутам. онгуты средневековые это на русском они онгуты а так должно быть как өнгүд. у монголов их потомки известны как энгүд.  

Link to comment
Share on other sites

  • Модераторы
3 hours ago, Uighur said:

Связь уйгур и онгутов таки прямая. Язык, письменность, географическая близость, манихейство, предположительно идентичный антропологический тип.

Интересует вопрос: куда делись эти Онгуты? Расстворились среди монголов, киданей, тибетцев и манчжуров?

думаю большинство омонголились. последние упоминаются в составе тумэд-монголов в 15 веке. Один хан того периода даже носил такое онгуто-несторианское имя - Мар Көргис - Святой Георгий.  

  • Одобряю 1
Link to comment
Share on other sites

правильное написание да надо приводить.  Среди тофоларов кажется Онхотский род. 

Да и сами онгуты наверное енгуды.  Я слышал в Якутии есть поселок Тюмэти наравне с Тумат. 

Link to comment
Share on other sites

13 часов назад, Uighur сказал:

Связь уйгур и онгутов таки прямая. Язык, письменность, географическая близость, манихейство, предположительно идентичный антропологический тип.

Интересует вопрос: куда делись эти Онгуты? Расстворились среди монголов, киданей, тибетцев и манчжуров?

Все же манихейством у онгутов и не пахло. Они до христианства лишь буддизмом увлекались.

Онгуты после падения Юань попали в водоворот неурядиц между изгнанными монголами и в итоге ассимилировались. Об их потомкахбв составе монголов:

В 21 February 2017 в 03:40, Ашина Шэни сказал:

ПОТОМКИ ОНГУТОВ СРЕДИ МОНГОЛЬСКИХ НАРОДОВ

После изгнания монголов из Китая в 1368 году онгуты (или энгуды) стали отогом (становым районом) монголов тумэд, расселенных вокруг современного Хуххото; знаменитая королева Мандухай сэцэн хатун была из этого клана. Потомки шато в Линьтао (Ганьсу) также находятся среди народа Ту (Монгоры) в современном Цинхае.

[Atwood, Christopher P. Encyclopedia of Mongolia and the Mongol Empire - New York: Facts on File, 2004 - p.425]
 

 

  • Одобряю 1
Link to comment
Share on other sites

15 часов назад, reicheOnkel сказал:

думаю большинство омонголились. последние упоминаются в составе тумэд-монголов в 15 веке. Один хан того периода даже носил такое онгуто-несторианское имя - Мар Көргис - Святой Георгий.  

по мнению Ашина Шэни аргыны это онгуты

Link to comment
Share on other sites

2 часа назад, думан сказал:

по мнению Ашина Шэни аргыны это онгуты

Это не мое мнение, это гипотеза многоуважаемого г-на Атвуда;)

Link to comment
Share on other sites

Но почему приравниваете тюрков шато с онгутами?  Онгуты скорее монголоязычны. 

Шато это племена Черного Ворона.  Видимо они превратились в буир нурских татар

этих кровожадных насильников монгольского кочевого мира. 

Link to comment
Share on other sites

7 часов назад, Булагачин сказал:

Но почему приравниваете тюрков шато с онгутами?  Онгуты скорее монголоязычны. 

Шато это племена Черного Ворона.  Видимо они превратились в буир нурских татар

этих кровожадных насильников монгольского кочевого мира. 

Потому что в Юань ши и синоязычных надгробных надптсях знатных онгутов ясно прописано что они потомки шато, по крайней мере таковыми они себя считали. А доказательств монголоязычия онгутов ноль без палочки, ибо жили они во Внутренней Монголии, где найдено множество сиро-тюркских христианских надгробных надписей на чистейшем тюркском языке, прпактически идентичном с тогдашним турфанским уйгурским (на сирийском там лишь короткие стандартные вводные фразы), на монгольском же там так и не раскопали НИ ОДНОЙ надписи.

Link to comment
Share on other sites

19 часов назад, Булагачин сказал:

О брат из Лос Анджелеса приветствую Джон!  Есть там памятники этих буир нурских татар? 

Извергов этих?  Повесивших монгольских ханов? 

Зайдите в раздел Языки Евразии, в тему Сиро-тюркская эпиграфика онгутов, там я выложил самые крупные и самые интересные надписи онгутов.

Link to comment
Share on other sites

Алахуш-тегин Хури (Юань ши, цзюань 118)

Алахуш-тегин Хури1, человек из племени онгут2, является потомком шато3, вышедших через Яньмэнь4. Дальний его предок Бугу5 был потомственным вождем племени. Горы, как валы обрамляют Цзиньюаньши6, являются границей, которая отделяет север от юга — и Алахуш-тегин Хури со своим войском защищал эгот важный стратегический пункт. 

Когда на северо-западе существовало государство, именуемое Найман, его владетель Таян-каган направил посла [к онгутам] заключить договор, желая быть с ними в близких отношениях м союзннками с целью совместно владеть северными странами. В племени было много таких, что хотели согласиться с ним, но Алахуш-тегин Хури отказался следовать [предложению Таян-кагана]. И тогда, захватив его посла, преподнес его и 6 сосудов вина Тай-цзу (т.е. Чингисхану), направив к нему все это вместе с докладом об его [т.е. Таян-кагана] замыслах. В то время в северных странах не имелось вина и Тай-цзу, выпив 3 кубка, тогда остановился и сказал так: «Если вина меньше, чем эти [3 кубка], то дух - оживляется, а если больше - то приходит в беспорядок». [Темучжин направил] ответного посла с благодарственными подарками пятьюстами лошадьми и тысячью баранами, после чего заключили договор о совместном нападении на Таян-кагана. Алахуш-тегин Хури [в соответствии с] ранее достигнутой договоренностью и прибыл на встречу [с Темучжином]. Сразу после усмирения пайманов, [Алахуш-тегин Хури] последовал [за Чингисханом] в поход на юг — в Срединную равнину (т.е. Китай), опять выступая в качестве проводника при выходе на юг через пограничную стену. Тай-цзу оставил Алахуш-тегин Хури в родных местах, чтобы тот навел порядок в собственном племени. [Но Алахуш-тегин Хури] был убит теми из его племени, что давно уже имели с ним разногласия. Бго старший сын Буян-Сибан7 был убит вместе с ним. 

Его жена Алхай8, взяв с собой маленького сына Боёха9 вместе с племянником Чжингуем10, бежала от опасности - ночью прибежала к пограничной стене, подала весть охранникам [стены], постучав в крепостную стену, чтобы подняться [на нее], и так вот получила убежище в [округе] Юньчжун11. Тайцзу (Чингисхан) как раз утвердился в Юньчжуне. [Он] искал ее, а найдя - пожаловал ее очень щедро. Позже Алахуш-тегин Зури был посмертно возведен в ранг Гаотанского вана12, а Алхай - главной жены Гаотанского вана. Поскольку их сын Боёха был все еще мал, то сначала возвели в ранг Бэйпинского вана их племянника Чжингуя. 

<...>


1. 阿刺几思剔吉忽里 А-ла-у-сы-ти-цзи Ху-ли, Алахуш-тегин Хури. Отметим, что к имени Алахуш (тюрк. "пестрая птица")добавлен титул тегина, который давался при Ляо и Цзинь вождям союзных и вассальных кочевых племен (см. ниже в переводах из «Ляо ши» и "Цзинь ши"). В СС он назван 'Алахуш-дигитхури'. 
2. 汪古 ван-гу, онгут. Они же «белые татары» в китайских текстах. 
3. 沙陀 ша-то. Тюркские племена, жившие к западу и северо-западу от Китая и игравшие значительную роль в его истории периода конца Тан. Само название является полиэтнонимом, которое дали китайцы конфедерации тюркских племен по названию пустыни Шато (оно означает примерно "где обрываются пески", "за песками"). Конкретные составляющие этой конфедерации не всегда называются в китайских источниках. Во время Пяти династий их значение особенно возросло, вплоть до того, что Ли Кэюн, потомок вождей племени чжуе (т.е. чигиль) из объединения шато, стал основателем династии Поздняя Тан (подробнее см. ниже, в переводах из хроник Пяти династий и «Цзы-чжи тунцзянь»). Подробную сводку о племенах шато также см. в [24, стр. 176 и 177] и [28, стр. 91-92]. 
4. Точнее застава Яньмэньгуань. Она находилась на дороге, пересекающей горный хребет на водоразделе между бассейнами рек Хутохэ (берет начало в северной части провинции Шаньси) и Саньганьхэ, к северо-востоку от уездного г. Дайсянь (провинция Шаньси); застава эта была южнее округов Юньчжоу и Шочжоу (цит. по [23, стр. 106]). В танское время, по сообщению Синь Тан шу, за эту заставу были выведены несколько родов из тюркских племен, включая уйгуров (см. [23, стр. 29]). 
5. 卜國 Бу-го, Бугу. Его следует отождествить с легендарным предком Уйгурских каганов Бугу-каганом (卜古可罕 Бугу-кэхань, см. в жизнеописании уйгурского идикута Барчук-Арт-тегина в цз. 122 "Юань ши" [14, с.2999], а также у Джувейни, где он назывется Буку-хан [37, с.54 и 56-61]).
6. Так назывались коренные земли династии Цзинь.
7. 不顏昔班 Буянь Сибань, Буян-Сибар. В Цзацзи Ли Синьчуаня он назван "Байбосы" (см. выше). Буян-Сибан был христианин несторианского толка, отсюда его второе имя Сибар - тюркизированная форма христианского имени Стефан/Степан (см. сводку данных китайских источников о христианских именах онгутов, приведенную Н.Ц. Мункуевым в [28, с.147-149]).
8. 阿里黑 А-ли-хэй, Алхай. Это Алахай-беги, дочь Чингисхана. 
9. 孛要合 Бо-яо-хэ, Боёха. 
10. 鎮國 Чжэнь-го, Чжингуй. Он в тексте назван 姪, т.е. племянником по брату (т.е. сыном брата Алахай), но это неточность — Алахай-беги была дочерью Чингисхана, а ее братья были, соответственно, его сыновьями. Поэтому Чжингуй был родным племянником по брату для ее мужа, а ей приходился племянником по свойству. 
11. Уезд времен Сун и Ляо в провинции Шаньси, ныне входит в округ г. Датун. 
12. Сохранился текст памятной стелы «Фума Гаотан Чжунсяньван бэй (Стела [в честь] императорского зятя Гаотанского князя [с почетным титулом] "Верный и мудрый") авторства Янь Фу (писатель и чиновник первых десятилетий династии Юань, годы жизни 1236 — 1312 гг., его биографию см. в цз. 160 «Юань ши»), где сказано: «Первоначально [его предки] были потомственными вождями людей племени онгут государства цзубу. В погибшем [государстве] Цзинь оборонительные горы были границей, что отделяла север от юга, и войско "Верного и воинственного вана" (это титул Алахуш-тегин Хури — примечание Ван го Вэя) охраняло этот стратегический пункт» (переводится по ее тексту, приведенному в сочинении Ван Го-вэя, воспроизведенному в [12, стр. 269]). Именно из ее текста, практически дословно, взяты сообщения Юань ши о роли онгугов Алахуша в охране горной цепи, отделявшей Цзинь от кочевой степи. Кроме того, в этом тексте юаньского автора Янь Фу онгуты ("белые татары") прямо называются частью татарской (в юаньской терминологии — цзубу) конфедерации.

[Храпачевский, Р.П. "Татары", "монголы" и "монголо-татары" IX-XII вв. по китайским источникам //Этногеномико-исторический проект "Суюн". Серия "Материалы и исследования". Книга 3 "Исследования  по истории восточноевропейских кочевников". Том 9 - Москва: Перо, 2015 - с.89-91]

Источники и литература, на которые ссылается автор:

12. 趙珙 蒙韃備錄 / Чжао Хун, Мэн-да бэйлу (Полное описание монголо-татар) // "Мэн-да бэйлу", Наука, М. 1975, с.232-279 (фотовоспроизведение текста)
14. 元史 / Юань ши (История династии Юань), Пекин 1997, Чжунхуа шуцзюй чубань
23. Малявкин А.Г. Материалы по истории уйгуров IX-XII вв., Наука, Новосибирск 1974.
24. Малявкин А.Г. Танские хроники о государствах Центральной Азии, Наука, Новосибирск 1989
28. Мэн-да бэйлу (Полное описание монголо-татар) // "Мэн-да бэйлу", Наука, М. 1975
37. Ata-Malik Juvayni, The History of the World Conqueror, trans. by J.A. Boyle, Harvard University Press, Cambridge, Massachusetts 1958.

Link to comment
Share on other sites

2 minutes ago, Ашина Шэни said:

ГОРОДА И СТОЛИЦЫ ОНГУТОВ

(мой перевод статьи Маурицио Паолилло "A Nestorian Tale of Мany Cities. The Problem of the Identification of Urban Structures in Önggüt Territory during the Yuan Dynasty according to Chinese and Western Sources ")

В период возвышения монгольской силы очень важную роль сыграла этническая группа известная как онгуты (китайское вангу 汪古). Изучение источников наряду с археологическими находками сделало возможным реконструкцию некоторых аспектов онгутского общества и культуры, одним из которых была несторианская вера (среди исследований на западных языках, см. Чэнь Юань, 1938, Эгами Намио 1952, П. Пелльо 1973b, III, с. 239-288. Более полный библиографический обзор дан в P. Mortari Vergara Caffareli 2004a. См.также библиографию, осдержащую исследования в Китае до 1986 года в Gai Shanlin 1991, p.422-426).

Поразительное распространение несторианства в Центральной и Восточной Азии в этот период было конечно результатом религиозной толернантности монгольских вождей, некоторые из которых (как Хубилай и Хулагу хан, основатели Юаньской и Ильханской династий) были сыновьями принцесс несторианской веры. Многие западные источники, наисанные католическими миссионерами и торговцами как Марко Поло, обращают внимание на статус несториан при монгольском дворе с разных точек зрения.

Присутствие формы христианства в этих далеких землях может объяснить один из наиболее исключительных мифов средневековья: легенду о пресвитере Иоанне и о его загадочном восточном королевстве. Здесь не подходящее место для детального обсуждения этой истории из знаменитого описания Пресвитера в Хрониконе Отто Фрейзингского  в первой половине 12 века в письмах, что вроде как написал сам Пресвитер некоторым королям Европы и Папе: достаточно сказать, что многие исследования отслеживали возможное несторианское влияние в создании и распространении легенды.

Это егендарное “Христианское королевство Востока” имело реальное отражение в феномене обращения в несторианство центральноазиатских народов: таков случай с кереитами (возможно обратились в несторианство уже в 1007 году), чей лидер Тогрул в многих исследованиях отождествлялся с “пресвитером Иоанном”, который был побежден и наконец убит Чингисханом в знаменитом описании в Milione Марко Поло. На связь между кереитами и онгутами уже всерьез обращали внимание западные и китайские исследования на разных основах: мы увидим как Milione поддерживает это дело, представляя онгутского короля, “Георгия”, в качестве потомка пресвитера Иоанна (Zhu Qianzhi 1993, pp.171-175; P.Pelliot 1973b, II, p.244, note 6, где автор цитирует надпись, посвященную Араоль, сестре “короля Георгия” народа онгутов: здесь имя клана онгутских правителей дано как Цзеле 揭烈, что схоже с обычной транскрипцией имени кереитов, Целе 怯烈 .).

Обращение в несторианство онгутского народа могло быть одним из факторов, объясняющих присутствие на онгутской территории городских структур во время возвышения и консолидации монгольской силы. В следующем исследовании я постараюсь пролить немного света на статус и идентификацию онгутских городов, используя китайские и древние западные источники, пытаясь также решить проблему некоторых энигматических топографических отождествлений.

Мы можем распознать две наиболее значительные области на онгутской территории: регион к востоку от великого изгиба Хуанхэ, и другая северная терриория, к северу от хребта Да Циншань. Они связаны с семейной линией онгутских лидеров, начиная по меньшей мере с Алакуша Тегин-кури (в китайских источниках Алаусы тицзихули 阿剌兀思剔吉忽里), человека который на заре 13 века заложил основу альянса с монголами Чингисхана.

Южный ареал

В первой зоне что мы упомянули наиболее важным городским центром был Фэнчжоу 豐州. Он находился на северном берегу реки Дахэй 大黑河, где-то в 20 ки от нынешнего Хуххото, столицы Внутренней Монголии. Город был местом, весьма полным жизни, как свидетельствует стихотворение сочиненное знаменитым архитектором и геомантом Лю Бинчжуном 劉秉忠 (1216-1274):

"В ясном небе высоки пагоды храмов; севт зари падает на высокие здания города. Скопление телег и коней поднимает непрерывную пыль, хлыст ударяет и взвивается пока пересекаю я Фэнчжоу".

Согласно археологическим находкам последних лет, в юаньский период Фэнчжоу был не только важным городским местом, но и возможно столицей, связанной как таковой с онгутскими правителями. Таков был случай с Алакай (китайское Алахай 阿剌海), третьей дочерью Чингисхана, успешно выданной замуж за трех или четырех онгутских вождей. В 1221 году, когда войска монгольского генерала Мухали проходили через регион во время экспедиции против тангутов, принцесса отправила чиновника по имени Силицзисы 習里吉思, видимо транскрипция сирийского имени “Сергий”, чтобы “оказать почтение” Мухали в месте, названном “Тяньдэ”.

Биография Мухали в Юаньши подтверждает это событие, описывая как монгольский генерал остановился в Цинчжуне 青冢 чтобы получить почести от принцессы. Цинчжун, “Голубая лазурь”, был отождествлен с погребальным местом в южных предместьях сегодняшнего Хуххото, прямо на юго запад от Фэнчжоу юаньского периода, что можно отождествить с резиденцией Алакай, в 1221 году вдовы онгутского вождя Чжэньго 鎮國。 Из этих источников связь между Фэнчжоу и именем места “Тяньдэ” также проявляется, момент, к которому я еще вернусь.

Другим городским поселением в этой зоне был Дуншэн чжоу 東勝州, сегодня идентифицируемый с местом у древнего города Тото или Тохто, 85 км к юго-западу от современного Хуххото. Имя “Дуншэн” (чжоу 州 есть китайские термин, значащий “округ”) очень древнее. Согласно “Истории династии Ляо”, в период династии Суй было место под именем Шэнчжоу 勝州; его имя было Дуншэн чжоу в период Тан в 631 году. Но город был к югу от Желтой реки: лишь в 916 году, как говорит источник: “были вторжения армий […] и люди Шэнчжоу переместелись на восток от реки; с тех пор был основан округ”. Похоже, что онгутский Дуншэн чжоу, чьи размеры в юаньские времена делали город меньше чем Фэнчжоу, был наследником городского поселения из эры Ляо.

58 глава Юань ши представляет другой важный элемент. Она говорит, что имя Дуншэн чжоу было в древний период связано с наиболее восточной частью так называемых “Трех городов возвращенных к верности” (Сань шоусян чэн 三受降城): это были три фортифицированных поселения, построенные в 708 году военным губернатором Чжан Жэньюанем 張仁願, для предотвращения тюркских вторжений с севера.

Более того, 63 глава того же династического источника говорит о “Фэнчжоу, западном городе возвращенном к верности”, описывая путь к востоку от изгиба Желтой реки, через “Центральные и восточные города возвращенные к верности”, расположенные в “древнем командовании Тяньдэ”, на “территории Татар”. К слову, нам известно, что онгутов звали “белые татары” (бай дада): в письменных источниках, имя “Онгут” появляется впервые лишь в Юаньчао биши, написанном в 1240.

В заключение, ясно, что все эти названия мест - Фэнчжоу, Дуншэн чжоу и имя “Тяньдэ” - появляются смещенными после танского периода, то есть, они используются для более восточных территорий. Разница в случае с Фэнчжоу доходит до более 3 градусов долготы.

Что же до имени “Тяньдэ” 天德, стоит помнить, что командование Тяньдэ (Тяньдэ цзюнь 天德軍) было основано в 754 году близко к тому, что сегодня является бассейном Улянсухай. В 840 году, земля была под контролем уйгуров, на чью культурную и возможно этническую близость с онгутами уже обращалось внимание, она также заложена в мифологических легендах об основателях кланов.Но династические истории, описывая это имя места и его историю, кажется не осознали путаницу между Фэнчюоу танского периода и “новым”, более восточным Фэнчжоу, в любом случае связывая город с названием места “Тяньдэ”.

Этот восточный сдвиг подтверждается заметкой в Юань ши о Юньнэй чжоу 雲內州, другом важном онгутском поселением, помещенном на реке Дахэй между Дуншэн чжоу и Фэнчжоу. Заметка говорит, что в период Тан Юньнэй чжоу принадлежал командованию Тяньдэ, то есть “он был в регионе центрального города возвращенного к верности” (Юань ши). Картина кажется завершенной: три онгутских городских поселения, Дуншэн чжоу, Юньнэй чжоу и Фэнчжоу были зеркальным отображением (в реальном смысле слова, будучи обратным топографическим изображением изначальной ситуации) трех мест, помещенных в “западном регионе татар“. Вот как и почему название “Тяньдэ” выжило в монгольский период: оно было использовано также как знак культурной связи, соединяя разные географические зоны, видимо населенные в последовательные периоды одним и тем же народом.

Это “выживание” может частично объяснить  недоумение касательно пассажей из Milione Марко Поло, говорящих о месте по имени “Тендук”. Термин первый раз упоминается в рассказе о столкновении между Чингисханом и уже упомянутым загадочным “пресвитером Иоанном”, в данном случае отождествляемом с Тогрилом, так называемом “Унг ханом”, главой кереитов, обращенных в несторианство.

Столкновение происходит “на прекрасной долине по имени Тендук, что у земли Пресвитера Иоанна”: во втором пассаже Milione мы читаем о “провинции Тендук” как о регионе к востоку от “Эгригаи”, имени, отождествляемом с территорией древней столицы тангутского государства в современной провинции Нинся:

“Народ провинции Тендук произдоит от пресвитера Иоанна: главный город есть Тендук. Король этой провинции есть наследник пресвитера Иоанна: он сам пресвитер Иоанн, я имя его Георгий. […] И должен ты знать, что эта провинция была главной территорией пресвитера Иоанна, когда был он повелителем Тартар. […] И это есть место что мы зовем Горго и Магого, но они зовут его Нуг и Мунголи. […] Валдельцы этого места есть христиане, но есть и идолопоклонники и последователи Мухаммеда. Они белейшие люди в стране, и мудрейшие и наиболее склонные к торговле” (V. Bertolucii Pizzorusso, 1994, pp.105-106).

Термин Нуг пишется Унг во французской версии Milione, явная отсылка к Онгутам. Согласно этому пассажу имя Тендук использовалось как к провинции, так и к столице. Поль Пелльо ясно доказал связь между “Тендуком” и китайским “Тяньдэ” на основании произношении среднекитайского; но он не стал особо разбираться с географическим смещением, демострируемым термином. Он связал “Тендук” Поло с Дуншэн чжоу; сегодня на основании тщательного изучения источников мы можем сказать, что Фэнчжоу более подходящий кандидат на “Тендук” эпохи Поло. Но мы все еще не знаем, как разместить тендук там где произошло столкновение между Чингисханом и пресвитером Иоанном : был ли Поло запутан восточным смещением термина, и если так, мог ли термин использоваться по отношению к изначальному, западному Тендуку, прямо на север от изгиба Желтой реки? Пассаж из Milione, говорящий о провинции Тендук как “главной территории пресвитера Иоанна” кажется поддерживает эту гипотезу.

Также интересным является, конечно, описание Поло “короля Георгия”, наследника пресвитера Иоанна. Но для этого аспекта нам следует теперь обратиться к северной земле онгутской культуры.

Северный ареал

Эта территория относилась к региону, исторически связанному с присутствием так называемых "белых татар", как уже было указано в пассаже Истории династии Ляо. Одним важным городским поселением был Цзинчжоу 浄州: в эпоху цзиньской династии около 6000 семей населяло город, связь в оборонительной линии почтроенной чжурчжэнями против вторжений северных номадов. Стоит помнит что в тот период онгутские кланы были одним из наиболее важных элементов в этой системе, которая пала когда онгутский лидер Алакуш Тегин-кури заключил альянс с Чингисханом в 1204 году.

Цзинчжоу юаньского периода находился на месте нынешней деревни Чэнбуцзы, 25 км к северо-западу от провинции Уланьхуа, на реке Хар Морон. В юаньских источниках Цзинчжоу часто цитируется вместе с Шацзином 沙井 (砂井). Известный у цзиньской династии как Шачэн, город был в примерно 40км к северо-востоку от Цзинчжоу, на границе с миром кочевников.

Но наиболее интересное городское место на этой территории уносит нас обратно к проблеме трудных историко-географических идентификаций. Несколько исследований уже описали открытие, сделанное в конце 1920-х Хуаном Вэньби, членом исследовательской команды Свен Хэдин, города Олон Сумэ (китайское Алуньсуму 阿倫蘇木). Остатки этого городского поселения расположены на северном берегу реки Айбуга (китайское Айбугай 艾不蓋), в прошлом звавшейся Черный Поток (Хэйшуэй 黑水, не путать с Хэйхэ 黑河, Черной Рекой, на которой располагались Фэнчжоу, Юньнэй чжоу и Дуншэн чжоу).

Что по-прежнему остается спорным так это статус города на онгутской территории. Олон-Сумэ был определенно важным центром, с политической и также религиозной точки зрения: было найдено много несторианских остатков, и рядом с местом такж есть несторианское кладбище, с гробницами и стелами с надписями на сирийском, официальном языке несторианской веры.

Китайский ученый Гай Шаньлинь считает что Олон Сумэ был столицей онгутов. Его мнение в основном основывается на знаменитой надписи на стеле, сочиненной ученым из Цзинчжоу, найденной на месте Олон Сумэ. Уже цитированная Хуаном Вэньби и изученная в 1939 год уяпонским ученым Намио Эгами, надпись на стеле представляет генеалогию онгутских правителей, а также некоторые отсылки на то что центральная администрация в первые годы 14 века была в Олон Сумэ.

Для других, Фэнчжоу более подходящий кандидат для столицы онгутов. По нашему мнению, все они могут быть правы. Если мы подумаем о взглядах Марко Поло на Тендук как "главную резиденцию" онгутского лидера, вместе с ассоциированием в монгольский период Тяньдэ с Фэнчжоу, трудно не сделать вывод что онгутский южный ареал имел политический центр в Фэнчжоу. Но нам хорошо известно как государства и династии основанные кочевыми народами - такими как кидани, чжурчжэни и монголы - характеризовались более чем одним политическим центром.

Тем не менее Олон Сумэ был без сомнения политическим важен. Помимо уже процитированной надписи, мы можем вспомнит текст сочиненный в 1310 грду ученым Яо Суэем для министра "принца Шу", один из почетных титулов онгутских вождей. Пассаж гласит: "Скончавшийся родитель принца Шу [...] имел Гаотан как пожалованную землю; он был наследственным королем, и его древняя резиденция была Цзинань 靜安 (靖安), к северу от Черного Потока".

В 1310 году, "принц Шу" был человеком по имени Шуань 術安 или Чжуань 注安 (主安) согласно китайским источникам. Его "скончавшийся родитель" названный "принцем Гаотана" (Гао Тан ван 高唐王) в китайских источниках звался Колицзисы 闊里吉思, то есть, "король Георгий" описанный как онгутский король Марко Поло и как несторианский король обращенный в католицизм францисканским миссионером Джованни де Монтекорвино в письме написанном в 1305 году. Тот же Чжуань соответствует "Джованни" (латинское Джоханнес), сыну короля Георгия, которого помнил францисканец, подчеркивавший также что это имя было дану ребенку в его честь.

Нам нет смысла в деталях расписывать этот аспект контактов между Востоком и Западом: достаточно вспомнить, что путешествие на восток Джованни да Монтекорвино последовало в 1288 году за прибытием онгутского посланца к римскому двору, Бар (или Раббан) Саумы, что с другим человеком по имени Маркос (с 1281 года избранным в качестве нового несторианского католикоса под именем Мар Ябалаха III) покинул Восток где-то в 1275 году. Определенно не случайно, что первой остановка францисканского священника до прибытия в монгольскую столицу Даду была на онгутской земле, где он кажется обратил короля Георгия в католицизм, вплоть до того, что сам король отслуживал мессу с ним в специально построенной церкви. Один из останков места Олон Сумэ возможно есть то что до сих пор остается от этой “Римской церкви”. Мы знаем из того же письма Джованни Монтекровино, что после смерти короля Георгия зимой 1298-1299 его народ кажется вернулся в лоно несторианской веры.

Цзинань был лишь одним из имен использовавшихся для описания города на Черном Потоке. Юаньши говорит что "в девятый год периода Дадэ [то есть 1305] Новый Город на Черном Потоке стал провинцией Цзинань. В 1318 Цзинань получил новое имя Дэнин 德寧. Но проблема статуса древнего Олон Сумэ кажется скрытой в этом имени, "Новый Город", связанном с удивительным персонажем "короля Георгия".

Нам стоит сделать шаг назад для начала. Мы знаем что отец Георгия был Айбука, который кажется правил онгутской территорией совместно с братом Кунбукой. Согласно знаменитой сирийской хронике о путешествии Раббан Саумы и Маркоса, два святых человека встретили Айбуку и Кунбуку, принцев города по имени "Кошан".

Определение Кошана сегодня до сих пор предмет жарких споров. Определенно он идентичен с “Косаном” или “Тозаном”, городом в “стране пресвитера Иоанна”, согласно хронике Одорико де Порденоне, другого францисканского миссионера, проходившего через этот город в 1328 году.

Из Кошана два онгутских путешественника пришли в трану Тангут, что сегодня есть Нинся. Но это не решение проблемы. Кошан может быть Олон Сумэ или Фэнчжоу или даже Дуншэном, по теории Пелльо, основанной на кажется неверной транскрипции с сирийского. Встреча Раббам Саумы и Маркоса с двумя правителями произошла в 1273 или 1274; пассаж марко Поло о Георгие, описанном как сыне Айбуки в китайских источниках, относится к более позднему периоду.

В сирийской хронике время требующееся для покрытия расстояния между Кошаном и Ханбалыком (Пекином) есть 15 дней. В его письме о короле Георгие Джованни де Монтекорвино обращает внимание на то, что столица королевства Георгия была в двадцати дней пути от монгольской столицы. Геогрий умер в 1298-1299 в ходе военной кампании; мы знаем, что его “предковая резиденция” была в городе по имени Цзинань в 1310 году; из Milione мы знаем, что возможно в первые годы 1280х Георгий уже был королем онгутов. Имя “Новый город”, городское поселение на Черном потоке, что было изменено на Цзинань в 1305 году, появляется в Юань ши в двух пассажах касательно годов 1283 и 1289. Из таковых видимо запутанных данных мы можем сделать следующие заключения:

1. Судя по временному соответствию, рождение “Нового города” кажется связано с фигурой короля Георгия.

2. То же место описывается в 1310 году как “предковая резиденция” короля Георгия.

3. То же место явно связано с онгутскими королями по меньшей мере с 1308 года, когда согласно каменной стеле был воздвигнут павильон для оказания чести китайскому чиновнику на службе онгутских королей.

4. Учитывая временную связь между “Новым городом” и королем Георгием, присутствие в Олон Сумэ остатков католической церкви, построенной Джованни да Монтекорвино в “столице короля Георгия” около 1293 года, кажется доказанным.

5. Олон Сумэ, то есть “Новый город”, каюется таким образом без сомнений одной из онгутских столиц во времена короля Георгия.

6. Отождествеление Олон Сумэ и Кошана остается сомнительным, учитывая разницу во времени, необходимую для путешествия из Пекина в сирийской хронике и в письме Джованни да Монтекорвино. Мы должны также обратить внимание на то, что согласно Одорико да Порденоне, “Косан” был в “стране пресвитера Иоанна”: теперь же в Milione Марко Поло политическое место королевства Георгия (некогда страны пресвитера Иоанна) есть “Тендук”, который нельзя отождествлять ни с каким местом в онгутском северном регионе в монгольский период.

Кошан может таким образом быть идентифицирован с южным политическим центром онгутов в монгольский период, в то время как северной столицей был Олон Сумэ, "Новый Город" в эпоху строительства церкви Джовании де Монтекорвино, новое городское поселение, бесспорно также важный несторианский центр, возможно результат новой склонности просвещенного правителя, каким был Георгий, к северной стране его предков.

В заключение, углубленные исследования в этой области кажутся единственным методом разрешения энигмы онгутских городов и лучшего понимания роли, которую играла онгутская этническая группа в распространении несторианства на Дальнем Востоке.

[Paolillo, Maurizio. A Nestorian Tale of Мany Cities. The Problem of the Identification of Urban Structures in Önggüt Territory during the Yuan Dynasty according to Chinese and Western Sources //R. Malek and P. Hofrichter (eds.), Jingjiao. The Church of the East in China and Central Asia - Sankt Augustin, 2006 - p.357-373]
https://www.academia.edu/6570723/A_Nestorian_Tale_of_Many_Cities._The_Problem_of_the_Identification_of_Urban_Structures_in_Ongut_Territory_during_the_Yuan_Dynasty_according_to_Chinese_and_Western_Sources

 

Link to comment
Share on other sites

О ПРОИСХОЖДЕНИИ ЭТНОНИМА ОНГУТ

Маурицио Паолилло

Среди теорий по поводу происхождения этого имени на одну из наиболее распространенных обращает внимание биография Алакуша Тигин-кури (на китайском: Алаусы тицзихули 阿剌兀思 剔吉忽里), присутствующая в Синь Юаньши 新元史:

"Племя Вангу 汪古 было одним из 15 племен Белых Татар. Изначально оно [звалось] Бу'эргутэ 布而古特 или также Бэй'эрхутэ 貝而忽特; Ляо звали их У'эргу 烏而古 [...]. После эры Дадин [династии Цзинь, 1161-1189], северная раса (т.е. Монголы) постепенно усилились; Цзинь укрепила горы на границах, чтобы отделить Юг от Севера. Четыре тысячи У'эргу жили на границе [...]. Монголы звали Великую Стену Ангу 盎古 и оно [имя] по ошибке произносилось Вангу".
(Синь Юаньши, цзюань 116)

Мы также должны упомянуть теорию Гай Шанлиня, что связывает имя Онгут с Онг он, подобием богов, сделанным из дерева или войлока, почитаемым Татарами, и с Вэнгунь шань, священной горой этих божеств, расположенной в горном хребта Дацин. 

И очевидно, что нельзя игнорировать простое заключенное (предложенное Луи Амби), которое видит в имени множественное число от Онг, передачи китайского титула Ван, данного онгутским лидерам монголами. Этот вариант кажется подтверждается ватиканским сирийским манускриптом 622, хризографическим манускриптом, сочиненным в 1298 году для онгутской принцессы Сары: здесь имя "Онгут" "передано в сирийском как 'wyngy'=öngāyē: сирийское окончание множественного числа -āyē используется здесь вместо монгольского суффикса множественного числа -уд/-ут, которое вместе с тюркским словом öng, обычно обозначало бы имя народа" (Borbone, "Some Aspects of Turco-Mongol Christianity in the Light of Literary and Epigraphic Syriac Sources", Journal of Assyrian Academic Studies 19/2 (2005), p.18). Борбоне также вспоминает, что в сирийской хронике Раббан Саумы и Маркоса, последний назначается метрополитом епархии "Катая и Онга". Есть пассаж во французском списке хроники Марко Поло об Унг и Мунгол, что кажется поддерживает эту теорию.

[Paolillo, Maurizio. White Tatars: The Problem of the Origin of the Öngut Conversion to Jingjiao and the Uighur Connection //Li Tang and Dietmar W. Winkler (ed.), From the Oxus River to the Chinese Shores. Studies on East Syriac Christianity in China and Central Asia, 2013 - p.238]

Link to comment
Share on other sites

ОРХОНСКИЕ УЙГУРЫ И ИНЬШАНЬСКИЕ ТАТАРЫ В ЭТНОГЕНЕЗЕ ОНГУТОВ

Маурицио Паолилло, доктор исторических наук
университет Саленто

Связь между шато и уйгурами в географической зоне, позже контролируемой онгутами, кажется доказанной. Согласно китайским источникам, когда Уйгурская империя была уничтожена кыргызской атакой в 840 году, 15 уйгурских племен сбежали на запад, основав правление в Сичжоу, централизованное на Гаочане (такж известном как Кочо, у сегодняшнего Турфана) и контролируя немного позже также регион Ганьчжоу (сегодняшний Чжанъе в провинции Ганьсу). 13 уйгурских племен отправились на юг в направлении двух городов, Чжэнъу (сегодняшний Хэлингээр) и Тяньдэ (который есть Тендук), как сообщает Цзю Улайши: "В начале эры Хуэйчан (841-846), их [уйгуров] страна была наводнена кыргызами; племена и кланы были изгнаны и в беспорядке. Потом они переместили лагеря между Тяньдэ и Чжэнъу". Пассаж продолжается, рассказывая о том как неудачливые уйгурские племена были атакованы Ши Сюном и Лю Мянем и были вынуждены бежать на запад в регион, находившийся под контролем тибетцев. Слишком часто это приводит к заключению, что уйгуров в регионе больше не осталось: к слову, есть источники, такие как Цзычжи Тунцзянь Сыма Гуана, свидетельствующие об их присутствии в управлении Тяньдэ в 874 году.

217 цзюань Синь Таншу описывает хорошие отношения между уйгурами и шатосским лидером Чисинем, отцом Ли Кэюна, которому даровали имя Ли Гочан и который стал цзедуши Чжэнъу в 870 году. Их строгие отношения продолжаются в этом пассаже Синь Удайши, который также включает Татар:

達靼,靺鞨之遺種[…]契丹所攻,而部族分散,或屬契丹,或屬渤海,別部散 居陰山者,自號達靼。當唐末[…],咸通中,從朱邪赤心討龐 勛。其後李國昌、克用父子為赫連鐸等所敗,嘗亡入達靼。後從克用入關破黃巢,由是居雲、代之間。

"Татары были потомками Мохэ [тунгусское племя] [...]. Позже их атаковали кидани, и их племена были рассеяны: некоторые подчинились киданям, некоторые Бохаю, а некоторые другие племена, рассеянные по Иньшаню, звали себя Дада. В конце Тан [...], в эру Сяньтун, они последовали за Чисинем из клана Чжуе [т.е. шатосским Ли Гочаном] в провождении Манглиг. После этого Ли Гочан и Ли Кэюн, отец и сын, были повержены Хэ Ляньдуо и другими и сбежали к татарам. Потом они [Татары] последовали за Ли Кэюном, когда тот вошел в проход, чтобы победить Хуан Чао, и с тех пор они проживают между Юнь и Дай [Шаньси]" (Синь Удайши, 1974, с.911).

Иньшань есть северная территория земли, контролируемой онгутами с 12 века. Кажется ясным, что в 9 веке после коллапса Уйгурской империи в регионе, где с 12 века зафиксировано присутствие онгутов, бытовала тесная связь между тремя народами: 1) Татары Иньшаня 2) Уйгуры (Манглиг в процитированном пассаже есть уйгурский вождь, ставший каганом Ганьчжоу согласно различным источникам) 3) Тюрки Шато. Эта связь возможно была основана на общепринятой преемственности. Онгуты таким образом кажется были очень сложной этнической общностью, сформированной из иньшаньских татар, уйгуров и тюрок-шато. 

[Paolillo, Maurizio. White Tatars: The Problem of the Origin of the Öngut Conversion to Jingjiao and the Uighur Connection //Li Tang and Dietmar W. Winkler (ed.), From the Oxus River to the Chinese Shores. Studies on East Syriac Christianity in China and Central Asia, 2013 - p.243-244, 248]

Link to comment
Share on other sites

ОБЩИЙ ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЙ МИФ У ОНГУТОВ И УЙГУРОВ

В стеле онгутского чжунсянского принца Гаотана, написанной Янь Фу в 1305 году, сразу после отсылки к Ли Кэюну автор обращает внимание на то, что первым общим предком онгутов и шато был Бугу (始祖 卜國), имя, которое Пелльо без проблем идентифировал с Бугу, мифическим предком уйгурского народа. Место чудесного рождения Бугу (он был рожден из древесного узла, сформированного двумя деревьями) было в регионе между реками Тола и Селенга во внешней Монголии, той же предковой землей, что и у тюрок-шато. Но уйгуры также помещались на этой земле до их атаки против Второй Тюркской империи в 741-745.

Итальянский синолог Маурицио Паолилло

[Paolillo, Maurizio. White Tatars: The Problem of the Origin of the Öngut Conversion to Jingjiao and the Uighur Connection //Li Tang and Dietmar W. Winkler (ed.), From the Oxus River to the Chinese Shores. Studies on East Syriac Christianity in China and Central Asia, 2013 - p.242]

Link to comment
Share on other sites

Только что, Ашина Шэни сказал:

ОБЩИЙ ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЙ МИФ У ОНГУТОВ И УЙГУРОВ

В стеле онгутского чжунсянского принца Гаотана, написанной Янь Фу в 1305 году, сразу после отсылки к Ли Кэюну автор обращает внимание на то, что первым общим предком онгутов и шато был Бугу (始祖 卜國), имя, которое Пелльо без проблем идентифировал с Бугу, мифическим предком уйгурского народа. Место чудесного рождения Бугу (он был рожден из древесного узла, сформированного двумя деревьями) было в регионе между реками Тола и Селенга во внешней Монголии, той же предковой землей, что и у тюрок-шато. Но уйгуры также помещались на этой земле до их атаки против Второй Тюркской империи в 741-745.

Итальянский синолог Маурицио Паолилло

[Paolillo, Maurizio. White Tatars: The Problem of the Origin of the Öngut Conversion to Jingjiao and the Uighur Connection //Li Tang and Dietmar W. Winkler (ed.), From the Oxus River to the Chinese Shores. Studies on East Syriac Christianity in China and Central Asia, 2013 - p.242]

Попробуйте это доказать нашему ув,Акб! Понимаете что это бесполезно?  :D

Link to comment
Share on other sites

1 hour ago, mechenosec said:

Попробуйте это доказать нашему ув,Акб! Понимаете что это бесполезно?  :D

A зачем ему что то доказывать? Пусть человек дальше наслаждаетя своим фэнтэзийным мирком, зачем ему мешать.

  • Одобряю 1
Link to comment
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now


×
×
  • Create New...