Jump to content



Guest Rust

Хунну - Сюнну - Гунны

Recommended Posts

Счастливая улыбка на лице не признак адекватности аргументации.

Та публикация у меня есть и из нее те выводы которые вы написали абсолютно не следуют.

Выводы не я сделал.

Монголч эрдэмтдийн хурлын эхэнд “Хүннү нар монголчуудын эртний өвөг болох нь” хэмээх илтгэлийг ШУА-ын Археологийн хүрээлэнгийн захирал, доктор Д.Цэвээндорж тавьсан юм.
Link to post
Share on other sites
  • Модераторы

Ну значит он некорректные данные сделал. искать родство по 6-10 маркерам это полное профанство.

Link to post
Share on other sites

Ну значит он некорректные данные сделал. искать родство по 6-10 маркерам это полное профанство.

Ваша личка переполнена, как узнать Ваш эмейл?

Link to post
Share on other sites
  • Модераторы

Мэйл убрал, так как письмо вы написали

Link to post
Share on other sites

Шаньюи на самом деле Цузенву. Отсюда Цузен-Эзэн.

В дополнение к объясняениям Э.Р.Тенишева, В.С.Таскина и Сиратори, привожу дополнительно выводы монгольского тюрколога Каржаубая Сарткожаулы:

В 1982 г. в Булганском аймаке Монголии вблизи гор Бабалы (Овгонт) монгольскими учеными было раскопано хуннское погребение, в котором обнаружена инструктированная золотом и серебром конская сбруя и 39 застежек из литого золота. Но особое внимание ученых ривлекла круглая золотая пайцза в виде медальона. Проба на радиоуглеродный метод, взятая в Ленинградском археологическом институте показала дату: 30-ые годы 1 века н.э. (возможно хронологическое отклонение 10-15 лет).

Диаметр пайцзы 3,5 см. В центре чеканка: голова мужчины с густой, до самых бровей бородой и усами. Вокруг головы выбита надпись, состоящая из 9 знаков.

Надпись: транскрипция: 1. Ой-сенгiр 2. Елшiг ыты Перевод: Посла о-сенгира пайцза (пайцза каганского посла).

Анализ находок, основанный на привлечении данных многих научных дисциплин позволяет сделать следующие выводы:

1. Хуннами использовалось письмо со слоговым алфавитом; 2. Это письмо, передаваемое из поколения в поколение дошло до 10 века; 3. Памятники рунического письма, в больших количествах встречающиеся на территории Монголии и Тувы, Казахстана и Киргизии, правомерно относить не только к периоду Великого Тюркского каганата (7-9 вв. н.э.), но и к предшествующим империям Хунну, Тоба Вэй, Сяньби, Жуань-жуан; 4. Хунны говорили на том языке, что и древние тюрки, и государственным языком у них был язык тюркский; 5. Наследниками хуннской культуры и языка являются представители современных тюркских народов; 6. До сих пор высший хунский титул "Шаньюй", зафиксированный в китайских хрониках, не имел убедительного толкования; надпись на золотой пайцзе возвращает этому титулу изначальную ясную семантику. Руническое "Ой-сенгир", соответствующее китайскому "Шаньюй" (сравните по звуковой системе английского ученого Карлгренна), имеет значение "Высший", "Высокий". То же значение слово "Сенгир" (как фонетический вариант: "Зангар") имеет и в казахском языке ("Сенгир тау" - высокая гора).

Link to post
Share on other sites

Покойный китаист и тюрколог, профессор Зуев Ю.А. произвел многочисленные переводы китайских летописных хроник (специализировался по древнекитайскому, среднекитайскому и современному китайскому языку) и под руководством известного китаиста Яхонтова С.Я. изучил огромное количество источников по хунну/сюнну.

Цитаты из статьи Зуева: Этимология термина "Хион" выводится от Индо-европейского *khuon, древнекитайского *k'iwen, Киданьского, Монгольского kion и т.д., "собака", "собачка". Группа Тюркских племен, объединенных тотемным культом Небесной Собаки, Тюркское называние Taichan "Собака", было источником для Персо-язычных терминов Kermir Hyon (Kermichion), Кермир Хион (Кермихион), "Красный Хион" по Персидски, и для Кермихионов "Хронографии" Теофана. "Самое сильное" племя Хионов было Эзгил/Эзгел, лидер которого в 563 послал послов в далекий Константинополь. Племя, названное в Персо-язычных источниках Кермир Хион "Красная Собака", в Хотано-Сакских документах 7-го столетия называлось Khara Huna с тем же самым значением, термин Хион соответствовал Huna. Культ Собаки простирался от Малой Азии на западе до Маньчжурии на востоке.

Вы простите, но я думаю, что всем этим проф. Зуев чисто и просто не туда попал.

Link to post
Share on other sites

Уйгуры не тюрки.Уйгуры есть Хунны.

Link to post
Share on other sites
  • Admin
Цитата

 

Однако, если внимательно просмотреть тексты глав летописей, посвященных хунну, то в них можно обнаружить определенное количество упоминаний о строительстве населением Хуннской державы оседлых, защищенных стенами поселений, выращиванием и использованием в пишу различных злаков [Лидай 1958: 191, 204, 208; Бичурин 1950а: 76, 78, 83-84; Материалы 1968: 91; 1973: 22–24, 30, 103]. Есть на этот счет соответствующие археологические данные. На настоящий день известно почти два десятка городищ с культурным слоем, относящимся к хуннскому времени [Сосновский 1934; 1947; Киселев 1957; 1958; Пэрлээ 1957; 1974; Дорж-сурэн 1961; Давыдова, Шилов 1953; Давыдова 1965; 1985; 1995; Майдар 1970; Шавкунов 1973; 1978; Hayashi 1984; и др.]. Достаточно благоприятными для занятия земледелием, в частности, были земли Северной Монголии и Южной Бурятии. Среднегодовые осадки в этой физико-географической зоне в лучшие годы могут достигать 400 мм [Мурзаев 1952: 256], что в совокупности с наличием сети рек является важнейшей предпосылкой для развития в регионе земледелия [Масанов 1995а: 41]. Не случайно именно здесь находятся многие (известные на настоящий момент) городища и поселения хуннского времени. Наиболее изученными из оседлых памятников хунну являются Иволгинское городище, городище Баян-Ундэр, поселение Дурены, расположенные на территории современной Бурятии [Сосновский 1934; 1947; Окладников 1951; 1952; Давыдова, Шилов 1953; Давыдова 1956;1960;1965;1974;19756;19786; 1980; 1985; 1995; Davydova 1968; Давыдова, Миняев 1973; 1974; 1975; 1976; Данилов, Жаво-ронкова 1995; Данилов 1998].
 

 

Link to post
Share on other sites
20 hours ago, Rust said:

 

Сабирите, кит. Hsien-pi, рус. сяньби, са другото голямо и могъщо прабългарско племе и съответно военно-племенно обединение на територията на Централна Азия. В древнокитайските летописи те се знаят като Xianbei, сяньби (Ю. Тайшан) и от тях произлизат даже и цели китайски династии. По начало, заедно с ухуань, сяньби са единият от двата клона на дунху (В. Таскин). Съдейки не толкова и единствено по оставената от тях малка пластика, апликация и торевтика, няма как да се съгласим и приемем, че те имат „примитивна номадска култура“; да не се възмутим от неговото неразбиране, че „древните тюрки“ всъщност и фактически са централноазиатските българи, далечен потомък на коите се явява и самият той, а и най-после, да се примирим с неговото високомерно-пренебрежително отношение към българите, и негови предци (Л. Гумилев).

Именно те основават на територията на Китай редица български държави, строят невиждани до тогава градове, като прилагат съвсем нови и непознати технологии (T. Baykuzu), изработват вълшебно-превъзходни златни апликации и торевтика, ваят реалистични барелефи, скулптури, пана и фигурки на хора и коне, изписват будистките си пещерни храмове с чудно-красиви и все още много свежи рисунки (The New Whites; A. Juliano); полагат основите на тежката кавалерия в частност и делението на войската на различни родове и видове въобще (В. Соёнов); създават императорската гвардия, започват предварителното военно обучение на войската, изобретяват, въвеждат в употреба и усъвършенстват все нови и нови видове въоръжение и снаряжение, разработват и прилагат нова бойна тактика (Л. Бобров, Ю. Худяков); откриват и въвеждат в употреба в Китай бронята на коня и конника и стремето (A. Dien), а сабирските по произход китайски императори са сред първите, които създават императорската гвардия [Кычанов 2016, 148]; тъкмо те държат първенството в металолеенето, металообработването и особено в обработката на златото, при което откривайки клетъчния емайл и зърнестото злато, те го издигат до такова майсторство и съвършенство, че тях няма да ги достигне и надмине никога вече никой народ на Света; сабирите са първите, които възприемат Будизма и впоследствие го предават на останалите народи от този край на Света. Ето защо, няма как сабирите българи да не бъдат признати за художествено-техническия гений на късноантичното и ранносредновековното Човечество, особено след техните недостигнати и ненадминати дълго време след това нововъведения и постижения също така и в крепостно-обсадната техника (Ив. Добрев) [вж. и срв. Enoki 2017, 1-23].

Южные сяньби были убежденными кочевниками, причем даже получаемые товары, продукты, сведения в китайской словесности и наличие городов не могли помешать им жить в юртах и палатках. Самым тяжелым преступлением считалось конокрадство - за это полагалась смертная казнь. Осужденному обертывали голову куском холста и побивали камнями. За прочие преступления налагали денежную пеню или били палками. Административные единицы были не родовые, а военно-территориальные, во главе единиц стояли сотники, тысячники, предводители. Не было постоянных налогов, но в случае необходимости в средствах по разверстке собирали с зажиточных семейств нужные суммы.

Одежда их состояла из дохи, длинной сбористой юбки и войлочной шляпы. Женщины заплетали волосы в косы и украшали их жемчугом и золотыми поделками. Тогонцы очень ценили оружие. На вооружении у них состояли лук, палаш, щит и панцирь. Копье не упомянуто; это показывает, что тактика ударного боя еще не вошла в употребление.

Эта оригинальная система общественного устройства базировалась на кочевом быте и взаимопомощи. Сяньбиец не мог обеднеть. Если он терял свой скот из-за падежа или угона врагами, соседи давали ему по овце, и через два-три года он восстанавливал свое хозяйство. Помимо этого он сам шел в набег и либо возвращался богатым, либо не возвращался вовсе. Сяньбийцу нужны были не богатство, оставшееся в руках его жены или матери, а вес и положение в той системе, в которой он находился. Смысл его жизни составляли почести и власть, ради которых он не щадил ни чужой, ни своей жизни.

При всем этом сяньбийцы были очень способным и переимчивым народом. Они легко усваивали и китайскую грамоту, и хуннские аристократические традиции, и тунгусские моды вроде ношения кос, и способы изготовления яда для стрел, известные только приамурским охотникам - предкам нивхов.

Воинственные сяньби были так неукротимы, что для того чтобы хоть немного организовать их, нужен был человек необычайно сильной воли. Такой человек нашелся, но самое удивительное то, что ему было, согласно источнику, только 14 лет.

За храбрость и выдающиеся способности в 156 г. он был избран старейшиной. Старейшин сяньби избирали без особой борьбы, так как власть их была ничтожна, но Таншихай и тут оказался исключением. Он построил для себя дворец, собрал многочисленную дружину и, самое главное, возглавил всех прочих сяньбийских старейшин. Время работало на Таншихая: сяньби начали понимать необходимость объединения, и осуществление его выпало на долю молодого вождя.

Консолидация принесла плоды немедленно. Таншихай на юге грабил пограничные (с Китаем) места, на севере остановил динлинов, на востоке отразил фуюй, на западе поразил усунь и овладел всеми землями, бывшими под державою хуннов, от востока к западу на 14 000 ли (приблизительно 6,5 тыс. км), со всеми горами, реками и соляными озерами. Все эти завоевания были совершены в период с 155 по 166 г. Возможно, что Южная Сибирь была покорена в 168-173 гг., но об этих завоеваниях мы знаем слишком мало.

Положение это продержалось 400 лет. Динлины потерпели такое сильное поражение, что с этого времени о них больше не было слышно, а для хуннов начался новый период истории. Лишившись земледельческих районов в Западном крае, хунны двинулись на запад, чтобы отыскать новые, и при этом раскололись снова. "Малосильные" остались в Семиречье, где основали княжество Юебань, просуществовавшее до V в. н.э., а самые сильные ушли в Европу, где расправились с аланами, готами и добрались до Рима, окруженные новыми союзниками - уграми и кавказцами. Жестокий разгром хуннами многих европейских народов создал им на западе репутацию головорезов и разбойников, в то время как китайские авторы характеризовали их как народ, наиболее культурный из всех "варваров".

Войну с Китаем Таншихай вел весьма удачно. Начиная со 158 г. летучие отряды сяньби наводняли Северный Китай и производили "великий грабеж". В 166 г. многие южные хунны и ухуани передались на сторону сяньби. Китайцы, видя неспособность поставленного ими в Южном Хунну шаньюя Гюйгюйра, арестовали его, но это не поправило дел на фронте. В 167 г. измученное набегами китайское правительство предложило Таншихаю мир на основании "договора мира и родства" и признало за ним титул вана. Таншихай отказался вступить в переговоры.

Наконец в 177 г. китайцы решили разбить врага на его территории, и 30-тысячное войско выступило за границу. Сяньби не бежали, они грудью встретили китайский удар, и все три китайские колонны были разбиты наголову. Осенью 177 г. сяньби начисто разграбили Ляоси, а в 178 г. перекинулись в Хэси. От этого поражения Китай долго не мог оправиться. Четыре столетия кочевники безнаказанно хозяйничали в его пределах.

Сяньбийские воины IV-VI вв. широко применяли оружие дистанционного (луки, стрелы) и ближнего боя (клинковое, длиннодревковое, комбинированное, ударное короткодревковое оружие), а также защитное вооружение для воинов (панцири, шлемы, дополнительные защитные детали) и боевых коней (изголовья, панцирные попоны).

Мощные сложносоставные луки в комплекте со стрелами специализированных форм были основным видом вооружения кочевников в хуннскую эпоху. Сяньбийцы, добившиеся победы над хуннами во многом благодаря наличию широкого арсенала средств ближнего боя, хотя и продолжили развитие средств дистанционного боя, все же отдавали предпочтение древковому и клинковому оружию. Судя по изображениям, тяжеловооруженные всадники IV-V вв., использовавшие богатый оружейный арсенал, почти не применяли луков и стрел. В течение этих двух столетий лук и стрелы оставались почти исключительно оружием легковооруженной и средневооруженной конницы, пеших и спешенных воинов. И только с конца V в. лук и стрелы вновь вошли в состав комплекса вооружения конных латников, расширив их функциональное назначение на поле боя. Кроме конных латников, в этот период луками были вооружены воины легкой и средней конницы, а также легковооруженные китайские пехотинцы.

During the Sixteen Kingdoms (304-439) period, the Xianbei founded six kingdoms in China proper, including the Former Yan (281-370), Western Yan (384-394), Later Yan (384-407), Southern Yan (398-410), Western Qin (385-430) and Southern Liang (397-414). Most of them were unified by the Tuoba Xianbei, who established the Northern Wei (386-535), which was the first of the Northern Dynasties (386-581) founded by the Xianbei.

In 534, the Northern Wei split into an Eastern Wei (534-550) and a Western Wei (535-556) after an uprising in the steppes of Northern China inhabited by Xianbei and other nomadic peoples. The former evolved into the Northern Qi (550-577), and the latter into the Northern Zhou (557-581), while the Southern Dynasties were pushed to the south of the Yangtze River. In 581, the Prime Minister of Northern Zhou, Yang Jian, founded the Sui Dynasty (581-618). His son, the future emperor Yang Guang, annihilated the Southern Chen (557-589), the last kingdom of the Southern Dynasties, thereby unifying northern and southern China. After the Sui came to an end amidst peasant rebellions and renegade troops, his cousin, Li Shimin, founded the Tang Dynasty (618-907); Li led China to develop into one of the most prosperous states in history. Sui and Tang dynasties were founded by Han Chinese generals who also served the Northern Wei Dynasty. Through these political establishments, the Xianbei who entered China were largely merged with the Han, examples such as the wife of Emperor Gaozu of Tang, Duchess Dou and Emperor Taizong of Tang's (Li Shimin's) wife, Empress Zhangsun, both have Xianbei ancestries, while those who remained behind in the northern grassland emerged as later powers to rule over China.

Sien-Pi'lerin en namlı hükümdarları 2'nci yüzyılın ortalarından 181 yılına kadar tahtta kalmış Tan Şıhuay (檀石槐 tán shíhuái, 136-181) olmuştur. Tan Şıhuay kuzey Hiung-nu'ları mağlub etmeyi başarmış ve topraklarını İli nehrine kadar genişletmiştir. Çok kez (158 yılında güney Hiung-nu'ları ile birlikte) Çin Seddi'ni aşmıştır. Oğulları ve yeğenleri kendi yerini tutamamış ve böylece Sien-Pi konfederasyonu 233 yılında dağılmışdır.

Sien-Pi'lerin bir bölümü Liaotung (遼東)'dan Henan'a doğru hareket etmiş ve orada Han Tsun (Murong Jun (慕容皝 mùróng huàng, ?-360) komutası altında 352 yılında güney Hiung-nu'ları mağlup etmiştir. Orada kurdukları Yan Hanedanları (Çian Yan ve Hou Yan) fazla ayakta duramamış ve 370 yılında aynı kendileri gibi kısa ömürlü Çian Çin (前秦) hanedanını kuran tibetli Di kavminden Fu Jian (苻健)'a yenik düşmüştür. Ancak 16 yıl sonra 386 yılında bu bölgede Tabgaçlar (Tuoba) Tuoba Gui (拓跋珪) Kuzey Vey Hanedanı'nı kurmuştur. Tabgaçlar da Sien Pi'lerin zamanında bir Sien-Pi boyuydu.

The professionals found some ruins of towers outside the city walls, it is believed that the function of these structures was to help protect the king when he was outside the wall. They localised sites of tombs of near these ruined towers, but these remain unexcavated. The most important findings were of the seals of Southern Hun kings and /or officials, that were unearthed near Tongwancheng, in Yulin, and other locations in the Ordos regions and Shaanxi province. One was discovered in Loyang, which was at one time the part of the Southern Hun Empire.7 These items are significant because they show that while the Southern Huns used Chinese signs, the language of seals was Hun. Uchiraltu, Inner Mongolian expert read the inscriptions and reconstructed some Hun administrative titles, that were recorded in the Chinese chronicles as well.

Sand, soil and water were mixed, yielding a strong building material, which is known as “white earth". Probably, inside the city wood was another important building material. We can observe traces of beams on the sides of the palace and some watchtowers. The investigations of the Chinese archaeologists revealed that the city had been divided into two main partan outer segment and an inner one. Additionally the inner city was further subdivided into western and eastern sections. The western segment contains remnants of a palace, the houses of officers and other leaders, and various governmental offices. South of the palace two ruined towers can be found, one of which was a drum tower, and other a bell tower. Together these towers performed a very important function: providing information to the habitants.

The Chang’an Tower stood in the centre of the western section, guarding the road to Chang’an, the ancient Chinese capital, that was once part of the Da Xia Kingdom. The eastern part was the industrial and commercial centre and some houses remain in good condition. In some ways, these houses differed from the houses of nobles. While a noble house have had two or more rooms, and the “garden" in front of it, the house of an ordinary family would have had only two rooms and usually no “garden".

Considering the more ten-thousand inhabitants of the city there are only few houses remained. so, it is likely that “temporary" houses such as tents (yurts) or wooden houses existed inside and outside the city. However, the arrangement of the houses were much the same: like the yurts of the nomadic people who moved mainly through Mongolia and Tibet, as Hou stated,13 and the typologies that developed in early cities in Mongolia, the central point of these houses was the fireplaces. The smoke was lead through an aperture in the ceiling, providing a secure and liveable home for the inhabitants.

Сяньби использовали выработанную сюнну стратегию внешней границы, а именно: жестокие набеги с целью грабежа и устрашения ханьского двора, чередование войны и мира для увеличения выплат и расширения торговли, отказ от оккупации земель империи Хань. Однако в том, как эта политика осуществлялась сяньбийцами, было и существенное отличие. Шаньюй сюнну использовал набеги как средство для достижения новых, более выгодных условий заключения договора. Вслед за набегами в Китай быстро выезжали сюннуские послы с предложениями о мире. Как только заключался выгодный договор, число набегов существенно сокращалось, и общее количество лет мирного сосуществования Китая и сюнну в итоге превышало количество лет войны между ними. Захватившие господство в степи сяньби полагались более на набеги, чем на получение договорных привилегий и выплат, и с Китаем чаще находились в состоянии войны, а не мира. Около 167 г. они даже отвергли выгодное предложение мира со стороны Хань, т. е. сделали то, чего бы никогда не сделали сюнну. Для сяньби набеги сами по себе являлись главной и самой желанной целью: http://bolgnames.com/Images/GreatWall_3.pdf

Link to post
Share on other sites
  • Admin

Ув. профессор, недавно смотрел выступление, если не ошибаюсь Крадина, тот сообщил, что доказана монголоязычие сяньби/серпи. Надо смотреть последние статьи на эту тему.

Link to post
Share on other sites
On 11/23/2020 at 12:23 PM, Rust said:

Ув. профессор, недавно смотрел выступление, если не ошибаюсь Крадина, тот сообщил, что доказана монголоязычие сяньби/серпи. Надо смотреть последние статьи на эту тему.

Крадин не языковед и ему нет дело здесь, у меня обобщение самых последних и авторитетных исследованиях в этой области, реликты сабирского (сяньбийского) языка категорично указывают на булгарской произход, характер и принадлежности: Специално савирският език си е чист прабългарски език, при който e налице и ламбдаизъм – alçın (T. Tekin), а в предисловие е запазено тюрк. *d, например табг. d'amçin (T. Tekin), докато в средисловие е съхранено тюрк. *t, което в огузотюркските езици например преминава в *й. Това най-добре се забелязва при съотнасяне на прабългарското по произход унг. kút „кладенец; яма” (Ив. Добрев) със засвидетелстваното в древнокитайските летописи и заетото още и в монголския праезик (А. Дыбо) сянб. *kituγči „убиец“, производно чрез деятелния суф. -či от именната основа *kituγ „убийство“ на гл. *kit- „сека; коля; убивам“ и със съответствия в огузотюркските езици, например, тур. kıymak „рубить, резать; губить, убивать“ [TRSz, 547]. Савирски по произход и принадлежност са и някои роднински названия в китайския език от времето на династията Танг на савирите тоба (G. Clauson; S. Chen). Тези роднински имена обаче в никакъв случай не са алтайски или монголски, а единствено и само български.

Савиро-тобаски по произход и принадлежност са и думи, титли и имена като k’o-po-çėn < *k’âpâkçin „kapı muhafızı, kapıcı“ = T’o-pa *kapagçın; с китайската си по произход основа, pi-tė-çėn < *pyi/b’yi-tik-çin „yazıcı“ = T’o-pa *bıtıgçın; с китайската си по произход основа, hsien-çėn < *ğam-çin „atlı postacı, ulak“ = T’o-pa *d’amçin, camçın = Çağ. Osm. yamçı ay.; hu-lo-çėn < *ğuo-lâk-çin „hükümdarı silâhla donatan, kuşatan görevli, teçhizatçı başı“ = T’o-pa *kurlagçın < *kur+la+g+çın = ET kur „kuşak“, Ana Türkçe *kurla-kuşandırmak“; ho-la-çėn < *ğat-lât-çin „süvari“ = T’o-pa *hatlagçın = ET atlıg, atlag „atlı, süvari“; muh-kuh-lü (lâkap) „kabak başlı, dazlak“ = T’o-pa *mukur, *mukun ya da *mukulig = Mo. muqur „kör, küt (bıçak vb.); boynuzsuz, kuyruksuz; yuvarlak“; a-çėn < *a-çin „T’opa sarayının mutfak kısmı“ = T’o-pa *aşçın ya da *alçın = ET aşçı и др. [Tekin 2010, 24-32]: http://bolgnames.com/Images/GreatWall_3.pdf С. 1048

Link to post
Share on other sites

Останки столицы Империи гуннов будут взяты под госохрану

5f333c33b0654.jpeg

 

 

Улаанбаатар /МОНЦАМЭ/ Руководитель археологической команды, обнаруживший останки столицы Империи гуннов Луут, преподаватель археологического факультета Университета «Улаанбаатар», доктор наук Т. Идэрхангай представил итоги своих работ некоторым членам ВГХ, ученым и исследователям.

 

a0793cb42c993351909d58c2c37ca601.pngЗа последние 10 лет эта команда во главе с Т.Идэрхангаем провела раскопки и изучение места археологического наследия вблизи сомона Улзийт аймака Архангай. В ходе этой научно-исследовательской работы команда выявила останки столицы Империи гуннов и обнаружила древнюю посуду с надписью «Сын неба Шаньюй», которая считается важнейшей исторической находкой не только для нашей страны, но и всего мирового сообщества.

По мнению Т.Идэрхангая, несмотря на то что из-за рубежа поступает много предложений о поддержке и финансировании работы его команды, Монголия должна самостоятельно провести научные исследования. «В первую очередь необходимо взять под госохрану эту местность. Потому что, потребуются многолетние исследования», - сообщил он.

Побывав на месте и ознакомившись с ходом археологической работы, начальник отдела науки и технологий Министерства образования и науки С. Мунхбат заявил: «Для подтверждения гипотезы и полного завершения исследований потребуется ещё много лет. Такие масштабные археологические раскопки должны сопровождаться единой госполитикой, и важно, чтобы Парламент и Правительство обратили внимание и приняли решение об их финансировании. Поэтому в первую очередь Хурал Гражданских Представителей аймака Архангай решит вопрос о взятии под госохрану местность в срочном порядке».

Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now




×
×
  • Create New...