Рекомендованный пост

Огузский великан Кият

Заманчиво, конечно, объявить Мамая каракалпаком. И, вполне возможно, так оно и есть.

Но справедливости ряди нужно признать: род кият и имя Кият встречаются не только у каракалпаков, но и у казахов и туркменов.

Ну, казахи — ближайшие родичи каракалпаков. Так что тот факт, что часть киятов, в том числе проживающих в современной Монголии (сам не беседовал, но читал об этом), считает себя казахами, удивление не вызывает. Хотя нужно, конечно, заметить: казахи в своей основе имеют кыпчаков, которые вроде бы те самые половцы, против которых вместе с русскими боролись черные клобуки. И в нынешнем каракалпакском народе роды кыпшак и кыят относятся к разным группам.

С другой стороны, в русских летописях я нашел единственный возможный след киятов (точнее, Кията), и как раз у половцев. «Повесть временных лет» под 6603 г. рассказывает: «В то же лето пришодша Половци, Итларь и Кытанъ, к Володимеру на миръ». Знаменитая история. Любимый летописцами русский князь Владимир Мономах замыслил убить половцев, заключивших только что с ним мир. С какого бодуна — непонятно. Летописцы утверждают: дружина подбила. Князь-де сопротивлялся: «Како се могу сотворяти роте с ними», но те пояснили, что «нету в томъ греха», и он согласился. Послал своих людей выкрасть сына Святослава, бывшего в заложниках у «Кытана», а потом «убиша Кытана и дружину его избиша», из-за чего возник конфликт и с половцами, и с Олегом Черниговским, не пожелавшим участвовать в этом преступлении. Цитирую по книге Бугославского, в которой собраны все варианты разночтений ПВЛ по различным летописям{124}.

Так вот, текст-то многие знают, но на имя половецкого хана внимания не обращают. Я, конечно, не лингвист, но, по-моему, в «Кытана» («Китаина» по Радзивиловской и Академической летописям) вполне мог в русской передаче обратиться Кият-хан (Кият-хан — Киятан — Китан — Кытан). Я не утверждаю, что это стопроцентно так, но похоже на правду. И тогда этот Кият — кыпчак.

Но вот относительно туркменов… Они же в основании своем имеют тех же огузов. А именно огузы раньше половцев-кыпчаков пришли в причерноморские степи. И, по мнению многих ученых, именно они составили основу «черных клобуков» после того, как кыпчаки потеснили их из степи. А уж потом, в Орде, к старым родам добавились новые, кыпчакские.

Так вот, у огузов существуют два народных эпоса. Один — «Коркыт Ата». Записан он был в XIV–XVI вв. в виде прозаического произведения «Книга деда Коркута» азербайджанскими и турецкими писателями. Но составлен, по мнению исследователей, в VII–X вв. в бассейне Сырдарьи. Его легендарный создатель, от имени которого ведется повествование, Коркут — бек племени Кият. Эту личность казахи (тоже воспринявшие этот эпос, хотя повествует он о героических похождениях огузских богатырей и героев) считают исторической, основоположником музыкальных произведений для кобыза, эпического жанра и искусства врачевания.

Второй эпос — «Огыз-нама» — впервые был записан в XIII в. Рашид ад-Дином, а затем в XVIII в. упоминался хивинским ханом Абулгазы, считавшим себя прямым потомком Чингиза. Основное действующее лицо — Огыз-каган. Поэма посвящена его детству, подвигам и победе над одноглазым великаном Киятом.

Тут, впрочем, Кият выступает как сторонняя, не огузская сила. Но вот в XIX в. Кият был… старейшиной туркмен на Мангышлаке. И в 1820 г. русским все время приходилось иметь с ним дело. Поскольку этот Кият-бек (или Кият-ага) со своими людьми был первым, кто попросился под российское подданство. О чем и повествует масса документов.

Вот, к примеру:

«Поверенный туркменского народа старшина Кият-ага просит, дабы отменили пошлину, недавно наложенную на рыбу, которую привозили астраханские промышленники с юго-восточных берегов моря. С того времени, как сия пошлина наложена, рыбные ловли у туркменов прекратились, и они лишились тех выгод, которые от того имели. Сие понудило многих искать себе пропитание в Хиве и других местах; но дабы ловля сия была безопасна для наших промышленников, Кият-ага просит, чтоб ему исключительно позволено было снабжать наших промышленников рыбой и чтобы все торги с народом производились через него. Торговля сия ежегодно будет отправляться не более, как на двух судах, и не может быть весьма значительна. Кият-ага просит, чтоб ему в таком случае позволено было солить отсылаемую им рыбу своей солью, добываемой с Нефтяного острова. Народ, говорит он, будет тогда иметь настоящую причину признавать меня за старшего. Между тем он увидит преимущества, полученные мной от российского правительства, будет мне повиноваться, и тогда я могу без сомнения обратить сие повиновение в пользу государя. Если правительство наше, предполагая завести торговлю с туркменами, опасается понести убыток от сего, то первый опыт может быть сделан Кият-агой, он избавит нас через сие от хлопот и издержек, и народ его поневоле привяжется к нему. „Я предлагаю свои меры, говорит Кият-ага. Правительство само увидит: клонятся ли они к сображению разбросанного бедного народа? Мои личные выгоды будут велики; но каким только средством, кажется мне, можно управиться с моими соотчичами“»{125}.

Или вот еще:

«Вступив уже я с родственниками и приближенными моими под высокое покровительство Российской империи, желаю служить вам, жертвуя собой и состоя в подданническом повиновении, оказывать услуги не только по возможности моей, но еще превышающие ее взамен таковой вашей ко мне милости… При чем имею честь вам донести, что находящиеся на Челекене, Гургене и Атреке иомутские народы терпят страх и притеснение от астрабадцев и хивинцев, так что всякий день их беспокоят и желают привести их в повиновение себе. Словом, они хотят достать их в свои руки, нам же, кроме вас, нет другой надежды и покровителя, день и ночь нетерпеливо ожидаем, будет ли когда-либо начальник, чтоб один начальник был сюда прислан и поставлен на здешних границах, по которому бы мы могли безопасно жить от неприятелей и быть в спокойствии и тишине под защитой того начальника. В прочем народ нашего юрта в крайнем положении. Если счастье наше не подействует и от вас не будет прислан в нашу юрту доверенный начальник, то мы должны отдаться на расправу жаждущим крови нашей соседям, а семейства наши отдадутся им в плен, оставаясь навсегда с кровавыми слезами, и прежде всех я буду истреблен. Если вам угодно, чтоб я собрал рассеянных туркменцев и вручил всех их прибывшему сюда начальнику, то хорошо, а если сего быть не может, то просьба моя в том состоит, чтоб в обширных землях ваших отвести мне один небольшой угол, дабы привести мне туда семейство свое под покровительство ваше и не узнать уже лица неприятеля, молясь день и ночь о долгоденствии великого государя императора»{126}.

Так что если не род кият, то личное имя Кият у туркменов (огузов) было. Видимо, это все же слово общетюркское. Отсюда, кстати, следует, очевидно, что предки Чингизхана были никак не монголы. Что, впрочем, многие исследователи и раньше подозревали. Особливо если говорить о его непосредственных предках, кият-борджигинах. Ведь «борджигин» означает «синеокий». Об этом пишет тот же Рашид ад-Дин. И добавляет: «Как это ни странно, те потомки от третьего сына Есугей-бахадура и его детей по большей части — синеоки и рыжи». Да уж, типичные монголы! Нет, сдается, тюрки они все же были. И, скорее всего, слово «кият» означало «дальние». Такое название могли получать роды, живущие далеко от центра племенной территории, в любых тюркских племенах. Так что разные кияты вполне могли и не быть друг другу родственниками. Что, похоже, и происходило. Ну, не зря же, как я уже отмечал, топонимы «кият» расположены на бывших окраинах Дешт-и-Кипчак.

http://www.e-reading.org.ua/chapter.php/1001270/58/Zvyagin_Yuriy_-_Zagadki_polya_Kulikova.html

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Черные клобуки не только огузы, это остатки печенегов, огузов, берендеев и т.д. То есть не принадлежит конкретному племени. Смешивание огузов и печенегов имело место на юге Арала, туркменские и каракалпакские шежере это подтверждают. Волна воинственных кипчаков на юг Арала и вытеснила эту смесь на запад, в результате те не присоединяясь со своими одноименными племенами нашли защиту в лице русского княжества. Поэтому они совместно с русскими защищались от набегов кипчаков (половцев).

Прямыми потомками Черных клобуков являются каракалпаки, карапапахи, гагаузы. Об их исторической общности рассматривается в работе азербайджанского профессора Низами Мамедова "Каракалпакская литература", где автор освещает вкратце и об истории каракалпаков.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

М.б. кино снимали и потеряли ?

Был вроде аналогичный случай как нашли в КЗ камень с надписями, потом только разобрались... 

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

Создать аккаунт

Зарегистрировать новый аккаунт в нашем сообществе. Это несложно!

Зарегистрировать новый аккаунт

Войти

Есть аккаунт? Войти.

Войти