Sign in to follow this  
Монгол

Браки монгольских и русских элит

Recommended Posts

просто итересно, много ли таких было, слышал что были...но примеров не знаю.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Вообщем то если разговор идет не только о Монголах,но и Монголо-Татарском ханстве, то да, были.

Великие князья Юсуповы например.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Guest Керим-хан
Вообщем то если разговор идет не только о Монголах,но и Монголо-Татарском ханстве, то да, были.

Великие князья Юсуповы например.

Браки конечно были, но род князей Юсуповых если быть точными - ногайского происхождения.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Вообще-то Юсуповы считаюся одновременно потомками Чингиз-хана и Магомета. Вот кого на царство надо было вместо Романовых :)

Share this post


Link to post
Share on other sites
просто итересно, много ли таких было, слышал что были...но примеров не знаю.

Из П.О. Рыкин

Монгольская концепция родства как фактор отношений с русскими князьями: социальные практики и культурный контекст

Нельзя сказать, что брачные связи русских князей с монголами в золотоордынскую эпоху были очень интенсивными (по крайней мере, нам не дают на это права источники). Из летописей известно лишь несколько фактов подобного рода. В 1257г. "у Кановичь" (т. е. при дворе монгольского хагана) женился князь Глеб Василькович Белозерский из дома ростовских князей (его жена крестилась под именем Феодоры). Вторым по хронологии князем, получившим в жёны монголку (на этот раз даже дочь ордынского хана), был известный Фёдор Ростиславич Ярославский. Ханская дочь получила при крещении имя Анны. Но "Житие" князя, в котором приведены эти сведения, не содержит ни имени столь благоволившего к Фёдору монгольского правителя, ни даты самой женитьбы (последняя относится приблизительно к периоду 1270х-1280х гг.) (2). Начало XIVв. ознаменовано целой серией "татарских браков": в 1302г. в Орде у некоего "Кутлукорткы" женился князь Константин Борисович Ростовский (вторым браком), а у Велъбласмыша (так передаёт летопись имя этого ордынского вельможи) – князь Фёдор Михайлович Белозерский, внук князя Глеба Васильковича. В 1305г. с неизвестной ордынкой (Н. Н. Баумгартен называет её "татарской княжной") вступил в брак князь Михаил Андреевич Нижегородский, племянник Александра Невского. Наконец, самый известный случай – брачный альянс князя Юрия Даниловича Московского с сестрой хана Öзбега Кончакой (в крещении Агафьей) во время его пребывания в Орде в 1315-1317гг. (см.: Лаврентьевская летопись, стб. 474-475; Суздальская летопись, стб. 524. 528; Тверской сборник, с. 401; Воскресенская летопись, с. 161; Никоновская летопись, с. 141, 180; Степенная книга, с. 308-310; Львовская летопись, с. 164; сводку данных см.: Экземплярский 1889, с. 69; 1891, с. 34, 78, 83, 155-157, 396-397; Baumgarten, c. 13, табл. II, №1; с. 36, табл. VII, №2; с. 60, табл. XI, №6, 12; с. 69, табл. XII, №3; с. 94, табл. XVII, №5; с. 150).

Мы видим, что жёнами князей становились как близкие родственницы монгольских ханов, так и дочери ордынской знати. Аналогично обстояло дело и на других зависимых от монголов территориях, где проводилась похожая брачная политика. На широкую ногу она была поставлена при Чингисхане, в начале XIII в., когда дочери Чингиса и другие его младшие родственницы выдавались замуж за представителей правящей верхушки öнгÿтов, ойратов, уйгуров и карлуков (см.: Мэн-да бэй-лу, с. 148-149; SHM §§235, 238, 239; Juvaini, т. I, с. 75-76; РСб I/1 119, 140-141, 148-149, 151). После образования Монгольской империи практика династийных браков с правителями других народов не прекращалась: так, освобождённый монголами в 1269/70г. из византийского плена бывший румский султан Изз ад-Дин Кай-Ка‘ус был отправлен к джöчидскому хану Мöнкэ-Тэмÿру, который поселил его в Крыму и женил на дочери Бэркэ-хана (Тизенгаузен, с. 511). В 1289г. ильхан Ирана Аргун выдал свою дочь замуж за грузинского царя Вахтанга II, занявшего трон после казни его предшественника Дэмэтрэ (Галстян, с. 42). Но даже брак с монгольской женщиной неханского рода представлен в источниках как большой почёт. В 1240-х гг. к монгольскому двору совершили поездку два армянских князя: ишхан Аваг, сын атабека Иванэ, и брат царя Киликийской Армении Хетума Смбат. Первый "предстал перед великим государем (хаганом.- П. Р.), предъявил ему письмо военачальника их и сообщил о причинах своего прибытия, дескать, прибыл, чтобы служить тебе. Услыхав это, великий государь любезно принял его, дал ему в жёны татарку и отправил его обратно на родину" (Киракос, с. 168). Смбат был аналогичным образом принят Гÿйÿк-хаганом, причём рассказывающий об этом армянский хронист Григор Акнерци замечает:"Тому, кого они (монголы.- П. Р.) уважают и почитают, они дают в жёны одну из своих знатных женщин" (Blake, Frye, c. 315). Чтобы понять ассоциацию представлений о почёте и родстве в сознании средневековых монголов, необходимо очертить примерную конфигурацию сферы действия родственных структур в системе их социальных практик.

...

Попадая в сферу действия такой концептуальной машинерии, брачные партнёры приобретали ряд обобщённых взаимных обязательств. К примеру, русские князья становились "служебниками" хана (albatu), обязывались сохранять ему покорность (el~il) и платить дань, а главное – поддерживать мир (тот же il) в своём "улусе", тот мир, к установлению которого в глобальном масштабе стремился Чингисхан и его преемники (11). От "зятьёв" ещё при Чингисхане требовалось участие в военных походах монголов (см.: Juvaini, т. I, с. 46-47, 77, 82; РСб I/2 198). Не были исключением и наши князья: в походе Мöнкэ-Тэмÿра на ясский город Дедяков (1278 г.) участвовали некоторые из них, и в том числе "зятья" Глеб Ростовский и Фёдор Ярославский (см., напр.: Вернадский, с. 179). А ордынские ханы оказывали им "честь" (это действие по-монгольски обозначалось глаголом soyurqa=), сущность довольно абстрактную и оформлявшуюся ситуативно. "Честью" могла быть сама монгольская женщина, которая "жаловалась" (soyurqaju) лояльному вассалу (см., напр.: SHM §§235, 238, 239), но также и собственные владения князя, его "отчина", которую он получал из рук хана-сюзерена. Особенно часто "чести" удостаивались ростовские князья. Они постоянно ездили в Орду, участвовали в монгольских походах и т. д. Это и не удивительно - на них приходится половина (3 из 6) всех "татарских браков" Рюриковичей. Именно родственные узы с монголами объясняют "исключительное положение" ростовских князей в системе монгольского управления Русью, а вовсе не мифическое желание ордынского правительства "оторвать князей от местной бытовой почвы" и не допустить повторения антимонгольских восстаний начала 1260-х гг., как то утверждал А.Н. Насонов (Насонов, с. 67). Вспомним, что князь Глеб Белозерский вернулся из Монголии с женой ещё в 1257 г., за пять лет до восстания 1262 г. Положение ростовских князей в качестве постоянных "получателей жён" и служит причиной "повышенного внимания" к ним со стороны Орды.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Guest Soraman

Правда ли, что русский философ Чаадаев потомок Чингисхана от его сына Чагатая?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Уважаемый СТАС!

Не знаете ли вы где можно достать сию книгу в электронном виде?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Уважаемый Воевода Владимир!

Я нашел этот текст года 2 назад в Интернете. Автор выложил 2 статьи, которые планировал издать в востоковедных журналах. Кажется, это что-то вроде "Евразии". Теперь фамилию Рыкин я встречаю часто.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now
Sign in to follow this