Гость Эльтебер

Курды

Рекомендованный пост

Гость Эльтебер

Курды

самоназвание - курд, курмандж

kurd3.jpg

Курды - ираноязычный народ, живущий главным образом в Иране, Турции, Ираке, Сирии и некоторых других странах. Общая численность на 1992 год - 18 млн. человек (7,5 миллионов в Турции, 5,6 миллионов в Иране, 3,7 в Ираке, 745 тысяч в Сирии), много курдов проживает в государствах бывшего СССР, включая Кыргызстан и Казахстан. Верующие - мусульмане-сунниты, меньше - шииты, часть принадлежит к сектам езидов, али-илахи (или ахл-и хакк) и другие. Среди курдов распрастранено как земледелие, так и кочевое скотоводство.

Курдский язык относится к северозападной ветви иранских языков. Многие курды также говорят на арабском, иранском и турецком языках.

Курды имеют национальную автономию в северном Ираке, которая с начала 90-х годов прошлого века практически независима от Багдада. Основные города Сулеймание, Киркук и Мосул. Курдская автономия Ирака экономически связана с соседней Турцией. На её территории имеются богатые нефтяные залежи. Существуют существенные трения между курдами и туркменами северного Ирака (численность около 3 миллионов).

Среди курдов распространена идея Курдистана, включающая смежные территории Ирака, Ирана, Сирии и Турции. Под давлением США правящая верхушка иракских курдов пошла на уступки в формировании новой иракской конституции и отказалась от требования независимости.

В Турции курдская проблема является одной из самых острых, унесшая много невинных жизней как со стороны турков так и со стороны курдов. Постепенный рост демократического общества в Турции, часто под давлением Европейского Союза и США, привел к некоторым позитивным здвигам в курдском вопросе. Турецкие власти позволили ограниченное вещание и печатную деятельность на курдском языке. Реформы также коснулись политической жизни Турции. В 1999 впервые прокурдская партия DEHAP выиграла 37 позиций на выборах мэров в городах юго-востока Турции. Например, мэром города Дияр Бакыр был избран 33 летний курд Осман Бэйдемир.

osmanbaydemir.jpg

Осман Бэйдемир, мэр города Дияр Бакыр

Была выпущена из заключения Лейла Зана, первая женщина курдянка, ставшая депутатом турецкого парламента. Она была осуждена на 15 лет за то, что на своей инагурации выступила с речью на курдском языке перед турецкими парламентариями в защиту курдов.

zana_leyla.jpg

Лейла Зана

В Иране проблема курдов также остро стоит. Иран, также как Турция, Ирак и Сирия, не заинтересован в независимости курдов. При Хоменеи проводились широкомаштабные этнические зачистки курдов, охватывавшие практически все территории проживания иранских курдов. Массовые убийства проводились посредством расстрелов и обезглавливаний.

В последние годы также вспыхивают волнения и столкновения между курдами и иранскими властями.

kurd2.jpg

Март 1979 года. Массовый расстрел курдов иранской армией в Санандаже.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Всё более и менее верно, кроме числености курдов...как не считаю данные приведённые Элтеберем точными..так и не посягаю сам на это.Курды...имею ввиду информированных, говорят,что их в мире от 37 до 40 млн. Вполне понятно как преуменьшение их, так завышение их числа. Скорее их более 30 млн.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость FERNIR@

помочь курдам может только америка свергнув агрессивное правительство ирана. :D

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
помочь курдам может только америка свергнув агрессивное правительство ирана

Ага, в Ираке курдам, так и помогла Америка ;) За время оккупации амеров в Ираке, курдов погибло не мение (а то и поболее), что и при Саддаме. А не зависимости в Ираке, курды как не видели, так никогда и не увидят.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

kurdistan1.gif

Free Kurdistan

Курды имеют такие же права на самоопределение как другие народы.

Не понимаю что турки их считают нелюдьми :blink: .

Предупреждаю: политика тут не обсуждается

Изменено пользователем Зиядоглу

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Турецкая часть ареала курдов - это восновном то, что до 1915—1918 гг. было заселено армянами? Сколько сейчас курдов в Турции? И сколько было до 1915 г.?

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

На статистику по численности курдов накладывает отпечаток то, что иногда йезидов ошибочно не причисляют к курдам, выделяя их в особый этнос.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Я слышал что Салах ад-Дин был курдом и соответственно вся династия Айюбидов должна была быть курдской. А какие ещё мусульманские династии имели курдских родоначальников?

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Турецкая часть ареала курдов - это восновном то, что до 1915—1918 гг. было заселено армянами? Сколько сейчас курдов в Турции? И сколько было до 1915 г.?

«в XVII и XVIII веках курдские кочевые племена, двигаясь с юга, постепенно стали оседать в армянских поселениях..."

Следует сказать, что вопреки историческим фактам, такой недостоверный подход к вопросу об автохтонности курдов и времени их заселения на рассматриваемых нами территориях присуще абсолютному большинству современных армянских исследователей, историков и политиков.

Следует сказать, что вопреки историческим фактам, такой недостоверный подход к вопросу об автохтонности курдов и времени их заселения на рассматриваемых нами территориях присуще абсолютному большинству современных армянских исследователей, историков и политиков.

В хеттских источниках XVII века уже есть упоминания о стране Манда (Умман Манда), имеющее непосредственное отношение к курдам. Из тех же древнехеттских документов становиться известным, что хурритские города Хассува и Хальпа были заселены мидийцами-курдами. Согласно летописи Хаттусилиса I (середина XVII в.до н.э.), города Хальпа (современный Халеб, Алеппо), Хассува (хетт.; Аккад. Хашшу, собств. Хуррит. Хассэ — хурритский город на западной стороне Евфрата в районе современного Антепа) и Хахха (город на западном берегу реки Евфрата в районе античной Самосаты, совр. Самсат) были союзниками и совместно выступали против войск Хаттулиса I[36]. «…Цалуди, начальник воинов Манда, Цукраши, военачальник человека Хальпы, со своим пешими войсками и колесницами пришли в город Хальпы. Цалуди, человеку города Хассувы клинописную табличку послал: «я сижу в крепости, ты выступай, я врага обращу в бегство»…»[37]. Общеизвестно, что бассейн озера Ван, Урмия и Севан и вся Верхняя Месопотамия была заселена родственными кутийскими, хуррито-луллубейскими, субарейскими и эламскими племенами, которые и в дальнейшем сыграли важную роль в этногенезе современных курдов.

Манда-Манна – Мидия тождественны и этнически относятся к курдам. Имена Цалуди (Салуди—Саладдин?), Цукраши — до сих пор среди курдов распространенные мужские имена. А Цукраши/Чухраши — родовое фамилия; есть и курдское племя Чухраши.

Страна Хубушкиа (Наири) была расположена южнее озера Ван в долине реки Бохтан и входила в сферу влияния ”кутийского или кутийско – луллубейской”, которые обитали ”на территории от Уруатри (племенной союз на Армянском нагорье, к западу от озера Ван и у этого озера) до Кутмухи (верхний часть долины реки Тигра); таким образом, долина реки Бохтан входила тогда в их территорию”[38]. Область Наири[39] с царским городом Хубушкиа во главе с своим правителем, носящим титул янзи (janzi - в современном курдском языке (yan - z(j)i – «богоподобный», «божественный») в долине реки Бохтан был с древнейших времен населен протокурдскими ираноязычными племенами. Основным их занятием было коневодство и скотоводство – разводили крупный и мелький рогатый скот.

В период правления Ассархаддона (680 – 669 гг. до н.э.) Хубушкиа граничила уже Страной Маннеев.

Армянский ученый Гр. Капанцян, ссылаясь на хеттский «Кодекс Закона», датируемый XIV веком до нашей эры, который сообщал о племенах манда и сила, писал о правильности научной постановки об этническом имени «курмандж» (как называет себя большая часть курдов) и рассматривал kurmапj как сложное слово, первую часть принимаю за kuг, а вторую часть выводит из имени mаnda — «древнего воинственного, распространенного по разным местам народа». Гр. Капанцян, как и другие ученые, также ставил вопрос о сходстве имени manda с матиенами и мадами (=мидийцами)[40]. Поэтому не случайно, что «мидяне» («мары») у Бероса – анахронистическое обозначение кутиев III тыс. до н.э., занимавших территорию в эпоху Беросса, заселенную мидянами.

В «Хронике Гэдда о падении Ассирии», составленной на нововавилонском диалекте аккадского, речь также идет о войске «Умман Манда». В хронике сообщается, что в июле-августе 614 года до н.э. «мидянин», взяв штурмом город Тарбиц, двинулся на священный город ассирийцев Ашшур. Далее из хроники мы узнаем, что под «мидянином» подразумевается «Царь Умман Манды Умакиштар (Киаксар, Uvахishtrа, иранск. Нuvахshuга)[41]. В других вавилонских источниках («Сиппарском цилиндре Набонида») в связи со строительством храма Эхульхуль (в Харране, соврем. г. Урфа) рассказывается и о последнем мидийском царе Астиаге, который своим войском окружил строящийся храм: «Манда (Уmmаn Маnda и громадны силы его»... «Этот храм, который ты приказал строить, - его при наступле­нии третьего года Кир, царь Анзана, его малый раб поднялся на него, своим малочисленным войском рассеял обширное войско Манда; Ishtumegu, царя Манды, он захватил и забрал его пленным в свою страну». Так называемая «Хроника Набонида» (И.М. Дьяконов считает ее продолжением «Хроники Гэдда») сообщает: «... (Ishtumegu, читай Иштувег, царь Умман Манды) войска собрал и пошел против Кира (Кuгаsh) царя Аншана, чтобы захватить его ... а (что касается) Ishtumegu - то войско его восстало против него; он был захвачен и Киру (они его) отд(али). Кир в Экбатане maт Аgamtanu), царском городе, - серебро, золото, богатство, имущество и (живой) полон (?) из) Экбатаны они (?) полонили, - и он забрал в Эншан; бо­гатство, имущество...)[42].

Речь идет о событиях 550 г. до нашей эры, когда Кир, внук Астиага от его второй дочери и перса, в результате измены мидийского полководца Гарпага, который перешел на сторону персов, отнял власть у своего деда и объявил себя царем Персии и Мидии.

Академик С.Т. Еремян считал, что «Мары тождественны с матиенами (хурритами — Л.М)» и что «мады были известны у армян обыкновенно под именем мааров»; «mar также восходит к mada»[43]

В «Вавилонской истории» («Халдейская история») жреца Бероса мидийцы упоминаются и как мары:

Фр.5. …Мары (мидийцы), направив войско против Вавилона, взяли его и поставили там своего наместника. После этого называет он наместников маров, всего 8, и число лет их правления — 224. И еще 11 царей и 28 лет. (с. 302).

Фр. 6. После Самога[44] получил власть над халдеями на 21 год Сарданапал[45].

Он послал к Аждахаку[46], вождю и сатрапу маров войска на помощь, с тем чтобы получить у него в жены своему сыну Набукодроссору[47] дочь Аждахака, Амухидин[48].

Из истории хорошо известно, что к 595 г. до н.э. мидийцы взяли под контроль все окрестности озера Ван и озера Севан, входящие в государство Урарту. Древние греки под Кордуэнскими (Гордийскими) горами подразумевали современный хребет Хаккяри и его южные и юго-восточные отроги вплоть до района современного г. Эрбиля и от этнонима курдов эту область называли Кордуэной (Кортчея, Кордук армянских источников).

В своей книге «Мидийцы в древней Армении» армянский исследователь Н. О. Эмин пишет, что слова «Вишапк» и «вишапазу′нк» сут перевод слова «аждахака». «Астиагес» и «астиагас» означает именно «змей».

Армяне… мидийцев, называли не только «драконидами», в честь их царя, но и змеями; и не только их, но и страну, откуда они... На этом основании и «мидийцы» и «Мидия» называется у древних армянских историков Мар′к. Откинув «к» (признак множественного числа) получим «Мар». В этой форме последнее слово существует в новоперсидском языке и есть не что иное, как зендское «мара» — «змей»[49]. Далее он продолжает, что «В древней Армении встречаются даже города с зловещим названием «Оц» и «Вишап»; из них первый значит «змей», а второй — «дракон»[50]. Развалины Оц находится в Торонской области, ныне Муш. И второй город также здесь. Развалины не сохранились[51].

Древние армянские источники традиционно, с опорой на Вавилонские и древнеперсидские и парфянские источники, курдов до конца XIX в. называли «мар»амии и это этническое название у них было синонимом этнонима «курд». В древнеармянских источниках слово мар встречается в виде мар’к, мурк, а в переведенных на русский язык источниках — марский. М. Хоренский объясняет фразу «мур’ацан тер» через «мар’ацоц тер», т.е. «владетель мар-ов» — мидян. В армянской Географии VII века Мидия указывается и как «Марк». «Древнеармянское mar, как пишет академик И. М. Дьяконов, есть закономерная передача парфянского mвδ, которое, в свою очередь, закономерно соответствует древнему mвda; с другой стороны, med-aci — есть армянская передача греческого термина medoi, являющегося закономерным соответствием в литературном ионийском диалекте форме mвdoi, передающей тот же термин mвda. Русское «мидяне» восходит к позднегреческому произношению mкdoi, как midi»[52] На страницах (142 «а», «б») старинной армянской рукописи под №1495, хранящейся в Институте древних рукописей («Матенадаран») Армении, армянский географ подчеркивает, что мидийцы — те же самые курды. Согласно источнику, «жители той страны курды, (которые) называются мидийцами»[53]. В другом армянском источнике содержится сообщение о посещении 19 мая 1426 г. курдами церкви Цпн: «народ мидийцев, которые называются курдами, пришли на заре…»[54]. Армянские источники и в XIII-XIX вв. продолжали о Курдистане сообщать как о «Стране Маров» и под племенами маров подразумевали курдов[55]. Аракел Даврижеци (XVII в.) сообщает о «Некоем Гази-Хане из племени курдов, великом князе и правителе страны Маров, притесняемом османами, ибо османы хотели убить его и овладеть его княжеством…» и о другом князе «из племени маров по имени Улама-оглы Гайбад бек…»[56]. Другой историк XVII в. Закарий Канакерци писал, что «мары, то есть курды, (живущие) по ту сторону горы Масис, объединились и вздумали двинуться на долину Шарура...»[57]. Армянская анонимная хроника 1712-1736 гг. также сообщает, что Абдулла-паша перед началом штурма (османами) Ереванской крепости «послал за помощью к марам (курдам), которые… прислали 35 тысяч воинов…»[58].

Русские источники первой половины XIX в. также свидетельсвуют, что в Персии курдов знали и как маров («В Персии…если хотят сказать, что такое-то обещание никогда не сдержится, то говорят, это молитва мора (мор одно из названий курдов). Другая поговорка персов, столь же верно характеризует курдов; они говорят: «Мор Казвинский – хороший вор, вор из Кенгавера (деревня курдов близ Хамадана) – отличнейший вор!»).[59]

Армянский историк XIX в. К. Хачатуров под марами непосредственно подразумевает курдов. По его словам «мар» — древнепарсийская форма названия мидянин. Хотя у армян также встречается наименование «мидянин», но употребительнее приведенная форма мар или иначе «мараци». Далее автор, основываясь на «Истории Армении» М. Хоренского, пишет, что «Царь Армении, победив Астиага (Аждахака), царя курдов, переселил их в свое государство и населил ими гористые местности Армении, главным образом Араратскую возвышенность»[60]. В мировой истории нет ни одного фактического материала или свидетельства, подтверждающее утверждение армянских источников о победе «царя Армении» над Астиагом. Но, важен то, что армянская традиция появление курдов на указанных территориях приписывают с именем Астиага, который жил и царствовал в V веке до н.э. Известный армянский писатель Раффи перечисляя крупные курдские племена мукри, такури, миланцы, айдаранли, шави, джалали, раванд, бильбас, мамекали, артоши, шикак, архи, езиды, пишет, что «они все мало отличались друг от друга своим характером и обычаями, говорили они все на различных диалектах мидийского языка»[61]

Северная (Турецкая) часть Курдистана, которую армяне называют Западной Арменией, стала яблоком раздора между курдами и Римской империей (позже и с Византией и арабским халифатом) в лице курдских династий Аршакидов и Сасанидов. С XI века курдские князья уже в борьбе с тюрками отстаивали свою самостоятельность.

Курдски историк Шараф Хан Бидлиси в третей главе своей книги, известной как «Шараф-наме» повествует «О правителях Сасуна, получивших известность как правители Хазо»[62]. Резиденцией курдских правителей Сасуна, родословную которых курдский историк возводит к Сасанидам и правителям Бидлиса, служил г. Хазо, располагавшийся в оконечности горного хребта, окаймляющего Арзанскую долину с ее реками Хазо, Арзан и Радван. Во времена султана Сулаймана I (Сулейман I Канун, 1495-1566; 1520-1566 — турецкий султан) этот эмират стал именоваться Хазо, что, вероятно, было связано с перемещением центра эмирата из Сасуна в Хазо.

Согласно Ш. Х. Бидлиси, в конце IX века прибывшие из Хлата (Ахлата)[63] в Сасун братья Иззаддин и Зийаддин из племени ружаки (рузаки) «отобрали у некоего грузина по имени Давид» крепость Сасун. В. Ф. Минорский полагает, что речь идет о грузинском князе Давиде Куропалате (ум. в 1001 г.)[64]. Коренное население тех районов составляло всего четыре племени: 1. ширави, 2. бабуси, 3. сусани и 4. тамуки. Присоединив к своему наследственному оджаку округ Арзана[65], они подчинили себе и часть племен, обитающих в районе Хасан-кейфа, как-то племена халиди, даир-магари, азизан в другие.

Среди правителей Курдистана правители Сасуна славились великодушием и доблестью, воинственностью и храбростью, превосходя равных и подобных себе в битвах и сражениях. Наряду с решимостью на вооруженное сопротивление, проявив недюжинные дипломатические способности, правители Сасуна с успехом отстаивали свою независимость путем переговоров с государями Ак-Койунлу, Сефевидами и османскими султанами. Во время их нападений на Курдистан, Сасунские правители «прибегали к заключению прочного договора о дружбе, [тем] спасали свою страну пред победоносной мощью благородных султанов и великих хаканов и даже получали всякого рода милости и знаки благоволения».

Курдские правители Сасуна насколько были уверены в своей силе, что с пренебрежением относились к турецким султанам. После завоевания Багдада и Бидлиса турецкий султан Сулайман (1520-66) миновав ущелье Кефандур[66], разбил в Арзанской[67] долине лагерь. «Могущество его привело землю и вселенную в трепет, горы и небеса охватило волнение и тревога. [Но] подобно железной горе, исполненный неколебимости и величия, оставался [Правител Сасуна Сулайман-бек б. Мухаммад-бек б. 'Али-бек] в Сасуне, отослал ко двору государя с достоинством Сулаймана и Александра [Македонского] запасы провианта и не явился для лобызания [монаршего] порога, воспрепятствовав Шамсаддин-беку выехать из Малатии тоже»[68].

Правители Сасуна принимали участие в Чылдыранской битве 1514 г., на стороне Турции, участвовали во время походов осман в Египет (конец октября 1516 г. — январ [69]1517 г.), в Грузию, Ширван (Северный Азербайджан) (1584).

Родословная эмиров Майяфарикина тоже восходит к Шайх Ахмаду б. эмиру 'Иззаддину, и эмирам Кулба они приходятся двоюродными братьями, то есть, также были выходцами из племени рузаки и свою родословную возводили к Сасанидам.

В годы правления Сасанидский царь Хусрава Ануширван (531—579), Сасун, Муш и окрестности управлялись его дядей Джамасбом[70].

В 648 г. арабские войска во главе с полководцем Айаз б. Ганам, по приказу халифа Умара в 639 г. начал завоевание областей Верхней Месопотамии. Многие курдские князья оказывали ожесточенное сопротивление но разрозненность, феодальная раздробленность, существующая между ними вражда помешали к объединению и конечном счете привело к общему поражению в арабо-курдском противостоянии. Местное население, часть которой придерживались зороастризма, а незначительная часть исповедовали христианства несторианского только, вынуждены были просить у арабов гарантию неприкосновенности жизни и имущества при условии уплаты (в пользу арабов) джизьи и налога. Многие, чтобы не платить джизьи, переходили в ислам. Но, исламизация Курдистана была поверхностной. До середины Х в. Северный (Турецкой) части Курдистана подпадает под арабское владычество. С ослаблением арабского Халифата начинается период усиления местных династий, которые стали возвращать свои отцовские владения силой оружия. Этому процессу даже не помешали приток в регион тюркских племен, которые вынуждены были искать с курдами, которые представляли собой значительную военную силу, способы мирного сосуществования. Кроме Сасуна, курдские князья из рода Сасунских правителей, также правили округами Баргири, Ширави (крепости Ширави к юго-западу от оз. Ван), Кесан (в числе пяти районов округа Кардиган, к юго-западу от оз. Ван), Муш и Сиверек (район г. Сиверека, расположенного в 85 км к юго-западу от Диарбекира). Во второй половине XVI в. одним из этих князей и был курдский князь Сару-хан-бек б. Мухаммад-бек[71]. И последующие века этими землями владели курдские князья. В 18 веке курдские раздробленные феодальные княжества номинально зависимые от османов, ограничивались выплатой дани. С другой стороны отсутствие (или слабость) твердой центральной власти на местах становилось причиной частых восстаний и проявления своеволия. Курдское восстание 1830 г. под предводительством Кавалали Мехмет Али Паши на обширной территории, включая и Юго-Западный Курдистан, неудачные попытки ее подавления к 1838 г. подвело османское правление к признанию того факта, что ее власть на курдские княжества не распространяется. После смерти османского султана Махмуда II на его трон сел его сына Абдул Меджид. Переходный период осложнялся из-за непредсказуемой обстановки и неопределенности с Курдистаном.

В 1841-1942 гг. очередное мощное курдское восстание против османского ига в Северной части Курдистана возглавил эмир Ботана Мир Бадирхан. Курдские племена Сасуна также примкнули к восставшим. Турецкие войска, состоявшие из отборных и наиболее боеспособных частей, стянутых из Харпута, Урфы, Амеда (Диярбакыр), Эрзерум, Багдат и Мосула, возглавлял маршал Хафиз Паша. Для подавления этого восстания направленный в Сасун войска под командованием Хафиз Паши во время известной среди курдов под названием «Битвы Kermileh», потерпели поражение. Но, силы были не равны и 27 июля 1847 г. с падением последнего бастиона курдского сопротивления — крепости Эрух (Eruh) восстание было подавлено. Чтобы как-то успокоить курдский народ и удовлетворить требования местной курдской военно-аристократической знати, турецкие власти вынуждены были вести местное самоуправление. Абдул Меджид, в честь победы над курдами чеканивший медаль «Курдистан», счел нужным, поддержать предложение высшего императорского органа власти Meclis-i Vвlвyı Ahkвmı Adliye для разрешения курдского вопроса образовывать Область Курдистан (Kьrdistan Eyaleti).

Из архивов, датируемых от 14 декабря 1847 г. (5 мухаррем 1264 г. хиджры) становиться известным об объединении Диарбакырской области с ливами Муш, Ван, Хаккари и Джезире под общим названием «Область Курдистан». Согласно источника, губернатором вновь образованной Области Курдистан назначается губернатор Мосула Асад Паша. Согласно другого документа, датируемой от 22 декабря 1847 г., с зарплатой в 4 тыс. куруш главным судебным исполнителем Области Курдистан назначается Ахмед Эфенди из Крыма.

В Сасуне местное самоуправление возглавил курдский бек Hemedo Birho. В случае, если какие-то недоразумения между властями и населением появлялись, то Хамадо Брхо для разбирательства ехал в Битлис для разрешения сложившейся ситуации. У Хамадо Брхо был свой многочисленный вооруженный конный отряд, который служил сдерживающим и предупреждающим фактором в поддержании порядка в Сасуне. Государство полностью покрывал его расходы и расходы на отряда[72].

Во второй половине XIX века в Мушском пашалыке из курдских племен жили гасанан, джебран и балеан, а также незначительное количество армян и турок. Раффи Муш называет в числе курдских уездов[73]. В своем письме к князю Долгорукову № 41 от 19 марта и №161 от 21 апреля 1856 года генерал Русского экспедиционного корпуса на Кавказе Муравьев сообщал: «…господствующее население Мушского пашалыка — курды»[74]. В письме от 7 марта 1856 г. полковник Лорис-Меликов (армянин), офицер русской армии, генералу Муравьеву сообщает о том, что «господствующее население Мушского пашалыка — курдское», которые не намерены предоставить новобранцев турецкому правительству[75]. Источники под «господствующим», кроме военно-политического, подразумевали и количественное превосходство курдов Мушской области над проживающими в этом пашалыке народностями.

П. Лерх Муш вместе с Дерсимом и Диярбакыром включает в «Эялет Курдистан» и в Мушском пашалыке среди обитающих там курдских племен перечисляет племена гассанан, джибри, зилан, сипки (часть езиды; из этого племени род беев Баязедских Джаманли. Барозли, Зиркан). Также встречаются племена гормакли, рузаки (вокруг Битлиса), заза (на юге Муша), маманли (резиденция главы племени), муси — числом до 18 тысяч на юге Муша[76]. Эти данные на 1856 год.

Район г. Мокса, расположенного в горах, в 99 км к юго-западу от г. Вана с прилегающими областями всегда оставался в сфере курдского влияния.

Мукс (Мокс) до 1915 г. был под правлением курдского князья Муртулла-бека, с кем еще в 1911 г. встречался академик И. А. Орбели.

Известный средневековый курдский поэт Факи Тайран (Mir Mehemmede Xakkari) (1302-1375) родился в селе Werezurf Мукса (Мокса). В XIV веке мирливом Мокса был один из классиков курдской поэзии Мела Джезири.

В Моксе существует много строений, относящихся к материальной культуре курдов. Через главную реку Чаме Мокс построен старинный мост с названием «Пра Сор» (в переводе с курдского «Красный мост»). На кладке каменного моста надпись гласит о том, что этот мост построен во времена Мир-Авдала[77]. Ш. Х. Бидлиси писал, что Абдал-бек, зять правителя Хаккари, с помощью тестя присоединил к округу Мокс район Гаргар (Гэргэр), как было при отцах и дедах его. Мокс в качестве наследственного удела входил в состав владения правителя Хизана[78]. И в последующие столетия Мокс принадлежал курдским феодалам. В 1915 году последним курдским беком Мокса был Муртулла-бек, с которым академик И. А. Орбели имел личный контакт. Хачик Даштенц указываеи, что в Шатахе и Моксе заслены выходцы из Мокса. На это указывает и академик И. А. Орбели, который в своей книге о Моксе, рассказывая об армянском населении области, касается и вопросов армянского фольклора и пишет об «армянской» балладе «Мокский Мирза», где в частности подмечает, что «… географические пункты, упоминаемые в ней и, кроме Бохтанского Джезире, находящиеся в Моксе, в период моего пребывания уже были известны под другими названиями. Это дает основание думать, что баллада сохранена народной памятью от того времени, когда население области составляли не те армяне, которые были предками армян, населявших Мокс в 1911 году, и что в период между сложением этой баллады и началом ХХ в. произошли существенные сдвиги в топонимике страны»[79]. Поэтому нет сомнений, что армяне в Моксе — поздний этнический элемент.

Таким образом, утверждение армянской стороны о приходе курдов на указанные территории в XVII-XVIII вв. крайне не серьезно[80].

Отношение курдов к армянам автором романа выложены в уста курдянки Джамилы: «Войдите, прошу вас, — сказала Джемиле, смиренно показывая на дверь. — Это дом брата Геворга Чауша, а я сестра Геворга. В Хуте и Моткане различия между курдом и армянином нету. Многие курды разговаривают на армянском языке, не на своем. Среди нас кто-то армянин, а кто-то курд, для одного святая книга — библия, а для другого — коран, но все мы одно, и брнашевский монастырь и церковь богородицы в Маруте — места нашего паломничества».

Абаханец, «рожденный курдом, он верой и правдой служил армянской церкви Цорцора и архимандриту Гинду», курды делились последним и оказывали помощь армянам («…Макар старый, ноги уже не держат. Дошли мы до шалаша одного знакомого курда, взяли у него хлеба и пошли дальше. Макар, видим, совсем выбился из сил. Взяли у того же курда осла, посадили на осла Макара»).

Курды всякими способами защищали армян и вовремя предупреждали их о грозящей их опасности: «Двадцать пятого июня, в четверг, как раз накануне Вардавара, курдских старейшин вызвали на совет в деревню Мапупнек, возле Хута. На этом собрании, говорят, присутствовали Аджи Феро и женщина по имени Чуро. На следующий день Феро пришел в Хасгюх и предупредил армян: «Знайте, вас будут резать...». Естественно, за исключением тех курдов, пострадавших от произвола армянских повстанцев. Если армянские повстанцы убивали несколько курдов из племени, где все были родственниками, а курдское племя мог выставить от нескольких сот и до десятка тысяч воинов, то можно было предоставить с какой яростью в дальнейшем эти курды обрушаться на армян.

Ценные сведения об армяно-курдских отношениях содержаться и в работе «Историко-этнографические очерки Шатаха» армянского исследователя С. Д. Лисициана. Шатах в составе Ванского вилайета находился на западе Мукса (Мокса) и на юге Ванского озера. Шатах до середины XIX века область фактически пользовался независимостью курдских вождей, лишь номинально считавшихся вассалами Турции[81]. Шатах обилует курдскими названиями местностей: Родник Чылкани («Сорока ключей»), зом (пастпища, летовье), мазра и т.п. После поражения восстания Бедр хана «срыли более 30 курдских крепостей», в том числе и Шатахскую[82].

Как свидетельствует С.Д. Лисициан, «в шатахе обитали курдские племена осман-баги и ханиан[83]. Отношение между ними и армянами были самые дружественные и, характерное, оставалось таковыми до последнего времени, до возникновения курдско-армянских столкновений к началу мировой войны[84]. «Все мальчики околотка снимали у кого-нибудь обширную комнату, куда собирались в свободные часы. В этих помещениях — «oda», разводился огонь — t’emek, дым которого выходил через световое отверствие в потолке. Такой «клуб» выбирал ежегодно своего старшину — «agu», рсапорядителя — «malxu» и рассылного — «medju» (по курдски «слуга»)»[85]

Не соответствует истине и то, что якобы в ухудшении армяно-курдских отношений виновны создание полков «Гамадие» и по этой причине «Геворг вел большую работу, чтобы восстановить дружбу между армянами и курдами, пошатнувшуюся в дни правления султана Гамида» Турецкий султан Абдул Хамид II (1842-1918) правил с 1876 г. по 1909 гг. В 1891 г., четыре года спустя после неудачная войны с Россией (1877-78), Абдул Хамид издал указ о формировании из курдских племен полков, названных в его честь «Хамадийе».

До окончательного установления османской власти в указанном регионе в курдских противодействиях против османов принимали участие и армяне: «Эрзерумский сераскир Ибрагим-паша в 1747 году вел войну с мушским владетелем Аладин-беком; в 1777 г. Диарбекирский Узун-Абдулла-паша погиб с 30000 войском в бою с Курдами и Армянами, ибо отступление Турок было отрезано в единственном горном проход; въ 1782 г. Диарбекирский же паша, после 8-дневнаго боя с Понокскими Курдами и Армянами, потеряв 500 чел. убитыми, отступил. И в Ване сидели турецкие паши с послндней половины XVI века, но в области самовластно хозяйничали курдские беки»[86]. После подавления последнего крупного курдского восстания под предводительством Бедир-хана в 1847 г. в Северной (турецкой части) Курдистана окончательно утверждается «фактическое владычество Порты в лице турецких пашей, мутесарифов, каймакамов и мудиров». По признанию самого Лазерева Я. Д. , «можно по справедливости сказать, что армяне при курдских деребеках пользовались лучшими днями, нежели при 47-летней [87]турецкой анархии, имевшей для них гибельные последствия».

Курдские беки считали делом чести поддержать порядок в своих владениях и любые противозаконные действия считали для себя личным оскорблением. «Рассказывают, например, что шемдинанский эмир Абдаль-бек пользовался особой известностью в этом отношении. Ежегодно он разбивал свой огород на склоне горы Шехидан рядом с летними пастбищами племени харки, причем не трудился даже обносить его изгородью. «Моя слава, — говорил он, — послужит ему изгородью». И в самом деле, при нем не было замечено ни одной кражи вплоть до того дня, когда некто Юнис, сорвиголова из селения Таре, украл лучшего барана из стада, принадлежащего христианам селения Хатуна-Иекхари. Все розыски оставались тщетными, и владелец приписал исчезновение барана волкам. Однако известие об этой краже дошло до ушей Абдаль-бека, который пришел в ярость и приказал разыскать виновного. Юниса доставили в Нери, и дело его передали на рассмотрение суда племени. Были предложены различные наказания. Одни считали, что следует сжечь дом Юниса, другие предлагали отрубить ему руку, ногу либо изгнать вора из страны. Ни одна из этих мер не была одобрена эмиром. «Поскольку в мое правление кража и нарушение порядка являются делом неслыханным, наказание должно быть таким же». И он приказал оскопить Юниса, что и было сделано. И года не прошло, как борода и усы Юниса вылезли, лицо его покрылось морщинами и стало похоже на старушечье. Люди поняли тогда, сколь мудрым было решение эмира, и до сих пор история Юниса жива в памяти народной.

Можно было бы также привести пример равандузского паши Махмуда, при котором кражи стали чем-то неслыханным. Как-то торговец, потерявший свой кошель с деньгами, получил его обратно в целости и сохранности — так велик был авторитет паши»[88]. Отношение курдов к османам и русским в романе изложено автором со слов предводителей Хамадийских частей: «Мы, курды, всегда держим нос по ветру. Сегодня мы одно делаем, а завтра, если что-нибудь изменится, глядишь, и мы другие стали. Так что эти наши сегодняшние игры — то, что мы сюда пришли и на войну вроде отправляемся, — все это пустое. Мы против русского царя не можем, да и не хотим воевать. Османцы нас не любят, и мы только делаем вид, что участвуем в этой ихней войне. Пыль в глаза пускаем…».

Проект, предоставленный Берлинскому Конгрессу (1878 г.) делегацией армянских представители, предусматривал создание Армении на границах: на востоке — границы с Россией и Ираном, на Западе — по линии от Тириболу (центр небольшого района, входивший в состав Трабзонского вилаета) на черноморском побережье до точки слияния Чубукчая с Ефратом, на юге — по линии от Ефрата через реки Битлис и озеро Ван до иранской границы. По решению Берлинской Конференции армянам предполагалось прердат 6 вилайетов: Эрзерум, Ван, Битлис, Диярбекир, Мамуретульазиз (Эльазиз) и Сивас (в настоящее время в результате административной реформы территория разбита на 9 вилайетов: Эрзерум, Эрзинджан, Агры, Ван, Хаккяри, Бингель (курдском - Зevik), Сивас, Амасья и Токкат, а также район Шебин Карахисар на юге Гиресуна). На указанных территориях к 1896 г. проживало около 1 млн.300 тыс. армян.

По переписи 1893 г. в Турции ни в одном из этих 6 вилайетов армяне не предоставляли даже простого большинство:

Цифры - 1. Мусульмане 2. Армяне 3. Всего

Вилайеты A1). мусульмане Б2). армяне В3). всего

Эрзерумский A1. 444.548 Б2.109.838 В3. 559.055

Ванский 119.860 60.448 180.308

Битлисский 119.956 80.406 206.222

Диярбекирский 336.689 83.047 438.740

Сивасский 766.558 118.191 926.671

Мамуретульазизский

(Эльазиз) 300.188 79.974 381.346

Итого: 1.967.843 531.904 2.499.747

В данной статистике курды «затеряны» в общей «мусульманской» массе, хотя тот же полковник Я. Д. Лазарев признает, что «Мусульманское население в городах Ван, Битлис и Муш есть Курды, живущие под именем Турок… В город Баязет и провинции его вовсе нет Турок. Там живут Армяне и Курды»[89]. В середине 1878 г. в Баязетском округе Эрзерумской области обитали семей — 137 турецких (739 чел), 389 армянских (2580 чел.) и 1536 (8294 чел.) курдских . Статистика в определении количества членов семьи исходила при подсчете в среднем армянской семью 6,7 чел, а курдов 5,4 чел. , хотя традиционно курдская семья многочисленно. Даже с учетом того, что «часть мусульманского населения бежала из края, по занятию его русскими» и многие курдские семьи переехали в глубь страны, а также в данной статистике отсутствует количество кочевых курдов, в наиболее благополучное в статическом отношении для армян время, серовно курды составляли 76%, а армяне 21% население Баязетского округа. (ИКИОРГО. 1884 г. Том 8, №2. Таблица народонаселения Эрзерумской области в половине 1878 г. С.4-5.) Если взят за основу утверждения полковника Лазарева Я.Д. и итоги переписи 1893 г., соотношение числа армян только в Битлисской и Ванском вилайетах составляет 239.816 (курдов) против 140.854 (армян), то есть, только в этих двух областях курдов было около 60%, а в Баязете - 76%.

Если из числа 1,3 миллиона армян около 600 тыс. жили в «Азиатской части Турции», то из 3,5 миллиона курдов в этой «Азиатской части Турции» было около 2-х миллионов курдов.

Поэтому можно сказать, что отношение армян и курдов стали ухудшатся с того момента, когда у армян с осуществлением Россией своей «восточной политики» появилась надежда на приобретение национальной независимости и создание самостоятельного армянского государства. И сразу же сталь вопрос на каких территориях? Естественно на территории «Великой Армении от моря до моря». Появились агитаторы — армянские эмиссары из Кавказа, Европы. Многие местные армяне дорожили отношениями добрососедства, боялись последствий и поэтому когда армянский ученый-филолог из Росси Г. Эммин появился в Хнусе, который размахивая с книгой М. Хоренаци «История Армении» и призывал к пробуждению национального самосознания. Но более рационально мыслящие местные армяне попросили еог приехать через сто лет, так как пока они «этой борьбе не готовы».

Но, «комитетчики» начали создавать повстанческие отряды, главной целю которой было «очищение Армении» от турок и курдов. Методы борьбы — партизанские, способы «очищения» — физическое уничтожение.

Из-за засады предательски убивая главу курдских племенных вождей Бшаре Халил, Аджи Феро (балакец)[90] и вместе с ним десятка воинов, на что могли рассчитать армянские повстанцы: разве так сложно было предугадать последующей за ней кровную месть курдов за свою честь и честь племени?

Несмотря на все эти бандитские вылазки армян против курдов, курды не были непосредственными виновниками погромов жителей Сасуна. По авторитетному заявлению полковника Лазарева Я. Д., «В данном же случае за раззорение Сасуна и избиение Сасунцев невозможно обвинить Курдов, ибо здесь действовало регулярное войско с артиллериею, по наказу правительства»[91].

Вопреки армянским пропагандистским утверждениям об хищническом отношении курдов к армянам и их разорении, источники свидетельствуют о том, что во время сбора налогов турецкими сборщиками налогов «многие сельчане (армяне) продавали курдам носимую одежду, для взноса податей, чтобы избавиться от тирании»[92] турок.

В романе речь идет и Муртулла беке, правителе Мукса (Мокса): «Бей бею рознь. Князь Муртла-бек из Мокской провинции тоже был курд, но когда его вызвали в Ван и дали тайное поручение — устроить армянский погром, он ушел с собрания, оседлал лошадь и во весь опор помчался в Мокс. Лошадь его была в пене, так и мелькала белым пятном в ночной мгле. Муртла вместе с Лато из Возма спас армян Мокса и Шатаха от резни, увел их в горы. Джевдед хотел поймать Муртлу и вздернуть на виселице в городе Ване, но тот убежал в Курдистан. А коня своего подарил Лато в знак братства».

Дальнейшая судьба курдского князя Муртулла-бека, покровителя живущих в Моксе и Шатахе армян, была трагической.

Муртулла-бек лично своим небольшим конным отрядом сопроводил до реки Аракс до 16 тысяч армян и в благодарность за это внезапной атакой был убит отрядами Андраника: который спросил у спасенных Муртулла-беком армян: «Кто тот курд, гарцующий на великолепном коне! Спасенные от турецкого ятагана армяне ответили, что «Муртулла бек – наш спаситель! Если бы не он, мы бы до суда не дошли…». Тогда и Андраник своим подручным дал команду: «Голова (его) – ваш, конь мой!». Эта была благодарность за спасенных армян…

Таким образом, утверждение армянской стороны о приходе курдов на указанные территории в XVII-XVIII вв. крайне не серьезно .

Об этом подробно см.

http://www.kurdist.ru/index.php?option=com...59&Itemid=1

:kz1: Кстати, на сайте www.kurdist.ru можно найте много интересного по курдам...

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Энциклопедия Брокгауза Ф.А. и Ефрона И.А. (1890 - 1916гг.)

Курды — горный народ передней Азии, живущий под властью Турции, Персии и отчасти Афганистана и России (в Закаспийской области). Турецких Курды насчитывают 1 1/2 млн., персидских — 3/4 млн. Иcmopия. Нынешние Курды считаются потомками прежних жителей Курдистана, которые у Ксенофонта называются кардухами, а позже — кордиеями, гордиеями, гордианами. Раулинсон сближает кардухов с горным воинственным народом гуту (G ûtû), в ранних клинообразных надписях упоминаемым наряду с сирийцами, хеттами (хиттитами), сузийцами, элимийцами и вавилонскими аккадийцами и державшим себя довольно независимо от ассирийской державы. После падения Ниневии гуту постепенно слились с мидянами и вообще с народностями, обитавшими в плоскогорьях Малой Азии, Армении и Персии, и разделяли их дальнейшую участь. Когда Персия была покорена арабами, Курды не выказывали повиновения халифам, постоянно их тревожили; часто встречаются в арабской истории сведения о походах в Курдистан, для усмирения его буйных жителей. В XII в. курд Саладин основал знаменитую Эюбидскую династию в Сирии; в состав его державы входил и Курдистан. В 1258 г. страна попала под власть монголов Хулагу-хана, а в 1388 г. была окончательно завоевана Тимуром. Собиратель земли Иранской, шах Исмаил-Сефи (1499-1523), включил Курдистан в свои владения. В XVII в. Курды взволновались, и значительная часть их перешла в подданство турецкое. В 1880 г. обнаружилась со стороны Курды попытка основать свое собственное государство. Почин шел от персидских Курды сев.-зап. части провинции Азербейджан, губернатор которой довел подведомственных ему Курды до восстания. Мятежники, под руководством Обейдуллах-хана, призвали к восстанию и турецких соплеменников, но мятеж или, правильнее, война, кончился ничем, за недостатком у Курды твердой организации. Этнография. Курды распадаются на множество этнографических групп. В гористой области Курдистана живут асиреты и гураны. Первые — господа страны, вторые играют роль подчиненных. У первых грубые, угловатые черты лица, голубые или серые глаза, глубоко лежащие и проницательные, твердая и крепкая походка; у гуранов более нежные и более правильные черты лица, скорее напоминающие греческий тип. Такая разница объясняется не различием происхождения, а неодинаковым образом жизни: одни — кочевники, скотоводы, а другие — оседлые земледельцы. У кочевников быт родовой; старейшины родов и союзов получают власть наследственно. Знатными предками Курды гордится и помнит свою родословную; но нужно думать, что в курдских генеалогиях много подделок. Курды любят разбойничать и смотрят на разбой, как на рыцарство. От курдских грабежей терпят все соседи: турки, которых Курды особенно ненавидят, персы, шиизм которых позволяет Курды относить их к числу гяуров, и христиане (армяне в Диарбекре, Эрзеруме и Ване, якобиты и сирийцы в Джебель-Туре, несториане и халдеи в стране Хеккари); впрочем, с несторианами Курды живут обыкновенно в дружбе. Между собой Курды также ведут распри, вызываемые, напр., местью за кровь родственника. Курды храбры, свободолюбивы, гостеприимны, воздержны и соблюдают данное слово, чем резко отличаются от лживых персиян. Женщина курдская пользуется такой свободой, как ни у одного народа на Востоке: она обыкновенно не носит покрывала на лице, свободно выходит из дома, может разговаривать с мужчинами и даже иметь мужскую прислугу (ср. Елисеев, "Положение женщины на Востоке", в "Северном Вестнике"). Девушки, по правилу, выдаются замуж между десятым и двенадцатым годом жизни, причем жених выплачивает вено. Многоженство среди асиретов практикуется только у знатных и богачей, а у гуранов и вовсе не практикуется. Случаи дурного обращения с женщиной редки. Живут кудры-кочевники в черных войлочных палатках; жилища оседлых — низкие каменные домики с плоской кровлей на тополевых балках; летом спят на крышах. Одежда Курды — белые шаровары, вышитая куртка с короткими рукавами, широкий кафтан и плащ. На голову надевается или турецкий тюрбан, или высокая коническая шапка из войлока, с кисточкой. Длинных волос Курды не носят; молодые Курды не носят и бороды, а только усы. Курды всегда имеют при себе оружие. Оружие пеших — кинжал у пояса ("ханджар") и ружье; у всадников — длинная пика, сабля, пистолеты и иногда, у седла, колчан с метательными копьями. Пища у более состоятельных — куфта (мясные галушки с молоком, перцем и луком), плов или пилав (барашек с вареным рисом), а вообще — ржаные лепешки, сыр, молоко, мед, кофе. Курды любят музыку и танцы. Национальный танец — "чопи": хоровод c топаньем, живыми телодвижениями и диким криком, под звуки флейты и барабана. Песен много; они слагаются двустишиями, которые в хорах чередуются. Религия. Курды — магометане — сунниты. Фанатизма исламского у них нет, религиозные познания слабы: пятикратный "тевхид" (исповедание Божия единства), поклоны и коленопреклонения — все их богослужение. В глухих уголках Дейрсима на севере и Загроша на юге живут полуязычники (Али-Оллахи, Али-Илахи, Кызылбаши). Они себя признают шиитами, но отличаются от прочих особыми таинственными обрядами, выражающими мысль, что на земле всегда должно находиться видимое воплощение Божества. Таким воплощением Бога были: Моисей, Давид, Иисус, Алий, разные шиитские имамы (см.) и святые; и теперь есть в каждой общине живые люди, которых считают за божественное воплощение и которым приносят жертвы, хотя бы они и не вели подвижническую жизнь. Подобные верования существуют у исмаилитов (см.). Язык курдский ("керманджи") — арийский; его грамматика и вообще строение совпадают с персидским, почему его и относят к иранской ветви. Словарный материал курдского языка более чем в трети является новоперсидским, арабским и тюркским; далее, есть большой запас слов арамейских, греческих, армянских и даже русских (преимущественно на границах), и только остаток лексического запаса принадлежит наречию, бывшему в стране раньше ислама, раньше вторжения новоперсидских и ново-тюркских элементов — какому-то народному наречию языка древнеперсидского. Арамейские и греческие слова прошли через арабское и персидское посредство. Часть туранского элемента, быть может, имеется в языке еще с вавилонских времен, из относящихся сюда, быть может, и лишь позднейшие слова — ново-тюркские. Некоторые сравнивают нынешний курдский язык, по характеру смесей, с глевийским (см.). Из множества курдских наречий одни более чисты от иностранного наплыва, другие — менее, особенно в пограничных областях; зазасское наречие, напр., непонятно для Курды, говорящих на керманджи. Речь Курды звучит грубо, но имеет менее гортанных и шипящих звуков, чем другие азиатские языки. Согласные — те же, что и в персидском языке, но гласных и двугласных — гораздо больше, так что персидский алфавит с трудом передает их (напр. аэ, ээ, оо, ау, ээу и др.).

Курдская литература не обширна: более образованные Курды склонны довольствоваться литературой персидской и турецкой. На курдский язык переведены главнейшие персидские поэты и Новый Завет (изд. в Констант. 1857). Секта Али-Илахи имеет на своем языке книги, относящиеся к ее мистериям. Народные курдские песни записываются отчасти местными муллами, отчасти европейскими этнографами. Лерх их записывал от пленников в России.

Литература о Курды: ПетрЛерх, "Исследование об иранских курдах" (СПб., 1856-58; изд. акад. наук); его же, "Отчет о путешествии к курдам" ("Зап. Имп. Акад. Наук", 1856); Rich, "Narrative of a residence in Koordistan" (Л., 1836); Wagner, "Reise nach Persien und dem Lande der Kurden" (Лпц., 1852); Roediger und Pott, "Kurdische Studien" (в "Zeitschr. f ü r die Kunde des Morgenlandes", т. 3-7); Blau, "Die St ämme des n.-ö. Kurdistans" (там же, т. 12, Лпц., 1858); Schl äfli, "Beiträ ge zur Ethnographie Kurdistans" ("Petermanns "Mittheilungen", 1863); F. Millingen, "Wild life among the Koords" (Л., 1870); H. Binder, "Mission scientifique du Minist ère de l'instruction publique au Kurdistan, en Mésopotami e et en Perse" (П., 1887), A. Socin und E. Prym, "Kurdische Sammlung. Erz ä hlungen und Lieder" (с переводом, СПб., 1887-90); B éré zine, "Recherches sur les dialectes persans" (Казань, 1853); Al. Chodzko, "Etudes philologiques sur la langue kurde, dialecte de Soleïmanié " (П., 1857; оттиск из "Journal Asiatique" того же года); Samuel Rhea, "The grammar and the dictionary of the dialect Hekkary" (Л., 1872); Ferd. Justi, "Ueber die kurdischen Spiranten" (Марб., 1873); его же, "Les noms d'animaux en kurde" (с соответств. синонимами в других иранских языках, П. 1878); Al. Jaba, "Recueil de, notices et r é cuits kourdes" (с перев., СПб., 1860); его же, "Dictionnaire kourde-fran ç ais" (СПб., 1879; изд. имп. акад. наук). Словарь этот пополнил Ферд. Юсти; в предисловии он представил положение курдских изучений в Европе. См. еще его же, "Kurdische Grammatik" (СПб., 1880); E. Wilhelm, "La langue des Kurdes" (Лув., 1883).

А. Крымский.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
«в XVII и XVIII веках курдские кочевые племена, двигаясь с юга, постепенно стали оседать в армянских поселениях..."

Следует сказать, что вопреки историческим фактам, такой недостоверный подход к вопросу об автохтонности курдов и времени их заселения на рассматриваемых нами территориях присуще абсолютному большинству современных армянских исследователей, историков и политиков.

Следует сказать, что вопреки историческим фактам, такой недостоверный подход к вопросу об автохтонности курдов и времени их заселения на рассматриваемых нами территориях присуще абсолютному большинству современных армянских исследователей, историков и политиков.

В хеттских источниках XVII века уже есть упоминания о стране Манда (Умман Манда), имеющее непосредственное отношение к курдам. Из тех же древнехеттских документов становиться известным, что хурритские города Хассува и Хальпа были заселены мидийцами-курдами. Согласно летописи Хаттусилиса I (середина XVII в.до н.э.), города Хальпа (современный Халеб, Алеппо), Хассува (хетт.; Аккад. Хашшу, собств. Хуррит. Хассэ — хурритский город на западной стороне Евфрата в районе современного Антепа) и Хахха (город на западном берегу реки Евфрата в районе античной Самосаты, совр. Самсат) были союзниками и совместно выступали против войск Хаттулиса I[36]. «…Цалуди, начальник воинов Манда, Цукраши, военачальник человека Хальпы, со своим пешими войсками и колесницами пришли в город Хальпы. Цалуди, человеку города Хассувы клинописную табличку послал: «я сижу в крепости, ты выступай, я врага обращу в бегство»…»[37]. Общеизвестно, что бассейн озера Ван, Урмия и Севан и вся Верхняя Месопотамия была заселена родственными кутийскими, хуррито-луллубейскими, субарейскими и эламскими племенами, которые и в дальнейшем сыграли важную роль в этногенезе современных курдов.

Манда-Манна – Мидия тождественны и этнически относятся к курдам. Имена Цалуди (Салуди—Саладдин?), Цукраши — до сих пор среди курдов распространенные мужские имена. А Цукраши/Чухраши — родовое фамилия; есть и курдское племя Чухраши.

Страна Хубушкиа (Наири) была расположена южнее озера Ван в долине реки Бохтан и входила в сферу влияния ”кутийского или кутийско – луллубейской”, которые обитали ”на территории от Уруатри (племенной союз на Армянском нагорье, к западу от озера Ван и у этого озера) до Кутмухи (верхний часть долины реки Тигра); таким образом, долина реки Бохтан входила тогда в их территорию”[38]. Область Наири[39] с царским городом Хубушкиа во главе с своим правителем, носящим титул янзи (janzi - в современном курдском языке (yan - z(j)i – «богоподобный», «божественный») в долине реки Бохтан был с древнейших времен населен протокурдскими ираноязычными племенами. Основным их занятием было коневодство и скотоводство – разводили крупный и мелький рогатый скот.

В период правления Ассархаддона (680 – 669 гг. до н.э.) Хубушкиа граничила уже Страной Маннеев.

Армянский ученый Гр. Капанцян, ссылаясь на хеттский «Кодекс Закона», датируемый XIV веком до нашей эры, который сообщал о племенах манда и сила, писал о правильности научной постановки об этническом имени «курмандж» (как называет себя большая часть курдов) и рассматривал kurmапj как сложное слово, первую часть принимаю за kuг, а вторую часть выводит из имени mаnda — «древнего воинственного, распространенного по разным местам народа». Гр. Капанцян, как и другие ученые, также ставил вопрос о сходстве имени manda с матиенами и мадами (=мидийцами)[40]. Поэтому не случайно, что «мидяне» («мары») у Бероса – анахронистическое обозначение кутиев III тыс. до н.э., занимавших территорию в эпоху Беросса, заселенную мидянами.

В «Хронике Гэдда о падении Ассирии», составленной на нововавилонском диалекте аккадского, речь также идет о войске «Умман Манда». В хронике сообщается, что в июле-августе 614 года до н.э. «мидянин», взяв штурмом город Тарбиц, двинулся на священный город ассирийцев Ашшур. Далее из хроники мы узнаем, что под «мидянином» подразумевается «Царь Умман Манды Умакиштар (Киаксар, Uvахishtrа, иранск. Нuvахshuга)[41]. В других вавилонских источниках («Сиппарском цилиндре Набонида») в связи со строительством храма Эхульхуль (в Харране, соврем. г. Урфа) рассказывается и о последнем мидийском царе Астиаге, который своим войском окружил строящийся храм: «Манда (Уmmаn Маnda и громадны силы его»... «Этот храм, который ты приказал строить, - его при наступле­нии третьего года Кир, царь Анзана, его малый раб поднялся на него, своим малочисленным войском рассеял обширное войско Манда; Ishtumegu, царя Манды, он захватил и забрал его пленным в свою страну». Так называемая «Хроника Набонида» (И.М. Дьяконов считает ее продолжением «Хроники Гэдда») сообщает: «... (Ishtumegu, читай Иштувег, царь Умман Манды) войска собрал и пошел против Кира (Кuгаsh) царя Аншана, чтобы захватить его ... а (что касается) Ishtumegu - то войско его восстало против него; он был захвачен и Киру (они его) отд(али). Кир в Экбатане maт Аgamtanu), царском городе, - серебро, золото, богатство, имущество и (живой) полон (?) из) Экбатаны они (?) полонили, - и он забрал в Эншан; бо­гатство, имущество...)[42].

Речь идет о событиях 550 г. до нашей эры, когда Кир, внук Астиага от его второй дочери и перса, в результате измены мидийского полководца Гарпага, который перешел на сторону персов, отнял власть у своего деда и объявил себя царем Персии и Мидии.

Академик С.Т. Еремян считал, что «Мары тождественны с матиенами (хурритами — Л.М)» и что «мады были известны у армян обыкновенно под именем мааров»; «mar также восходит к mada»[43]

В «Вавилонской истории» («Халдейская история») жреца Бероса мидийцы упоминаются и как мары:

Фр.5. …Мары (мидийцы), направив войско против Вавилона, взяли его и поставили там своего наместника. После этого называет он наместников маров, всего 8, и число лет их правления — 224. И еще 11 царей и 28 лет. (с. 302).

Фр. 6. После Самога[44] получил власть над халдеями на 21 год Сарданапал[45].

Он послал к Аждахаку[46], вождю и сатрапу маров войска на помощь, с тем чтобы получить у него в жены своему сыну Набукодроссору[47] дочь Аждахака, Амухидин[48].

Из истории хорошо известно, что к 595 г. до н.э. мидийцы взяли под контроль все окрестности озера Ван и озера Севан, входящие в государство Урарту. Древние греки под Кордуэнскими (Гордийскими) горами подразумевали современный хребет Хаккяри и его южные и юго-восточные отроги вплоть до района современного г. Эрбиля и от этнонима курдов эту область называли Кордуэной (Кортчея, Кордук армянских источников).

В своей книге «Мидийцы в древней Армении» армянский исследователь Н. О. Эмин пишет, что слова «Вишапк» и «вишапазу′нк» сут перевод слова «аждахака». «Астиагес» и «астиагас» означает именно «змей».

Армяне… мидийцев, называли не только «драконидами», в честь их царя, но и змеями; и не только их, но и страну, откуда они... На этом основании и «мидийцы» и «Мидия» называется у древних армянских историков Мар′к. Откинув «к» (признак множественного числа) получим «Мар». В этой форме последнее слово существует в новоперсидском языке и есть не что иное, как зендское «мара» — «змей»[49]. Далее он продолжает, что «В древней Армении встречаются даже города с зловещим названием «Оц» и «Вишап»; из них первый значит «змей», а второй — «дракон»[50]. Развалины Оц находится в Торонской области, ныне Муш. И второй город также здесь. Развалины не сохранились[51].

Древние армянские источники традиционно, с опорой на Вавилонские и древнеперсидские и парфянские источники, курдов до конца XIX в. называли «мар»амии и это этническое название у них было синонимом этнонима «курд». В древнеармянских источниках слово мар встречается в виде мар’к, мурк, а в переведенных на русский язык источниках — марский. М. Хоренский объясняет фразу «мур’ацан тер» через «мар’ацоц тер», т.е. «владетель мар-ов» — мидян. В армянской Географии VII века Мидия указывается и как «Марк». «Древнеармянское mar, как пишет академик И. М. Дьяконов, есть закономерная передача парфянского mвδ, которое, в свою очередь, закономерно соответствует древнему mвda; с другой стороны, med-aci — есть армянская передача греческого термина medoi, являющегося закономерным соответствием в литературном ионийском диалекте форме mвdoi, передающей тот же термин mвda. Русское «мидяне» восходит к позднегреческому произношению mкdoi, как midi»[52] На страницах (142 «а», «б») старинной армянской рукописи под №1495, хранящейся в Институте древних рукописей («Матенадаран») Армении, армянский географ подчеркивает, что мидийцы — те же самые курды. Согласно источнику, «жители той страны курды, (которые) называются мидийцами»[53]. В другом армянском источнике содержится сообщение о посещении 19 мая 1426 г. курдами церкви Цпн: «народ мидийцев, которые называются курдами, пришли на заре…»[54]. Армянские источники и в XIII-XIX вв. продолжали о Курдистане сообщать как о «Стране Маров» и под племенами маров подразумевали курдов[55]. Аракел Даврижеци (XVII в.) сообщает о «Некоем Гази-Хане из племени курдов, великом князе и правителе страны Маров, притесняемом османами, ибо османы хотели убить его и овладеть его княжеством…» и о другом князе «из племени маров по имени Улама-оглы Гайбад бек…»[56]. Другой историк XVII в. Закарий Канакерци писал, что «мары, то есть курды, (живущие) по ту сторону горы Масис, объединились и вздумали двинуться на долину Шарура...»[57]. Армянская анонимная хроника 1712-1736 гг. также сообщает, что Абдулла-паша перед началом штурма (османами) Ереванской крепости «послал за помощью к марам (курдам), которые… прислали 35 тысяч воинов…»[58].

Русские источники первой половины XIX в. также свидетельсвуют, что в Персии курдов знали и как маров («В Персии…если хотят сказать, что такое-то обещание никогда не сдержится, то говорят, это молитва мора (мор одно из названий курдов). Другая поговорка персов, столь же верно характеризует курдов; они говорят: «Мор Казвинский – хороший вор, вор из Кенгавера (деревня курдов близ Хамадана) – отличнейший вор!»).[59]

Армянский историк XIX в. К. Хачатуров под марами непосредственно подразумевает курдов. По его словам «мар» — древнепарсийская форма названия мидянин. Хотя у армян также встречается наименование «мидянин», но употребительнее приведенная форма мар или иначе «мараци». Далее автор, основываясь на «Истории Армении» М. Хоренского, пишет, что «Царь Армении, победив Астиага (Аждахака), царя курдов, переселил их в свое государство и населил ими гористые местности Армении, главным образом Араратскую возвышенность»[60]. В мировой истории нет ни одного фактического материала или свидетельства, подтверждающее утверждение армянских источников о победе «царя Армении» над Астиагом. Но, важен то, что армянская традиция появление курдов на указанных территориях приписывают с именем Астиага, который жил и царствовал в V веке до н.э. Известный армянский писатель Раффи перечисляя крупные курдские племена мукри, такури, миланцы, айдаранли, шави, джалали, раванд, бильбас, мамекали, артоши, шикак, архи, езиды, пишет, что «они все мало отличались друг от друга своим характером и обычаями, говорили они все на различных диалектах мидийского языка»[61]

Северная (Турецкая) часть Курдистана, которую армяне называют Западной Арменией, стала яблоком раздора между курдами и Римской империей (позже и с Византией и арабским халифатом) в лице курдских династий Аршакидов и Сасанидов. С XI века курдские князья уже в борьбе с тюрками отстаивали свою самостоятельность.

Курдски историк Шараф Хан Бидлиси в третей главе своей книги, известной как «Шараф-наме» повествует «О правителях Сасуна, получивших известность как правители Хазо»[62]. Резиденцией курдских правителей Сасуна, родословную которых курдский историк возводит к Сасанидам и правителям Бидлиса, служил г. Хазо, располагавшийся в оконечности горного хребта, окаймляющего Арзанскую долину с ее реками Хазо, Арзан и Радван. Во времена султана Сулаймана I (Сулейман I Канун, 1495-1566; 1520-1566 — турецкий султан) этот эмират стал именоваться Хазо, что, вероятно, было связано с перемещением центра эмирата из Сасуна в Хазо.

Согласно Ш. Х. Бидлиси, в конце IX века прибывшие из Хлата (Ахлата)[63] в Сасун братья Иззаддин и Зийаддин из племени ружаки (рузаки) «отобрали у некоего грузина по имени Давид» крепость Сасун. В. Ф. Минорский полагает, что речь идет о грузинском князе Давиде Куропалате (ум. в 1001 г.)[64]. Коренное население тех районов составляло всего четыре племени: 1. ширави, 2. бабуси, 3. сусани и 4. тамуки. Присоединив к своему наследственному оджаку округ Арзана[65], они подчинили себе и часть племен, обитающих в районе Хасан-кейфа, как-то племена халиди, даир-магари, азизан в другие.

Среди правителей Курдистана правители Сасуна славились великодушием и доблестью, воинственностью и храбростью, превосходя равных и подобных себе в битвах и сражениях. Наряду с решимостью на вооруженное сопротивление, проявив недюжинные дипломатические способности, правители Сасуна с успехом отстаивали свою независимость путем переговоров с государями Ак-Койунлу, Сефевидами и османскими султанами. Во время их нападений на Курдистан, Сасунские правители «прибегали к заключению прочного договора о дружбе, [тем] спасали свою страну пред победоносной мощью благородных султанов и великих хаканов и даже получали всякого рода милости и знаки благоволения».

Курдские правители Сасуна насколько были уверены в своей силе, что с пренебрежением относились к турецким султанам. После завоевания Багдада и Бидлиса турецкий султан Сулайман (1520-66) миновав ущелье Кефандур[66], разбил в Арзанской[67] долине лагерь. «Могущество его привело землю и вселенную в трепет, горы и небеса охватило волнение и тревога. [Но] подобно железной горе, исполненный неколебимости и величия, оставался [Правител Сасуна Сулайман-бек б. Мухаммад-бек б. 'Али-бек] в Сасуне, отослал ко двору государя с достоинством Сулаймана и Александра [Македонского] запасы провианта и не явился для лобызания [монаршего] порога, воспрепятствовав Шамсаддин-беку выехать из Малатии тоже»[68].

Правители Сасуна принимали участие в Чылдыранской битве 1514 г., на стороне Турции, участвовали во время походов осман в Египет (конец октября 1516 г. — январ [69]1517 г.), в Грузию, Ширван (Северный Азербайджан) (1584).

Родословная эмиров Майяфарикина тоже восходит к Шайх Ахмаду б. эмиру 'Иззаддину, и эмирам Кулба они приходятся двоюродными братьями, то есть, также были выходцами из племени рузаки и свою родословную возводили к Сасанидам.

В годы правления Сасанидский царь Хусрава Ануширван (531—579), Сасун, Муш и окрестности управлялись его дядей Джамасбом[70].

В 648 г. арабские войска во главе с полководцем Айаз б. Ганам, по приказу халифа Умара в 639 г. начал завоевание областей Верхней Месопотамии. Многие курдские князья оказывали ожесточенное сопротивление но разрозненность, феодальная раздробленность, существующая между ними вражда помешали к объединению и конечном счете привело к общему поражению в арабо-курдском противостоянии. Местное население, часть которой придерживались зороастризма, а незначительная часть исповедовали христианства несторианского только, вынуждены были просить у арабов гарантию неприкосновенности жизни и имущества при условии уплаты (в пользу арабов) джизьи и налога. Многие, чтобы не платить джизьи, переходили в ислам. Но, исламизация Курдистана была поверхностной. До середины Х в. Северный (Турецкой) части Курдистана подпадает под арабское владычество. С ослаблением арабского Халифата начинается период усиления местных династий, которые стали возвращать свои отцовские владения силой оружия. Этому процессу даже не помешали приток в регион тюркских племен, которые вынуждены были искать с курдами, которые представляли собой значительную военную силу, способы мирного сосуществования. Кроме Сасуна, курдские князья из рода Сасунских правителей, также правили округами Баргири, Ширави (крепости Ширави к юго-западу от оз. Ван), Кесан (в числе пяти районов округа Кардиган, к юго-западу от оз. Ван), Муш и Сиверек (район г. Сиверека, расположенного в 85 км к юго-западу от Диарбекира). Во второй половине XVI в. одним из этих князей и был курдский князь Сару-хан-бек б. Мухаммад-бек[71]. И последующие века этими землями владели курдские князья. В 18 веке курдские раздробленные феодальные княжества номинально зависимые от османов, ограничивались выплатой дани. С другой стороны отсутствие (или слабость) твердой центральной власти на местах становилось причиной частых восстаний и проявления своеволия. Курдское восстание 1830 г. под предводительством Кавалали Мехмет Али Паши на обширной территории, включая и Юго-Западный Курдистан, неудачные попытки ее подавления к 1838 г. подвело османское правление к признанию того факта, что ее власть на курдские княжества не распространяется. После смерти османского султана Махмуда II на его трон сел его сына Абдул Меджид. Переходный период осложнялся из-за непредсказуемой обстановки и неопределенности с Курдистаном.

В 1841-1942 гг. очередное мощное курдское восстание против османского ига в Северной части Курдистана возглавил эмир Ботана Мир Бадирхан. Курдские племена Сасуна также примкнули к восставшим. Турецкие войска, состоявшие из отборных и наиболее боеспособных частей, стянутых из Харпута, Урфы, Амеда (Диярбакыр), Эрзерум, Багдат и Мосула, возглавлял маршал Хафиз Паша. Для подавления этого восстания направленный в Сасун войска под командованием Хафиз Паши во время известной среди курдов под названием «Битвы Kermileh», потерпели поражение. Но, силы были не равны и 27 июля 1847 г. с падением последнего бастиона курдского сопротивления — крепости Эрух (Eruh) восстание было подавлено. Чтобы как-то успокоить курдский народ и удовлетворить требования местной курдской военно-аристократической знати, турецкие власти вынуждены были вести местное самоуправление. Абдул Меджид, в честь победы над курдами чеканивший медаль «Курдистан», счел нужным, поддержать предложение высшего императорского органа власти Meclis-i Vвlвyı Ahkвmı Adliye для разрешения курдского вопроса образовывать Область Курдистан (Kьrdistan Eyaleti).

Из архивов, датируемых от 14 декабря 1847 г. (5 мухаррем 1264 г. хиджры) становиться известным об объединении Диарбакырской области с ливами Муш, Ван, Хаккари и Джезире под общим названием «Область Курдистан». Согласно источника, губернатором вновь образованной Области Курдистан назначается губернатор Мосула Асад Паша. Согласно другого документа, датируемой от 22 декабря 1847 г., с зарплатой в 4 тыс. куруш главным судебным исполнителем Области Курдистан назначается Ахмед Эфенди из Крыма.

В Сасуне местное самоуправление возглавил курдский бек Hemedo Birho. В случае, если какие-то недоразумения между властями и населением появлялись, то Хамадо Брхо для разбирательства ехал в Битлис для разрешения сложившейся ситуации. У Хамадо Брхо был свой многочисленный вооруженный конный отряд, который служил сдерживающим и предупреждающим фактором в поддержании порядка в Сасуне. Государство полностью покрывал его расходы и расходы на отряда[72].

Во второй половине XIX века в Мушском пашалыке из курдских племен жили гасанан, джебран и балеан, а также незначительное количество армян и турок. Раффи Муш называет в числе курдских уездов[73]. В своем письме к князю Долгорукову № 41 от 19 марта и №161 от 21 апреля 1856 года генерал Русского экспедиционного корпуса на Кавказе Муравьев сообщал: «…господствующее население Мушского пашалыка — курды»[74]. В письме от 7 марта 1856 г. полковник Лорис-Меликов (армянин), офицер русской армии, генералу Муравьеву сообщает о том, что «господствующее население Мушского пашалыка — курдское», которые не намерены предоставить новобранцев турецкому правительству[75]. Источники под «господствующим», кроме военно-политического, подразумевали и количественное превосходство курдов Мушской области над проживающими в этом пашалыке народностями.

П. Лерх Муш вместе с Дерсимом и Диярбакыром включает в «Эялет Курдистан» и в Мушском пашалыке среди обитающих там курдских племен перечисляет племена гассанан, джибри, зилан, сипки (часть езиды; из этого племени род беев Баязедских Джаманли. Барозли, Зиркан). Также встречаются племена гормакли, рузаки (вокруг Битлиса), заза (на юге Муша), маманли (резиденция главы племени), муси — числом до 18 тысяч на юге Муша[76]. Эти данные на 1856 год.

Район г. Мокса, расположенного в горах, в 99 км к юго-западу от г. Вана с прилегающими областями всегда оставался в сфере курдского влияния.

Мукс (Мокс) до 1915 г. был под правлением курдского князья Муртулла-бека, с кем еще в 1911 г. встречался академик И. А. Орбели.

Известный средневековый курдский поэт Факи Тайран (Mir Mehemmede Xakkari) (1302-1375) родился в селе Werezurf Мукса (Мокса). В XIV веке мирливом Мокса был один из классиков курдской поэзии Мела Джезири.

В Моксе существует много строений, относящихся к материальной культуре курдов. Через главную реку Чаме Мокс построен старинный мост с названием «Пра Сор» (в переводе с курдского «Красный мост»). На кладке каменного моста надпись гласит о том, что этот мост построен во времена Мир-Авдала[77]. Ш. Х. Бидлиси писал, что Абдал-бек, зять правителя Хаккари, с помощью тестя присоединил к округу Мокс район Гаргар (Гэргэр), как было при отцах и дедах его. Мокс в качестве наследственного удела входил в состав владения правителя Хизана[78]. И в последующие столетия Мокс принадлежал курдским феодалам. В 1915 году последним курдским беком Мокса был Муртулла-бек, с которым академик И. А. Орбели имел личный контакт. Хачик Даштенц указываеи, что в Шатахе и Моксе заслены выходцы из Мокса. На это указывает и академик И. А. Орбели, который в своей книге о Моксе, рассказывая об армянском населении области, касается и вопросов армянского фольклора и пишет об «армянской» балладе «Мокский Мирза», где в частности подмечает, что «… географические пункты, упоминаемые в ней и, кроме Бохтанского Джезире, находящиеся в Моксе, в период моего пребывания уже были известны под другими названиями. Это дает основание думать, что баллада сохранена народной памятью от того времени, когда население области составляли не те армяне, которые были предками армян, населявших Мокс в 1911 году, и что в период между сложением этой баллады и началом ХХ в. произошли существенные сдвиги в топонимике страны»[79]. Поэтому нет сомнений, что армяне в Моксе — поздний этнический элемент.

Таким образом, утверждение армянской стороны о приходе курдов на указанные территории в XVII-XVIII вв. крайне не серьезно[80].

Отношение курдов к армянам автором романа выложены в уста курдянки Джамилы: «Войдите, прошу вас, — сказала Джемиле, смиренно показывая на дверь. — Это дом брата Геворга Чауша, а я сестра Геворга. В Хуте и Моткане различия между курдом и армянином нету. Многие курды разговаривают на армянском языке, не на своем. Среди нас кто-то армянин, а кто-то курд, для одного святая книга — библия, а для другого — коран, но все мы одно, и брнашевский монастырь и церковь богородицы в Маруте — места нашего паломничества».

Абаханец, «рожденный курдом, он верой и правдой служил армянской церкви Цорцора и архимандриту Гинду», курды делились последним и оказывали помощь армянам («…Макар старый, ноги уже не держат. Дошли мы до шалаша одного знакомого курда, взяли у него хлеба и пошли дальше. Макар, видим, совсем выбился из сил. Взяли у того же курда осла, посадили на осла Макара»).

Курды всякими способами защищали армян и вовремя предупреждали их о грозящей их опасности: «Двадцать пятого июня, в четверг, как раз накануне Вардавара, курдских старейшин вызвали на совет в деревню Мапупнек, возле Хута. На этом собрании, говорят, присутствовали Аджи Феро и женщина по имени Чуро. На следующий день Феро пришел в Хасгюх и предупредил армян: «Знайте, вас будут резать...». Естественно, за исключением тех курдов, пострадавших от произвола армянских повстанцев. Если армянские повстанцы убивали несколько курдов из племени, где все были родственниками, а курдское племя мог выставить от нескольких сот и до десятка тысяч воинов, то можно было предоставить с какой яростью в дальнейшем эти курды обрушаться на армян.

Ценные сведения об армяно-курдских отношениях содержаться и в работе «Историко-этнографические очерки Шатаха» армянского исследователя С. Д. Лисициана. Шатах в составе Ванского вилайета находился на западе Мукса (Мокса) и на юге Ванского озера. Шатах до середины XIX века область фактически пользовался независимостью курдских вождей, лишь номинально считавшихся вассалами Турции[81]. Шатах обилует курдскими названиями местностей: Родник Чылкани («Сорока ключей»), зом (пастпища, летовье), мазра и т.п. После поражения восстания Бедр хана «срыли более 30 курдских крепостей», в том числе и Шатахскую[82].

Как свидетельствует С.Д. Лисициан, «в шатахе обитали курдские племена осман-баги и ханиан[83]. Отношение между ними и армянами были самые дружественные и, характерное, оставалось таковыми до последнего времени, до возникновения курдско-армянских столкновений к началу мировой войны[84]. «Все мальчики околотка снимали у кого-нибудь обширную комнату, куда собирались в свободные часы. В этих помещениях — «oda», разводился огонь — t’emek, дым которого выходил через световое отверствие в потолке. Такой «клуб» выбирал ежегодно своего старшину — «agu», рсапорядителя — «malxu» и рассылного — «medju» (по курдски «слуга»)»[85]

Не соответствует истине и то, что якобы в ухудшении армяно-курдских отношений виновны создание полков «Гамадие» и по этой причине «Геворг вел большую работу, чтобы восстановить дружбу между армянами и курдами, пошатнувшуюся в дни правления султана Гамида» Турецкий султан Абдул Хамид II (1842-1918) правил с 1876 г. по 1909 гг. В 1891 г., четыре года спустя после неудачная войны с Россией (1877-78), Абдул Хамид издал указ о формировании из курдских племен полков, названных в его честь «Хамадийе».

До окончательного установления османской власти в указанном регионе в курдских противодействиях против османов принимали участие и армяне: «Эрзерумский сераскир Ибрагим-паша в 1747 году вел войну с мушским владетелем Аладин-беком; в 1777 г. Диарбекирский Узун-Абдулла-паша погиб с 30000 войском в бою с Курдами и Армянами, ибо отступление Турок было отрезано в единственном горном проход; въ 1782 г. Диарбекирский же паша, после 8-дневнаго боя с Понокскими Курдами и Армянами, потеряв 500 чел. убитыми, отступил. И в Ване сидели турецкие паши с послндней половины XVI века, но в области самовластно хозяйничали курдские беки»[86]. После подавления последнего крупного курдского восстания под предводительством Бедир-хана в 1847 г. в Северной (турецкой части) Курдистана окончательно утверждается «фактическое владычество Порты в лице турецких пашей, мутесарифов, каймакамов и мудиров». По признанию самого Лазерева Я. Д. , «можно по справедливости сказать, что армяне при курдских деребеках пользовались лучшими днями, нежели при 47-летней [87]турецкой анархии, имевшей для них гибельные последствия».

Курдские беки считали делом чести поддержать порядок в своих владениях и любые противозаконные действия считали для себя личным оскорблением. «Рассказывают, например, что шемдинанский эмир Абдаль-бек пользовался особой известностью в этом отношении. Ежегодно он разбивал свой огород на склоне горы Шехидан рядом с летними пастбищами племени харки, причем не трудился даже обносить его изгородью. «Моя слава, — говорил он, — послужит ему изгородью». И в самом деле, при нем не было замечено ни одной кражи вплоть до того дня, когда некто Юнис, сорвиголова из селения Таре, украл лучшего барана из стада, принадлежащего христианам селения Хатуна-Иекхари. Все розыски оставались тщетными, и владелец приписал исчезновение барана волкам. Однако известие об этой краже дошло до ушей Абдаль-бека, который пришел в ярость и приказал разыскать виновного. Юниса доставили в Нери, и дело его передали на рассмотрение суда племени. Были предложены различные наказания. Одни считали, что следует сжечь дом Юниса, другие предлагали отрубить ему руку, ногу либо изгнать вора из страны. Ни одна из этих мер не была одобрена эмиром. «Поскольку в мое правление кража и нарушение порядка являются делом неслыханным, наказание должно быть таким же». И он приказал оскопить Юниса, что и было сделано. И года не прошло, как борода и усы Юниса вылезли, лицо его покрылось морщинами и стало похоже на старушечье. Люди поняли тогда, сколь мудрым было решение эмира, и до сих пор история Юниса жива в памяти народной.

Можно было бы также привести пример равандузского паши Махмуда, при котором кражи стали чем-то неслыханным. Как-то торговец, потерявший свой кошель с деньгами, получил его обратно в целости и сохранности — так велик был авторитет паши»[88]. Отношение курдов к османам и русским в романе изложено автором со слов предводителей Хамадийских частей: «Мы, курды, всегда держим нос по ветру. Сегодня мы одно делаем, а завтра, если что-нибудь изменится, глядишь, и мы другие стали. Так что эти наши сегодняшние игры — то, что мы сюда пришли и на войну вроде отправляемся, — все это пустое. Мы против русского царя не можем, да и не хотим воевать. Османцы нас не любят, и мы только делаем вид, что участвуем в этой ихней войне. Пыль в глаза пускаем…».

Проект, предоставленный Берлинскому Конгрессу (1878 г.) делегацией армянских представители, предусматривал создание Армении на границах: на востоке — границы с Россией и Ираном, на Западе — по линии от Тириболу (центр небольшого района, входивший в состав Трабзонского вилаета) на черноморском побережье до точки слияния Чубукчая с Ефратом, на юге — по линии от Ефрата через реки Битлис и озеро Ван до иранской границы. По решению Берлинской Конференции армянам предполагалось прердат 6 вилайетов: Эрзерум, Ван, Битлис, Диярбекир, Мамуретульазиз (Эльазиз) и Сивас (в настоящее время в результате административной реформы территория разбита на 9 вилайетов: Эрзерум, Эрзинджан, Агры, Ван, Хаккяри, Бингель (курдском - Зevik), Сивас, Амасья и Токкат, а также район Шебин Карахисар на юге Гиресуна). На указанных территориях к 1896 г. проживало около 1 млн.300 тыс. армян.

По переписи 1893 г. в Турции ни в одном из этих 6 вилайетов армяне не предоставляли даже простого большинство:

Цифры - 1. Мусульмане 2. Армяне 3. Всего

Вилайеты A1). мусульмане Б2). армяне В3). всего

Эрзерумский A1. 444.548 Б2.109.838 В3. 559.055

Ванский 119.860 60.448 180.308

Битлисский 119.956 80.406 206.222

Диярбекирский 336.689 83.047 438.740

Сивасский 766.558 118.191 926.671

Мамуретульазизский

(Эльазиз) 300.188 79.974 381.346

Итого: 1.967.843 531.904 2.499.747

В данной статистике курды «затеряны» в общей «мусульманской» массе, хотя тот же полковник Я. Д. Лазарев признает, что «Мусульманское население в городах Ван, Битлис и Муш есть Курды, живущие под именем Турок… В город Баязет и провинции его вовсе нет Турок. Там живут Армяне и Курды»[89]. В середине 1878 г. в Баязетском округе Эрзерумской области обитали семей — 137 турецких (739 чел), 389 армянских (2580 чел.) и 1536 (8294 чел.) курдских . Статистика в определении количества членов семьи исходила при подсчете в среднем армянской семью 6,7 чел, а курдов 5,4 чел. , хотя традиционно курдская семья многочисленно. Даже с учетом того, что «часть мусульманского населения бежала из края, по занятию его русскими» и многие курдские семьи переехали в глубь страны, а также в данной статистике отсутствует количество кочевых курдов, в наиболее благополучное в статическом отношении для армян время, серовно курды составляли 76%, а армяне 21% население Баязетского округа. (ИКИОРГО. 1884 г. Том 8, №2. Таблица народонаселения Эрзерумской области в половине 1878 г. С.4-5.) Если взят за основу утверждения полковника Лазарева Я.Д. и итоги переписи 1893 г., соотношение числа армян только в Битлисской и Ванском вилайетах составляет 239.816 (курдов) против 140.854 (армян), то есть, только в этих двух областях курдов было около 60%, а в Баязете - 76%.

Если из числа 1,3 миллиона армян около 600 тыс. жили в «Азиатской части Турции», то из 3,5 миллиона курдов в этой «Азиатской части Турции» было около 2-х миллионов курдов.

Поэтому можно сказать, что отношение армян и курдов стали ухудшатся с того момента, когда у армян с осуществлением Россией своей «восточной политики» появилась надежда на приобретение национальной независимости и создание самостоятельного армянского государства. И сразу же сталь вопрос на каких территориях? Естественно на территории «Великой Армении от моря до моря». Появились агитаторы — армянские эмиссары из Кавказа, Европы. Многие местные армяне дорожили отношениями добрососедства, боялись последствий и поэтому когда армянский ученый-филолог из Росси Г. Эммин появился в Хнусе, который размахивая с книгой М. Хоренаци «История Армении» и призывал к пробуждению национального самосознания. Но более рационально мыслящие местные армяне попросили еог приехать через сто лет, так как пока они «этой борьбе не готовы».

Но, «комитетчики» начали создавать повстанческие отряды, главной целю которой было «очищение Армении» от турок и курдов. Методы борьбы — партизанские, способы «очищения» — физическое уничтожение.

Из-за засады предательски убивая главу курдских племенных вождей Бшаре Халил, Аджи Феро (балакец)[90] и вместе с ним десятка воинов, на что могли рассчитать армянские повстанцы: разве так сложно было предугадать последующей за ней кровную месть курдов за свою честь и честь племени?

Несмотря на все эти бандитские вылазки армян против курдов, курды не были непосредственными виновниками погромов жителей Сасуна. По авторитетному заявлению полковника Лазарева Я. Д., «В данном же случае за раззорение Сасуна и избиение Сасунцев невозможно обвинить Курдов, ибо здесь действовало регулярное войско с артиллериею, по наказу правительства»[91].

Вопреки армянским пропагандистским утверждениям об хищническом отношении курдов к армянам и их разорении, источники свидетельствуют о том, что во время сбора налогов турецкими сборщиками налогов «многие сельчане (армяне) продавали курдам носимую одежду, для взноса податей, чтобы избавиться от тирании»[92] турок.

В романе речь идет и Муртулла беке, правителе Мукса (Мокса): «Бей бею рознь. Князь Муртла-бек из Мокской провинции тоже был курд, но когда его вызвали в Ван и дали тайное поручение — устроить армянский погром, он ушел с собрания, оседлал лошадь и во весь опор помчался в Мокс. Лошадь его была в пене, так и мелькала белым пятном в ночной мгле. Муртла вместе с Лато из Возма спас армян Мокса и Шатаха от резни, увел их в горы. Джевдед хотел поймать Муртлу и вздернуть на виселице в городе Ване, но тот убежал в Курдистан. А коня своего подарил Лато в знак братства».

Дальнейшая судьба курдского князя Муртулла-бека, покровителя живущих в Моксе и Шатахе армян, была трагической.

Муртулла-бек лично своим небольшим конным отрядом сопроводил до реки Аракс до 16 тысяч армян и в благодарность за это внезапной атакой был убит отрядами Андраника: который спросил у спасенных Муртулла-беком армян: «Кто тот курд, гарцующий на великолепном коне! Спасенные от турецкого ятагана армяне ответили, что «Муртулла бек – наш спаситель! Если бы не он, мы бы до суда не дошли…». Тогда и Андраник своим подручным дал команду: «Голова (его) – ваш, конь мой!». Эта была благодарность за спасенных армян…

Таким образом, утверждение армянской стороны о приходе курдов на указанные территории в XVII-XVIII вв. крайне не серьезно .

Об этом подробно см.

http://www.kurdist.ru/index.php?option=com...59&Itemid=1

:kz1: Кстати, на сайте www.kurdist.ru можно найте много интересного по курдам...

Лятиф, вы даже не хотите признать что, Саладдин это имя арабского происхождения. До чего же вы дошли? Полное его имя Эбуль Музаффер Мелик-ун Насир Йусиф Салахаддин ибн Эййуби (1138 – 1193) . А то что, он был по происхождению курдом, еще ни кто не доказал. Ни один исторический документ его времени не называет Саладдина по происхождению курдом. Впервые об этом написано в «Шерефнаме», которая была завершена в 1597-м году, то есть почти 400 лет после его смерти. Автор работы Шереф хан Битлиси сам является курдом, и по этому причисляет Саладдина к своему племени, хотя в своей работе ни одну ссылку не приводит. За «Шерефнаме» хватились западные авторы, и после объявили Салахаддина Эййуби курдом. Опять же повторяюсь, ни один источник того времени его курдом не называет.

А теперь давайте постараемся выяснить корни Саладдина. Отца Саладдина звали Неджмеддин Эййуб бин Шади, бин Мерван. Арабское имя Мерван дало повод некоторым его назвать курдом из племени мерван. Хотя Шереф хан Битлиси причисляет его к курдам равенде. Брата отца звали Ширкух - имя персидского происхождения (Лев). Дядя по матери звался Махмуд ибн Такуш. В других источниках писалось в форме Шихабеддин Махмуд ибн Такаш, или Шихабеддин Махмуд бин Текеш. Текеш имя тюркского происхождения (Воин). Теперь рассмотрим имена братьев и сестер Саладдина; Шахиншах, Тугтекин, Таджульмульк Бури, Сейфеддин Эбу Бекр, Тураншах, Ситтель Шам Хатун, и Рабийа Хатун. Шахиншах является именем персидского происхождения, Сейфеддин Эбу Бекр арабского, а Тугтекин, Бури, Тураншах и Хатун являются тюркского происхождения. Супругу Саладдина звали Исмет Амине бин Муин аль-Дин Унур, которая происходила из знатного тюркского рода Буридов. Одного из племянников звали Хусамеддин Мухаммед бин Омар бин Лачын, где имя Лачын является тюркского происхождения. Сама семя Саладдина была на службе Мосульского атабека Нуреддина Зенги. Все войска Саладдина в основном состояло из тюрков. По этим причинам государство Эййубидов ни как не может быть курдским. Кроме этого остался стих арабского поэта того периода Ибн Сенаульмулька посвященный взятию Халеба у крестоносцев, где в одном двустишие так и говориться:

«Арабская нация возвеличилась государством Тюрка (Саладдина – УА),

Эхли-Салиб (крестоносцы - УА) были посрамлены сыном Эййуба»

А теперь о марах, которыми вы так обильно спекулируете. Во первых ни один армянский летописец маров не причисляет к курдам. Изыскания поздних армянских комментаторов в счет не берется. Более того, Аракел Даврижеци Сафевидов и Османов называет марами. Общеизвестно, что Сафевидские и Османские правители были тюркского происхождения. Сам термин МАР с иранских языков переводится как ЗМЕЯ, а на сирийском будет НАСТАВНИК, ВЛАДЫКА. Интересно что, оба эти значения присутствуют в древнетюркском МАР. Достаточно взглянут на древнетюркские словари. Например, в древне тюркской мифологии существовал дракон по имени АЛьП МАРДУКАН. МАР-ДУКАН значит рожденный маром. На древнетюркском существует и другая транскрипция термина змея/дракон. Имеется в виду термины МАГ/МУГ, у которых существуют другие диалектические модификации в форме БУКА, БИКЕ, ЙЕЛБУКАН, ЭЛьБЕГЕН и т.д. в особенные тонкости не буду вдаваться. Отмечу что, термин МАР и ВИШАП являются калькой тюркского термина МАГ/МУГ, которым себя называли мидийские племена. Также известно что, маги/муги изначально были мидийцами, и лишь позже этот термин перекочевал в персидский, а оттуда в европейские языки. Интересно, если мидийцы это курды-иранцы, то почему у них самоназвание тюркское?

А все остальное ваше сочинение критиковать даже не охота.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Исследователи не очень-то заметили один факт, который связан с этнонимом курт, который проходит в Енисейских надписях. Речь идет об Элегестской надписи Альпа Урунгу, где говорится о курдской области, которая находилась на территории «Алты Огузлар – Шесть Огузов». Сама надпись считается на 200-250 моложе Гектюркских надписей.

Вот текст:

Kadaşıma, keşime, adak atıma, yıta kara bodunuma adırıltım; yıta.

Tört adak yılkım, sekiz adaklıg barımım, bungım yok ertim.

Bung banga bat ermiş. Öldim; yıta. Sizime yolukayın.

.....beriye.....kılınu adırılayın.....bars yılta er.....

elim ugrınta sü bolıp erlerim. Edükim yok; aç bildigde, bir bertigime sekiz er erdim.

Kara bodunum, katıglanıng. El törüsü ıdmang. Yıta; elim, kanım

Urungu Kölüg Tok Bögü Terkin'ge kanım beg erdim üçün, ben er.....

Kürt el kan Alp Urungu, altunlıg keşigin bangtım belde. Elim, tokuz kırk yaşım.....

Kanım ! Elime, sizime yıta bükmedim. Kanım ! Elime yıta adırıltım.

Kök tengride Gün, Ay azdım. Yıta, sizime adırıltım.

Yüz er kadaşım uyarın üçün, yüz eren elig öküzin tegdük üçün,

Kuyda konçuyıma, sizime yıta özde oglım sizime adırıltım.

А вот русский перевод:

Е-10 (Элегест)

Надпись на огромном плоском оленном камне из серого песчаника. Происходит из левобережья Енисея, вблизи от впадения в него реки Элегест (по-тувински: Элегес).

Хранится в Минусинском музее.

(1) О, мои супруги в женских покоях, - как жаль мне, как грустно! Мои родные сыновья, - как жаль мне, я отделился [от вас], как грустно!

(2) Благодаря благородству ста мужей, моих сородичей, с помощью ста мужей и пятидесяти волов водрузили [этот памятник].

(3) В синем небе - жаль! - были солнце и луна. Как грустно, как жаль мне - я отделился [от вас]!

(4) О мой хан, мое государство - как жаль мне, горе! ... Мой хан, мое государство - жаль, грустно! - я отделился [от вас].

(5) От Кёртле-хана положен (мне) на плечо и повязан на пояс алый штандарт (лента) урунгу и украшенный золотом колчан. Мой возраст - семьдесят девять лет.

(6) Мой отец-бек, который был урунгу, славным, обильным и мудрым правителем области, тоже покинул (этот мир) из-за доблести.

(7) Мой народ, будь тверд, не отступайся от законов государства! О горе, жаль - мое государство, мой хан!

(8) Водя войска ради моего государства, у меня не было такого, чтобы я (лично) не поражал влинов (врага). В одной только битве при Чибилиге, в которой я лично вступил в схватку, я пленил влсемь воинов противника.

(9) Ради побед моего государства, совершая, ... был, о горе!

(10) Печально мне ... я умер. О горе, жаль мне...

(11) Мой скот о четырех (ногах), мое имущество на восьми ногах (юрты) - не было у меня печали (по поводу них).

(12) О мои родственники и сродственники - я разлучен с вами, о горе! О мой народ - я разлучен, о горе мне!

Как видно произношение в русском переводе разнится, следствие чего изменяется и смысл. Курт Эль Кан превращается в Кёртле-хана. Вообще-то русский перевод в данном тексте изобилует погрешностями. Во всяком случае надпись в форме KÜRT L KN гипотетически допускает о существовании курдского элья, ханом которого является Альп Урунгу. Но насколько курды Енисейа связаны с Ближне Восточными курдами является открытым вопросом. Во всяком случае, о существовании среди древних тюрков племени с названием КУРД остались кое-какие исторические сведения. Константин Багрянородной описывая венгров, которых византийцы называли турками – называет имя племени КУРД среди семи основных племен. Венгерский исследователь Немет перечисляет нижеследующие основные девять племен мадяров:

Кабар, курд, гйармат, тарйан, йене, кер, кесзи, нийек, мегйер

По его мнению, первые семь племен были тюркского происхождения, остальные две являлись уграми. В латино язычных источниках имя этого племени писалось в форме КУРТУ, КУРТИ. В совр. Венгрии и Чехословакии до сих пор остались деревни с этим названием. Кроме этого в Трансильвании в среде гуннов шекелей существовал род с одноименным названием.

Во всяком случае, Енисейская надпись, и племя курд среди мадяров-турков должно привлечь внимание исследователей. Отмечу что, слово КУРД с древнетюркского буквально переводится как СНЕЖНАЯ ЛАВИНА (ДТС).

Следует отметить также, что ранние арабские источники не редко некоторые тюркские племена (халаджи в Хорасане, отузикилер в Карабаге и др.) называют Экрад (курды – в множ. чс.).

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Где можно почитать об этническом составе иранских курдов? Меня в частности интересуют Dehbokri. И каков родовой состав среднеазиатских курдов.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Мне это тоже было бы очень интересно!

Хотелось бы знать, какие курдские роды и племена ахл-и-хакк, а какие сунниты? А также, есть ли у луров, бахтиаров и др живущих юго-восточнее курдов ираноязычных народов роды и племена, названия которых совпадают с курдскими?

Некоторые сравнивают нынешний курдский язык, по характеру смесей, с глевийским
А что это за глевийский язык?

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

Создать аккаунт

Зарегистрировать новый аккаунт в нашем сообществе. Это несложно!

Зарегистрировать новый аккаунт

Войти

Есть аккаунт? Войти.

Войти