7Мерген7

Пользователи
  • Публикации

    109
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Дней в лидерах

    1

Последний раз 7Мерген7 выиграл 13 декабря

Публикации 7Мерген7 были самыми популярными!

Репутация

6 Обычный

О 7Мерген7

  • Звание
    Опытный пользователь

Старые поля

  • Страна
    Калмыкия

Посетители профиля

Блок посетителей профиля отключен и не будет отображаться другим пользователям

  1. 7Мерген7

    Кыргызы-2

    Весело, ещё не вывели "казахскую днк" при всей ширине обхвата, а французские казахи знают уже уйгурскую днк
  2. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Поэтому я и говорю хасыгам, что они не имеют права говорить, что "калмык" на их языке "отставший" или неодушевленный предмет "остаток"
  3. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Благодарю дружище Обратите внимание, что малая вероятность есть в русской озвуче '"калмак" или "хальмыг", что Бакунин мог и различать эти слова, однако надо больше читать) Хошеуты и дербеты ни себя ни торгудов калмыками не называют, а зовутся ойратами. Торгуты себя, хошеутов и дербетов называют калмыками, но значения этого слова не знают. Почему интересно ? Может из-за части осевших у русских ногайцев, в результате распада их Орды. Возможно русские переняв это слово от ногайцев, считая их своеобразными "экспертами по инородцам" уже в последствии "внушали" это название торгудам. А дербеты и хошеуты находясь "вне вертикали" отношений русский приказчик-торгутский владелец это название на момент начала 18 в ещё не приняли. Что же "калмык" могло означать? Если это название относилось только к торгудам, то перевод "основной" логичен, но оправдан ли?
  4. 7Мерген7

    Ойраты, Джунгары, Калмыки

    Интересная инфа для "татарофила" Аксборижигина) "....Или как калмыки царю служили" Внизу гравюра тартара-калмыка http://www.kultpro.ru/item_258/ Шанс ему выпал через два года, и как это часто бывает, на войне. Точнее говоря — во время петровского персидского похода 1722 года. Тогда по указанию Петра старому хану Аюке было велено отправить в помощь русскому войску семитысячную группировку своих воинов, причём исключительно калмыков. Никаких подчинённых калмыкам татар! Война будет вестись против магометан, а татары в боях против единоверцев ненадёжны. «Куратором» над калмыками от русского войска был поставлен гвардии поручик Нефёд Кудрявцев, а переводчиком к нему отряжен наш герой, Василий Бакунин. Гвардейский поручик и молодой амбициозный переводчик, судя по всему, быстро сошлись. Оба они были людьми одного типа, неглупыми служаками, не собирающимися прозябать на нынешних незначительных должностях. Вскоре поручик доверял своему толмачу уже настолько, что поручил ему первое серьёзное задание. Дело в том, что Нефёд Никитич необходимостью постоянно находиться среди калмыков сильно тяготился — ну что это за компания, в самом деле. Народ дикий, странный, да еще и по-русски никто ни бум-бум. Ни байки в дороге потравить, ни посидеть за стаканчиком вечером. А параллельно калмыцкому войску туда же, к Тереку, идут драгунские полки бригадира Шамордина, и среди драгун у поручика было немало приятелей. Вот он и решил переход от Волги до Терека сделать с драгунами, оставив у калмыков толкового переводчика с небольшой командой саратовских казаков. Всё равно боевые действия ещё не начались, и делать русским у калмыков решительно нечего. Куда идти, калмыки знают, на коне ездить и сами умеют, а присмотреть, если что, и переводчик присмотрит: парень явно не дурак и дров не наломает. Если бы! Уже на подходе к Тереку, когда начались земли гребенского казачества, к поручику прискакал на взмыленной лошади один из саратовских казаков, ушедших в конвое переводчика с калмыками. Прискакал с сенсационной новостью: переводчик шпиона поймал! Настоящего! Надо навстречу калмыкам ехать, а то зюнгоры на Бакунина волками смотрят, а людей при нём раз-два и обчелся. Как бы до беды не дошло! Поручик только охнул и лично поскакал с отрядом драгун разбираться, что же там такого натворил инициативный толмач? А произошло вот что. С самого начала Бакунину не нравился один калмык из окружения Бату (Бату Чакдоржапов, внук хана Аюки, которому всесильный глава калмыков поручил возглавить войско в Персидском походе). Точнее, не нравился его говор. Вроде бы и одет как калмык, и Бату его привечает, и говорит по-калмыцки правильно, а выговор странный. К несчастью калмыков, Василий Михайлович слишком хорошо знал их язык, на порядок лучше обычных русских переводчиков, вот и уловил в речи странного калмыка тюркский акцент. А когда, выйдя ночью по нужде, услышал случайно, как странный калмык говорит с кем-то на тюркском языке как природный татарин, сразу понял: вот он, шанс! Дождался. Не стал бы обычный татарин в калмыцкое платье рядиться и язык свой скрывать. Калмык. Фрагмент гравюры из книги Яна Стрейса «Три путешествия». 1675 Что делать? Он здесь один с десятком казаков среди многих тысяч воинов Аюки. Ждать Терека и встречи с русским войском? Но кто его знает, поверит ли ему поручик Кудрявцев… Да даже если поверит, тогда вся слава уже поручику достанется. Значит… Значит, надо рисковать. Ранним утром в юрту, где накануне выхода в путь Бату завтракал со своими зайсанами и прочими приближёнными, вошёл русский переводчик с десятью вооружёнными казаками. Поклонился учтиво, горделиво выпрямился и чеканным голосом на великолепном калмыцком языке заявил, что именем Императора Всероссийского Петра Алексеевича, чью свящённую особу он, дворянин Василий Бакунин, здесь представляет, арестовывает этого человека и указал на странного калмыка. Тут же от группы отделились два казака и взяли подозрительного под локти. Бату лицом окаменел, зубами скрипнул, но смолчал, не рискнул идти против Белого Царя. Людскую натуру он, как любой властитель, понимал неплохо, а при взгляде на бледное лицо переводчика было ясно: такой пойдёт до конца. Не робкого десятка оказался толмач, хоть и штатская штафирка, а не воин. Не робкого… Кто бы знал, сколько страху натерпелся толмач в следующие несколько переходов: а ну как не стерпят калмыки унижения и вырежут всех русских ночью, как овец. Хоть его малая команда караул несла круглосуточно, против калмыков им не устоять. Одно только их бережёт, одно не даёт порваться ниточкам их жизней — имя великого Белого Царя. Отпустило только, когда взбешенный поручик с драгунами прискакал все, значит, довели лазутчика. Правда, потом новый страх пришёл: а ну как зазря он всё затеял и на допросе выяснится, что вины на пленном какая-нибудь сущая чепуха? Вдруг это не шанс был, а так, обманка блеснула? Что тогда? В малом городке гребенских казаков Курдюкове они «кололи» шпиона втроем — он, поручик Кудрявцев и бригадир Шамордин. Даже конвоиров из избы выгнали: мало ли какое дело государево при расспросах выплывет? Лишние уши ни к чему. Допрашивали в тот суровый век немного по-другому, чем сейчас, и пыточный инструмент никогда без дела не ржавел. Поэтому вскоре «калмык» сломался и выложил всё как на духу. Но прежде одно замечание. Вам нужно понимать одну вещь: когда я говорю, что калмыки были российскими подданными, ради бога, не воспринимайте это слово в его сегодняшнем значении, не отождествляйте тогдашних калмыков с сегодняшними. Тогдашние связи новорождённой Российской империи с людьми хана Аюки больше всего напоминали средневековые отношения сюзерена с вассалом. Калмыки были практически полностью самостоятельным если не государством, то народом, обладали всеми правами суверенитета — вплоть до проведения собственной внешней политики, приёма послов соседних государств и объявления войны. Все их «подданство» ограничивалось обязательством выставлять определённое количество воинов, если сюзерен начинает войну (как сейчас, в Персидском походе), и правом просить подобной же помощи у русских при собственных неурядицах. Вот эта «внешнеполитическая самостоятельность» и сыграла негативную роль в данном случае. Затеянный Петром поход на Кавказ был нужен Аюке, как рыбе зонтик. Он только-только замирился с тамошними владыками, а тут опять иди, пускай мусульманам кровь. Кровь пустить дело, конечно, недолгое, вот только не забудут они этого никогда. Тамошние сыны Аллаха злопамятные. И тогда Аюка решил заняться тем, что сегодня именуется саботажем. Как рассказал пойманный Бакуниным шпион, родился он природным ногайцем, ногайцем и остался, просто по-калмыцки говорит хорошо, затем и был отправлен на это задание. Зовут его Хаз Мамбет, и именно через него Бату по приказу хана Аюки должен был после Терека передать планы русских уже известному нам ногайскому вождю Бахты-Гирею, более известному по прозвищу Безумный Султан. Естественно, чтобы ногайцы успели подготовиться к приходу императорской армии. Дело выплывало серьёзное, поэтому шпиона Хаз Мамбета переправили в Терскую крепость, откуда он и ушёл потом в каторжные работы. А на ловкого переводчика все стали смотреть совсем по-другому. К тому же в том походе он успел отличиться ещё несколько раз. Калмыки про прозорливого «орсина» тоже много судачили, у степных народов любая мелкая новость разлетается стаей воробьев, не то что подобная сенсация. Бакунин, проживая по-прежнему среди калмыков, не раз ловил на себе изучающе-уважительные взгляды, поэтому даже не особо удивился, когда уже после переправы через Терек получил записку. Той же ночью он встретился тайно с каким-то калмыком, так и не показавшим своего лица. Лица-то он не показал, а вот вещи рассказал очень интересные. Накануне калмыки получили приказ идти воевать кумыков, и по словам незнакомца, один из зайсанов Бату, Яман, тут же отправил своего человека к кумыцкому владельцу Солтану Мамуту. Человечек тот должен объявить кумыкам, чтобы те бежали, куда только можно. А калмыки, чтобы дать своим противникам время спрятаться, на последнем переходе в сорок верст до села Эндери будут нарочно двигаться медленно. У него же, объяснил незнакомец, к кумыкам личные счёты, и он не собирается упускать возможность пустить горцам кровь, для чего и высвистал переводчика на эту ночную встречу. Бакунин ласточкой полетел к Кудрявцеву, и новые друзья весь последний переход подгоняли калмыков как могли. Те, конечно, слушались плохо, поэтому в дело пошёл план номер два. Вечером поручик, несмотря на наступавшую темноту, объявил, что ночёвки не будет, они пойдут вперед и ударят по кумыкам с ходу. Сражение состоялось на утренней заре, и простые калмыки потом даже радовались, что их планы были раскрыты, настолько богатую добычу они взяли у не успевших отогнать скот кумыков. После того сражения Бакунину удалось осуществить и ещё один давно задуманный план. Он давно подозревал, что Аюка царский приказ о посылке семи тысяч бойцов проигнорировал и отправил куда меньшее количество войск, но как это проверить? Как посчитать рассеянную по степи орду? А вот так. После сражения при Эндери поручик, наученный Бакуниным, объявил, что за победу хочет авансом выдать калмыкам часть обещанного жалованья. Вот только выдачу организовали особым образом драгунская рота была выставлена цепью, в середине же было оставлено узкое пустое место, своеобразные ворота. Через них-то и должны были по одному проезжать калмыки, чтобы получить заветный рублёвик. А чтобы ушлые хитрованы, которых в любой армии мира, как тараканов, не могли объехать цепь степью и явиться за рублём вторично, к флангам драгунской цепи были отправлены казачьи команды. Сам же переводчик стоял неподалеку от ворот и внимательнейшим образом считал. Калмыков вместо семи тысяч оказалось 3727 человек, о чём тем же вечером поручик и отписал тайному кабинет-секретарю Макарову для передачи этих сведений Его Императорскому Величеству. Тут уже начиналась высокая политика, которая не нашего ума дела, пусть царь Петр сам с Аюкой разбирается.
  5. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    В том то и дело, что вы "казаки" не смеете кому-то говорить, что на казахском "калмак" это "отставший" или "остаток", на вашем языке это слово без перевода. Оно близко вам, где-то вертится, но не дается) Калмак переводится либо с других тюрк языков, или имел значение в древности, но !!! тогда никаких "калмак"ов не было !!!
  6. 7Мерген7

    Вооруженное противостояние торгутов и ногайцев

    У нас не философия) Больше двух?
  7. 7Мерген7

    Вооруженное противостояние торгутов и ногайцев

    Сколько задокументированных сражений, примерно?
  8. 7Мерген7

    Вооруженное противостояние торгутов и ногайцев

    Сама формула "Калмыцкое ханство" неверна, если иначе, то потрудитесь сформулировать для всех кто такой "калмык" в 17, 18 и далее веках
  9. 7Мерген7

    Вооруженное противостояние торгутов и ногайцев

    Не в обиду будет сказано, но вы не отличаетесь от казах историков, с ихним самосознанием с 15 в) То что какие-то родовые группы (казахские или инопланетные) осозновали близость между собой не говерит об их высоком надродовом=национальном сплочении
  10. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Вот и получается, что "калмак" на казахском не переводится, но зато хорошо переводится "калпак"
  11. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Кал-пақ, КаракалпАк?
  12. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Учитесь https://monographies.ru/ru/book/section?id=6675 Аффикс -мақ, -мек. Формант -мақ в функции аффикса, образующего отглагольные имена и глаголы будущего времени, участвует в создании наименований предметов с самым различным значением. Т. Талипов считает, что аффикс имени действия современного казахского языка -мақ образован посредством соединения -м с окончанием дательного падежа -қа, то есть современный аффикс имени действия -мақ является сокращенным вариантом древнетюркского показателя -мақа. В качестве доказательства ученый приводит примеры из текста поэмы Мухамедияра «Төхфән Мәрдән», относящейся к ХVІ в., а именно, форму инфинитива –маға и окончание имени действия в дательном падеже -мақ (которые несмотря на соответствие значений, употребляются в качестве двух разных единиц). В некоторых говорах современного туркменского языка формы дательного падежа встречаются с формантом -к (ата:к «деду», дүйә:к «верблюду», окама:к «учебе»), показатель -к сохранился также в составе отдельных наречий: бери:к «сюда», анры:к «там» [60, 137]. В казахском языке отглагольных имен существительных, образованных с помошью составных формантов -ма и –кі, немного; в якутском, тувинском, чувашском языках производные имена прилагательные, образованные с помощью указанного аффикса, употребляются чаще. В частности, 1) присоединяясь к глаголам, эти аффиксы образуют названия орудий труда, предметов быта, наименования игр, продуктов питания и др.: қаймақ «сметана», ілмек «крючок», піспек «мутовка (для кумыса»), қармақ «удочка», оймақ «наперсток», шақпақ «огниво», өрмек «паутина», қақпақ «крышка», құймақ «оладьи», жұмбақ «загадка» и др.; 2) имена существительные с абстрактным значением: қыспақ «тиски»; 3) выражают значение места: батпақ «болото», соқпақ «тропинка, дорожка»; 4) образуют производные слова с качественной семантикой: сырмақ «вышитый (о кошме») < сыр, имек «согнутый, кривой» < и, тув. эңмек «имек» < эг «сгибать», қыз-ы-мақ «усердный» < қыз, қыс «усердие» [137, 120], як. көтүмэх «неряшливый, неприятный» [56, 101]. В древнетюркском языке формант –мақ, наряду с выражением семантики субъекта действия, служил для наименования процесса, орудия, обладателя результата действия. М. Кашкари рассматривает формант –маг в качестве масдара, то есть форманта, образующего отглагольные имена [65, 11; 63]. К примеру, ačmaq «голод» [ДТС, 406] < аč «голодать», öлmäk «смерть» < öl «умереть», самак «число» < са – «считать». Наименование орудия, результата действия: bogmak «пуговица от платья», šišmek «опухоль» [KW, 266, 231]. В киргизском языке формант -маг может употребляться и со значением сходства: каррымак «старообразный» < карры «старец, старый», kekmek (er) «опытный (мужчина)» < keke «труд, трудности» (Ср.: каз. кексе «опытный, бывалый») [95, 295]. В древнетюркских материалах составной формант -мақ//-мек употреблен в значении существительного, прилагательного. К примеру, в роли существительного: bašmaq // bašaq «башмак», čalpaq «грязь», čaqmaq «огниво», čelpäk «гной», qarїmaq «старость», qїzamuq (мед) «краснуха, корь» и др. В функции образования слов со значением прилагательного: kekmäk «опытный», solamuq «левша, леворукий», в значении имени действия: arїmaq «избавление, очищение», ašmaq «увеличение, превышание», bašlamaq «управление», birikmäk «организация, объединение», bitimäk «письмо» и др. Кроме этого, аффикс встречается в казахских диалектах в составе отдельных производных существительных, прилагательных. Например, каз., башк. (диал.) сущ. боламық ~ быламық «болтушка, каша», прил. үлпек // елпек «пушистый». В тюркских языках взаимозаменяемость согласных қ и ш в разных позициях (каз. ұрық, азерб. уруч «семя») дает возможность для параллельного употребления морфем -мақ и -маш // -мач. Ср.: каз. тырнауық // тырнауыш, турец. гүдемек // гүдемеж «показатель», узб. буламақ // буламач «болтун» и др. Встречается несколько слов с формантами -ман//-мен, представляющими собой варианты суффикса -мақ//-мек: sїqman «пора, сезон выжимания виноградного сока», который привносит в имя существительное добавочное значение: kölmän «озерцо, лужа», а в говорах встречается в составе слов со значением прилагательного: шадыман (диал.) ~ көңілді «веселый» (шат-шадыман) и др. В казахском языке узкий вариант указанного аффикса -мық//-мік может употребляться в качестве форманта, образующего имена, а также в качестве словоизменительного форманта. Ср.: 1) выражает значение результата действия именных основ: быламық «каша» < былға «размешивать», қарамық «разновидность кори», турец. қарамуқ, туркм. гарамык, «оспа», (диал.) ашымық «напиток из муки, пшенной крупы», жаламық «блюдо из молока, сваренного с мукой и сахаром»; 2) присоединяясь к имени прилагательному, выражает семантику ослабления качества: каз. бозамық «беловатый» < боз «бело-серый», жылымық «тепловатый» < жылы «теплый» (прил.); 3) выражает значение прилагательного: башк. теремек < тере «живой»; 4) тат. теремек «шустрый» [93, 185]. Узкий вариант казахского суффикса -мақ//-мек – формант -мық//-мік, который был употребителен в древнетюркском языке, сохранился и в некоторых современных тюркских языках. В отдельных языках он чередуется с формантом -мұқ. Ср.: қаз. қармақ – турец. қармұқ «удочка» и др. В современном казахском языке форманты -мыс//-міс//-мыш,-піш (устар.), присоединяясь к отдельным переходным глаголам, образуют наименования конкретных предметов, а от некоторых непереходных глаголов образуют абстрактные существительные. Например, тарамыс «сухожилие», қылмыс «преступление», жазмыш «судьба», өтеміс «возмещение, компенсация» и др. В казахском языке суффикс -мыш//-мыс, наряду с древним значением названия деятельности, процесса, выражает и субъективную семантику: 1) обозначает название процеса: болмыс «реальность», жазмыш «судьба», тумыш «разновидность лошади»; 2) значение субъекта: тарамыс «сухожилие», тұсамыс «путы», жасамыс «немолодой» (существительное и прилагательное), оймыш (диал.) «узор, орнамент», жеміс «плод», (диал.) құрамыс «лоскутное одеяло», (диал.) жармыш «размалывание кукурузы», гөргеміш «вьюн». Слово жеміс «плод» относится к разряду древнейших общетюркских образований. Изначально указанное слово обозначало плод, семя (jimiš), значения же «дыня» в азербайджанском, «еда, пища» в узбекском считаются новыми, более поздними образованиями. В киргизском языке жемиш «плод» употребляется с семантикой множественности, собирательности, а в тувинском в значении «семя, сердцевина (ореха)» выражает единичное понятие. Мы видим, что основой для формирования показателей -мыш//-міш, -мыс//-міс стали древние форманты –м и –ш, выражающие семантику собирательности-единичности. А. Наджип отмечает, что в тексте «Хосров-Ширин» встречается семь слов с формантом –мыш, однако ни одно из них не выражает семантику времени. Например, олтурмыш «стул», өлмиш «смерть», сурмиш «гонение, притеснение» и др. В этом памятнике обнаруживается также употребление форманта –мыш в качестве синонима аффиксов действия -ш и -мақ//-мек [138, 71]. Э.В. Севортян отмечает, что древняя, исходная семантика, а именно значение названия процесса форманта –мыш, образующего отглагольные имена, хорошо сохранилась в языках с замедленным развитием языковой структуры (башкирский, чувашский и др.) [29, 348]. Кроме того, указанный аффикс образует имена прилагательные: жасамыс «немолодой», өлміш «умирающий», көнбіс (диал. көмпең < көм// + пең) «закаленный, подчиняемый, тренированный», диал. жылбыс «тонкий, плохой» (о коже), танбыс «узнать» и др. (Формант -біс является вариантом аффикса –міс). В древнетюркском языке: öгmiš «восхваление, похвала» (сущ.), siqtamiš (tamu)»плачущий (ад, геенна)» (прил). Таким образом, мы становимся свидетелями того, что формант казахского языка -мыш//-міс в древнюю эпоху выполнял функцию аффикса, образующего слова с предметной и качественной семантикой, а также словоизменительного аффикса, образующего форму прошедшего времени глагола. С помощью указанного аффикса образовывались и наречия, о чем свидетельствует структура наречия еміс – еміс. В качестве наречия слово еміс появилось в результате исторического слияния элементов с противоположными значениями: формой е и формой -міс, выражающего значения сомнения, предположительности. Изменение синтаксической функции привело к преобразованию глагола, передающего характер протекания действия, в наречие, выражающее качество действия. Ср.: древнетюрк. ерміш – словоизменительная форма < среднетюрк. еміш (с). – вспом. глагол, соврем. еміс (-еміс) – форма наречия. Кроме этого, следы слова ерміш/еміш, которое, будучи сначала самостоятельным, позже превратилось во вспомогательный глагол, мы видим в предположительной частице -мыс/-міс, имеющей статус служебного слова (келіпті-міс от келу «приходить», айтыпты-мыс от айту «говорить», көрген-міс от көру «видеть»). Словосочетания, образованные с помощью этой частицы, придают предложению, в состав которого входят, семантику сомнения, предположения, недостаточности, неуверенности, иронии. Общетюркский формант -маш (-mis), -мыш с предметной и качественной семантикой встречается в составе слов bekmäs «виноградный сок» < бек «крепкий», Аšmїs «имя собств.», atanmїš «знаменитый», azmїš «заблудший», каз. (диал.) ұялмыш «стыдливый». Из этого следует вывод: древние форманты имени – имени действия – причастия -ым//-ім,-ма//-ме, -мақ//-мек,-мыш//-міш имеют общее происхождение. В ходе своего развития эти аффиксы подверглись процессу семантического усложнения.
  13. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Беглый осмотр всех "писанин" и Инета создал у меня впечатление, что в казахском суффикса "мак" нету вообще и присутствует очень мало в древних тюрк словах как "башмак". Возможно также заимствование от соседей. У казахов вместо него распространены "ак"ик"
  14. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Вывод 4 казака считают, что "калмак" это прилагательное от глагола "калу"(оставаться, отставать) 1 уйгур считает, что по-казахски нет перевода и производный корень вообще другой
  15. 7Мерген7

    Детали миниатюры "Найманский хан с головой Керейтского хана"

    Если не пляшет под общую дудку, то уже враг? Опять какой-то неуч с другими суфиксами, а где "мак"