Koshoj

Пользователи
  • Content count

    202
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    9

Koshoj last won the day on August 22

Koshoj had the most liked content!

Community Reputation

129 Очень хороший

About Koshoj

Старые поля

  • Страна
    Kyrgyzstan

Recent Profile Visitors

The recent visitors block is disabled and is not being shown to other users.

  1. https://www.eurekalert.org/pub_releases/2019-11/uoo-ose112419.php Странное дело, обычно на Eurekalert пишут об уже опубликованных исследованиях, а в этот написало ещё про незавершённое исследование. Вкратце, новозеландские палеогенетики изучают погребения из домонгольского Узбекистана, видимо где-то рядом с Термезом. Результаты будут опубликованы не ранее лета 2020.
  2. Официальнее некуда. К сожалению очень мало SNP, плохо понятно что за ветки.
  3. Продублирую тут: https://www.vb.kg/doc/382340_naychnyy_proekt:_yznay_svoih_predkov._kyrgyzstancy_sdali_test_na_dnk.html Научный проект: "Узнай своих предков". Кыргызстанцы сдали тест на ДНК 11 октября 2019 Масштабный проект по изучению генетики тюркских народов Центральной Азии запустили ученые из Казахстана. Вот теперь очередь дошла и до Кыргызстана, где тест ДНК сдали сто человек, одним из которых был и ваш покорный слуга
  4. Рекомендация: заведите на своём компьютере папку и сохраняйте туда интересные и важные ссылки и документы. Так будет проще, чем по памяти что-то пытаться вспомнить. Я вот кучу статей по палеогентике у себя держу так, очень помогает.
  5. Вот ещё про человека из Елеке Сазы: https://www.academia.edu/40323747/Л.Б._Джансугурова_З.С._Самашев_и_др._Анализ_отцовских_и_материнских_линий_древних_объектов_из_пантеона_Елеке_сазы_АЛТАЙ_ТҮРКІ_ӘЛЕМІНІҢ_АЛТЫН_БЕСІГІ_бас_редактор_-_Даниал_Ахметов_Өскемен_2019._С._100-110 Правда некоторые места сомнительно звучат: По данным палеогенетики вроде как всё-таки из Восточной Европы, а не из Ирана.
  6. https://ru.wikipedia.org/wiki/Гибриды_верблюдов
  7. Решил открыть новую тему для всяких мелких новостей из мира палеогенетики, чтобы не плодить кучу новых тем. Анонсированы результаты полногеномного секвенирования черепной крышки из Салхита, палеолит Монголии. Оказалась женщина-сапиенс, генетически близка человеку из Тяньюаня: https://www.eshe.eu/static/eshe/files/PESHE/PESHE_2019_OnlinePESHE.pdf Genomic analyses of the 34,000-year-old Salkhit individual from Mongolia. Diyendo Massilani1, Thibaut Devièse2, Mateja Hajdinjak1,SeonbokYi3, Jungeun Lee3, Damdinsuren Tseveendorj4,Byambaa Gunchinsuren4, Tom Higham2, Matthias Meyer1, Janet Kelso1, Ben Peter1, Svante Pääbo1, Laurits Skov1 1 - Max-Planck-Institute for Evolutionary Anthropology, Leipzig, Germany · 2 - Oxford Radiocarbon Accelerator Unit, Research Laboratory for Archaeology and the History of Art, University of Oxford, Oxford, UK · 3 - Seoul National University, Seoul,Korea · 4 - Institute of History and Archaeology, Mongolian Academy of Sciences, Ulaanbaatar, Mongolia In recent years, the sequencing of many ancient early modern human genomes from West Eurasia has provided insights into the human population history in Europe [1]. In contrast, only four genomes from early modern humans in Siberia and one in East Asia have been generated, which limits our grasp of the genetic history of early East Eurasians [1]. Here, we present the genomic analyses of a hominin skull cap discovered in 2006 during mining operations in the Salkhit Valley, Northeastern Mongolia [2]. To our knowledge, the specimen remains the only Pleistocene hominin found so far in the country. Discovered outside any archeological context, the age and the ancestry of the specimen have been debated since its discovery and the presence of peculiar morphological features has led to potential affiliation to archaic hominin groups [3], [4]. We used a compound-specific radiocarbon dating approach to determine the age of the Salkhit individual to 34,950 - 33,900 Cal. BP (at 95% probability), placing the specimen in the Mongolian Early Upper Paleolithic period. We also determined its complete mitochondrial genome (mtDNA) and showed that it belongs to the modern human haplogroup N which is widespread in Eurasia today [5]. Nuclear analyses of the specimen show that the Salkhit individual was a female modern human. To investigate her relatedness to archaic hominin and ancient and present day modern humans, we used hybridization capture of 3.9 million single nucleotide polymorphisms across the nuclear genome. We use f3 and D statistics to show that she was closely related to the 40,000-year-old Tianyuan individual from China but shares more alleles with Western and North-Eastern Eurasians than does the Tianyuan individual. Using an admixture graph, the Salkhit individual is positioned as an ancient East Asian with some genetic contribution from West Eurasian. This scenario underlies an unexpected genetic link between East and West Eurasians after their major split. Using a new method to identify archaic introgressed DNA in ancient genome data, we estimate Neandertal ancestry in the Salkhit individual to∼2%, and show that this ancestry is contained in longer DNA tracks than those of present-day Eurasians – as expected given the age of the specimen. We also show that approximately 0.2-0.3% of the Salkhit genome is derived from Denisovans and identified longer tracts (>0.2 cM) of Denisovan ancestry in the Salkhit and other ancient East Eurasians genomes than in present-day East Eurasians genomes. This is the first evidence of Denisovan ancestry in Upper Pleistocene modern humans in East Eurasia. It is in sharp contrast to West Eurasia where we found no evidence for Denisovan introgression at the same resolution in early or later modern humans. The genome of the Salkhit individual provides further evidence for a complex population history of Pleistocene modern humans across Eurasia involving population substructure, migration and admixture. Those results emphasize the mosaic of events that shaped the genetic landscape of modern human since the Upper Pleistocene. Статья про находку из Салхита: http://antropogenez.ru/single-news/article/761/
  8. Выкладывать здесь данные всех 523 образцов наверное не имеет смысла. Или имеет? Из Киргизии всего два образца из Айгыржала: Master ID Date: One of two formats. (Format 1) 95.4% CI calibrated radiocarbon age (Conventional Radiocarbon Age B, Lab number) e.g. 5983-5747 calBCE (6980±50 B B, Beta-226472). (Format 2) Archaeological context date B, e.g. 2500-1700 BCE Split Label (grouping individuals of similar ancestry by site) Location Country Sex mtDNA haplogroup Y chromosome haplogroup I11526 2203-2041 calBCE (3735±20 BP, PSUAMS-4607) Aigyrzhal_BA Aigyrzhal Kyrgyzstan M R6a2 Q1a2 I11527 2114-1928 calBCE (3630±20 BP, PSUAMS-4750) Aigyrzhal_BA Aigyrzhal Kyrgyzstan M HV14 J2a1h2
  9. https://science.sciencemag.org/content/365/6457/eaat7487 https://scholar.harvard.edu/vagheesh/centralsouthasia https://scholar.harvard.edu/files/vagheesh/files/eaat7487.full_.pdf The formation of human populations in South and Central Asia Vagheesh M. Narasimhan1,*,†, Nick Patterson2,3,*,†, Priya Moorjani4,5,‡, Nadin Rohland1,2,‡, Rebecca Bernardos1, Swapan Mallick1,2,6,‡, Iosif Lazaridis1, Nathan Nakatsuka1,7, Iñigo Olalde1, Mark Lipson1, Alexander M. Kim1,8, Luca M. Olivieri9, Alfredo Coppa10, Massimo Vidale9,11, James Mallory12, Vyacheslav Moiseyev13, Egor Kitov14,15,16, Janet Monge17, Nicole Adamski1,6, Neel Alex18, Nasreen Broomandkhoshbacht1,6,§, Francesca Candilio19,20, Kimberly Callan1,6, Olivia Cheronet19,21,22, Brendan J. Culleton23, Matthew Ferry1,6, Daniel Fernandes19,21,22,24, Suzanne Freilich22, Beatriz Gamarra19,21,25,||,¶, Daniel Gaudio19,21, Mateja Hajdinjak26, Éadaoin Harney1,6,27, Thomas K. Harper28, Denise Keating19, Ann Marie Lawson1,6, Matthew Mah1,2,6, Kirsten Mandl22, Megan Michel1,6,#,**, Mario Novak19,29, Jonas Oppenheimer1,6,††, Niraj Rai30,31, Kendra Sirak1,19,32, Viviane Slon26, Kristin Stewardson1,6, Fatma Zalzala1,6, Zhao Zhang1, Gaziz Akhatov15, Anatoly N. Bagashev33, Alessandra Bagnera9, Bauryzhan Baitanayev15, Julio Bendezu-Sarmiento34, Arman A. Bissembaev15,35, Gian Luca Bonora36, Temirlan T. Chargynov37, Tatiana Chikisheva38, Petr K. Dashkovskiy39, Anatoly Derevianko38, Miroslav Dobeš40, Katerina Douka41,42, Nadezhda Dubova14, Meiram N. Duisengali35, Dmitry Enshin33, Andrey Epimakhov43,44, Alexey V. Fribus45, Dorian Fuller46,47, Alexander Goryachev33, Andrey Gromov13, Sergey P. Grushin48, Bryan Hanks49, Margaret Judd49, Erlan Kazizov15, Aleksander Khokhlov50, Aleksander P. Krygin51, Elena Kupriyanova52, Pavel Kuznetsov50, Donata Luiselli53, Farhod Maksudov54, Aslan M. Mamedov55, Talgat B. Mamirov15, Christopher Meiklejohn56, Deborah C. Merrett57, Roberto Micheli9,58, Oleg Mochalov50, Samariddin Mustafokulov54,59, Ayushi Nayak41, Davide Pettener60, Richard Potts61, Dmitry Razhev33, Marina Rykun62, Stefania Sarno60, Tatyana M. Savenkova63, Kulyan Sikhymbaeva64, Sergey M. Slepchenko33, Oroz A. Soltobaev37, Nadezhda Stepanova38, Svetlana Svyatko13,65, Kubatbek Tabaldiev66, Maria Teschler-Nicola22,67, Alexey A. Tishkin68, Vitaly V. Tkachev69, Sergey Vasilyev14,70, Petr Velemínský71, Dmitriy Voyakin15,72, Antonina Yermolayeva15, Muhammad Zahir41,73, Valery S. Zubkov74, Alisa Zubova13, Vasant S. Shinde75, Carles Lalueza-Fox76, Matthias Meyer26, David Anthony77, Nicole Boivin41,‡, Kumarasamy Thangaraj30,‡, Douglas J. Kennett23,28,78,‡, Michael Frachetti79,80,†, Ron Pinhasi19,22,†, David Reich1,2,6,81,† Structured Abstract RATIONALE To elucidate the extent to which the major cultural transformations of farming, pastoralism, and shifts in the distribution of languages in Eurasia were accompanied by movement of people, we report genome-wide ancient DNA data from 523 individuals spanning the last 8000 years, mostly from Central Asia and northernmost South Asia. RESULTS The movement of people following the advent of farming resulted in genetic gradients across Eurasia that can be modeled as mixtures of seven deeply divergent populations. A key gradient formed in southwestern Asia beginning in the Neolithic and continuing into the Bronze Age, with more Anatolian farmer–related ancestry in the west and more Iranian farmer–related ancestry in the east. This cline extended to the desert oases of Central Asia and was the primary source of ancestry in peoples of the Bronze Age Bactria Margiana Archaeological Complex (BMAC). This supports the idea that the archaeologically documented dispersal of domesticates was accompanied by the spread of people from multiple centers of domestication. The main population of the BMAC carried no ancestry from Steppe pastoralists and did not contribute substantially to later South Asians. However, Steppe pastoralist ancestry appeared in outlier individuals at BMAC sites by the turn of the second millennium BCE around the same time as it appeared on the southern Steppe. Using data from ancient individuals from the Swat Valley of northernmost South Asia, we show that Steppe ancestry then integrated further south in the first half of the second millennium BCE, contributing up to 30% of the ancestry of modern groups in South Asia. The Steppe ancestry in South Asia has the same profile as that in Bronze Age Eastern Europe, tracking a movement of people that affected both regions and that likely spread the unique features shared between Indo-Iranian and Balto-Slavic languages. The primary ancestral population of modern South Asians is a mixture of people related to early Holocene populations of Iran and South Asia that we detect in outlier individuals from two sites in cultural contact with the Indus Valley Civilization (IVC), making it plausible that it was characteristic of the IVC. After the IVC’s decline, this population mixed with northwestern groups with Steppe ancestry to form the “Ancestral North Indians” (ANI) and also mixed with southeastern groups to form the “Ancestral South Indians” (ASI), whose direct descendants today live in tribal groups in southern India. Mixtures of these two post-IVC groups—the ANI and ASI—drive the main gradient of genetic variation in South Asia today. CONCLUSION Earlier work recorded massive population movement from the Eurasian Steppe into Europe early in the third millennium BCE, likely spreading Indo-European languages. We reveal a parallel series of events leading to the spread of Steppe ancestry to South Asia, thereby documenting movements of people that were likely conduits for the spread of Indo-European languages. ОБОСНОВАНИЕ Чтобы выяснить, в какой степени фундаментальные культурные преобразования в сельском хозяйстве, скотоводстве и изменения в распространении языков в Евразии сопровождались перемещением людей, мы сообщаем данные древней ДНК 523 человек за последние 8000 лет, в основном из Центральной Азии и самой северной части Южной Азии. РЕЗУЛЬТАТЫ Перемещение людей после появления сельского хозяйства привело к возникновению генетических градиентов по всей Евразии, которые можно смоделировать как смеси семи сильно отличающихся друг от друга популяций. Ключевой градиент образовался в Юго-Западной Азии, начиная с эпохи неолита и продолжая бронзовым веком, с более анатолийско-земледельческим происхождением на западе и более иранско-земледельческим происхождением на востоке. Этот градиент простирался до пустынных оазисов Средней Азии и был основным источником происхождения в народах Бактрийско-Маргианского археологического комплекса бронзового века (БМАК). Это подтверждает идею о том, что археологически подтвержденное распространение домашних животных сопровождалось распространением людей из нескольких центров одомашнивания. Основное население БМАК не имело генетического компонента степных скотоводов и не внесло существенного вклада в более поздние южноазиатские народы. Однако к началу второго тысячелетия до н.э., примерно в то же время, что и в южной степи, степной скотоводческий генетический компонент появляется у генетически обособленных индивидуумов на памятниках БМАК. Используя данные древних индивидуумов из долины Сват в самой северной части Южной Азии, мы показываем, что потом степной генетический компонент внедрился дальше на юг в первой половине второго тысячелетия до н.э., обеспечивая до 30% генофонда современных групп в Южной Азии. Степной генетический компонент в Южной Азии имеет тот же профиль, что и в Восточной Европе бронзового века, прочерчивая движение людей, которое затронуло оба региона и которое, вероятно, распространило специфические черты, общие для индоиранских и балто-славянских языков. Важнейшая предковая популяция современных жителей Южной Азии - это смесь людей, относящихся к раннеголоценовому населения Ирана и Южной Азии, которую мы обнаруживаем у генетически обособленных людей из двух мест, находившихся в культурном контакте с цивилизацией долины Инда (IVC), что делает вероятным, что эта популяция была характерной для IVC. После упадка IVC эта популяция смешалась с северо-западными группами со степным происхождением, образуя "предковых северных индийцев" (ANI), а также с юго-восточными группами, образуя "предковых южных индийцев" (ASI), чьи прямые потомки сегодня проживают в племенных группах на юге Индии. Смеси этих двух пост-IVC групп - ANI и ASI - определяют основной градиент генетической изменчивости в Южной Азии на сегодняшний день. ВЫВОД В предыдущих работах было зафиксировано массовое перемещение населения из Евразийской степи в Европу в начале третьего тысячелетия до н.э., что, вероятно, привело к распространению индоевропейских языков. Мы выявляем параллельную серию событий, ведущих к распространению степного генетического компонента в Южную Азию, тем самым документируя перемещения людей, которые, вероятно, являлись каналами распространения индоевропейских языков.
  10. Ну так второй из Карасуыра, он по аутосомам не то прибалт, не то славянин, какое он отношение к этногенезу казахов может иметь?
  11. Ну они сами написали "golden man", перевёл как есть. Скорее бы они это дело опубликовали. И из Киргизии образцы тоже.
  12. Статьи пока нет, но есть анонс: https://www.archaeolog.ru/media/2019/konferencii_2019/alekseevskie_chteniya/8%20%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5%20%D1%87%D1%82%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F%202019%20%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%B0%D0%BB%D1%8B.pdf Kahbatkyzy N.1, Guido A.G. R.3, Zaibert V.F.2, Samashev Z.4, Kitov E.5, Ixan O.1, Brandt G.3, Khussainova E.1, Bekmanov B.1,2, Djansugrova L.1,2, Krause J.3, Jeong Ch.6 1 Department of Population Genetics, Institute of General Genetics and Cytology, SC MES RK, Kazakhstan 2 Kazakh national university by al-Farabi, Almaty, Kazakhstan 3 Department of Archaeogenetics, MaxPlanck Institute for the Science of Human History, Jena, Germany 4 Branch of Institute of Archaeology by A.Kh. Margulan, Astana, Kazakhstan 5 Institute of Archaeology by A.Kh. Margulan, Almaty, Kazakhstan 6 School of Biological Sciences, Seoul National University, Seoul, Republic of Korea ARCHAEOGENETIC STUDY OF ANCIENT HUMAN REMAINS WITHIN THE TERRITORY OF KAZAKHSTAN Ancient genomes with geographic location and dates can allow us to infer human migration to the world to a great detail. In this study, we analyzed human remains from two key archaeological sites within the modern Kazakh-stan territory: Enolithic Botai site from northern Kazakhstan (IV-III millennium BC, Petropavlovsk region) and Early Iron Age Eleke Sazy site from eastern Kazakhstan (7th-8th centuries BC, East-Kazakhstan region). We took two individuals from Botai (man – find of 1983, and woman – find of 2017) and Тезисыконференции «VIII Алексеевскиечтения»111 three from Eleke Sazy (Elite Saka «golden man», and 2 object of unknown gender – finds of 2018). Archaeogenetic analyses show that Endolithic Botai individuals belong to Y-chromosome haplogroup R1b1a1 and mtDNA haplogroups K1b2 (male) and Z1 (female). They are closest to each other in the principal component space constructed from present-day Eurasian populations than to any other ancient or present-day individual, and are in proximity to the upper Paleolithic Siberians from the Mal’ta and Afontova Gora archaeological sites. Botai represents a separate group that has genetic similarity with both European and Asian populations. Saka periods «Gold man» from Eleke Sazy necropolis belong to Y-chromosome haplogroup R1a1a1 and mtDNA haplogroup J1b1a1e with also another female individual from one burial (mound 4). These two individuals are found to be first-degree relatives. Another female from mound 9 belongs to mtDNA haplogroup A. While mtDNA haplogroups K1b2 (estimated age is between 5,300 and 16,300 years) and J1b1a1e (age is between 4,600 and 9,300 years) are con-sidered to be of West Eurasian origin, haplogroups A (age is between 30,000–50,000 years) and Z1 (age is between 11,100 and 20,800 years) are of East Eurasian origin. We suggest that a mixed presence of West and East Eurasian mtDNA haplogroups in both Botai and Eleke Sazy, as well as genome-wide analysis of Botai individuals, reflects frequent migrations of ancient people across the Eurasian Steppe. We are currently conducting genome-wide analysis of Eleke Sazy individuals АРХЕОГЕНЕТИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ДРЕВНИХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ОСТАНКОВ С ТЕРРИТОРИИ КАЗАХСТАНА Древние геномы с географическим расположением и датами могут позволить нам сделать очень подробные выводы о миграциях человека в мире. В данном исследовании мы проанализировали человеческие останки с двух ключевых археологических объектов на территории современного Казахстана: энеолитический памятник Ботай из Северного Казахстана (IV-III тысячелетие до н. э., Петропавловская область) и памятник раннего железного века Елекэ Сазы из восточного Казахстана (VII-VIII вв. до н.э., Восточно-Казахстанская область). Мы взяли двух человек из Ботая (мужчина – находка 1983 года, женщина – находка 2017 года) и трех из Елеке Сазы (элитный сакский «золотой человек» и 2 индивидуума неизвестного пола – Находки 2018 года). Археогенетический анализ показал, что эндолитические индивидуумы из Ботая принадлежат к Y-хромосомной гаплогруппе R1b1a1 и гаплогруппам мтДНК K1b2 (мужчина) и Z1 (женщина). Они наиболее близки друг к другу на графике главных компонент, построенном из современных евразийских популяций, чем к любой другой древней или современной особи, и находятся вблизи верхнепалеолитических сибиряков из археологических памятников Мальта и Афонтова гора. Ботай представляет собой отдельную группу, которая имеет генетическое сходство как с европейскими, так и с азиатскими популяциями. "Золотой человек" сакского периода из некрополя Елеке Сазы относится к Y-хромосомной гаплогруппе R1a1a1 и гаплогруппе мтДНК J1b1a1e как и женщина из одного захоронения (курган 4). Эти два человека, как выясняется, являются родственниками первой степени. Еще одна женщина из кургана 9 относится к гаплогруппе мтДНК A. В то время как гаплогруппы мтДНК K1b2 (предполагаемый возраст от 5300 до 16300 лет) и J1b1a1e (возраст от 4 600 до 9 300 лет) считаются западноевразийскими, гаплогруппы A (возраст от 30 000 до 50 000 лет) и Z1 (возраст от 11 100 до 20 800 лет) имеют восточноевразийское происхождение. Мы предполагаем, что смешанное присутствие западно - и восточноевразийских гаплогрупп мтДНК как в Ботае, так и в Елеке Сазы, а также геномный анализ людей из Ботая отражают частые миграции древних людей через евразийскую степь. В настоящее время мы проводим общегеномный анализ людей из Елеке Сазы.
  13. Французский перевод есть онлайн: https://archive.org/stream/DeuxHistoriensArmeniens/Deux_historiens_arm__niens_Kiracos_de_Ga#page/n209/mode/2up
  14. https://journals.plos.org/plosone/article?id=10.1371/journal.pone.0216366 Open Access Cranial deformation and genetic diversity in three adolescent male individuals from the Great Migration Period from Osijek, eastern Croatia Daniel Fernandes , Kendra Sirak , Olivia Cheronet, Rachel Howcroft, Mislav Čavka, Dženi Los, Josip Burmaz, Ron Pinhasi , Mario Novak Published: August 21, 2019 https://doi.org/10.1371/journal.pone.0216366 Abstract Three individuals dating to the Great Migration Period (5th century CE) were discovered in a pit at the Hermanov vinograd site in Osijek, Croatia. We were inspired to study these individuals based on their unusual burial context as well as the identification of two different types of artificial cranial deformation in two of the individuals. We combine bioarchaeological analysis with radiographic imaging, stable isotopes analysis, and ancient DNA to analyze their dietary patterns, molecular sex, and genetic affinities in the context of the archaeological data and their bioarchaeological attributes. While all three individuals were adolescent males with skeletal evidence of severe malnutrition and similar diets, the most striking observation is that they had major differences in their genetic ancestry. Results of the genetic analyses of the nuclear ancient DNA data for these individuals indicate that the individual without artificial cranial deformation shows broadly West Eurasian associated-ancestry, the individual with tabular oblique-type has East Asian ancestry and the third individual with circular erect-type has Near Eastern associated-ancestry. Based on these results, we speculate that artificial cranial deformation type may have been a visual indicator membership in a specific cultural group, and that these groups were interacting intimately on the Pannonian Plain during the Migration Period. Три индивидуума, относящиеся к эпохе Великого переселения народов (V век н.э.), были обнаружены в яме на памятнике Германов виноград в Осиеке (Хорватия). Мы были воодушевлены изучить этих индивидуумов на основании их необычного контекста , а также выявления двух различных типов искусственной деформации черепа у двух людей. Мы сочетаем биоархеологический анализ с рентгенографической визуализацией, анализом стабильных изотопов и древней ДНК для анализа их рационов питания, молекулярного пола и генетического родства в контексте археологических данных и их биоархеологических характеристик. Хотя все три человека были подростками мужского пола с признаками острого недоедания и схожих режимов питания, самое поразительное наблюдение заключается в том, что у них были серьезные различия в их генетическом происхождении. Результаты генетического анализа данных ядерной древней ДНК для этих особей показывают, что индивид без искусственной деформации черепа демонстрирует западноевразийское происхождение, индивид с tabular oblique деформацией черепа имеет восточноазиатское происхождение, а третий индивид с circular erect деформацией черепа имеет ближневосточное происхождение. Исходя из этих результатов, мы предполагаем, что искусственная черепно-мозговая деформация могла быть визуальным показателем принадлежности к определенной культурной группе, и что эти группы тесно взаимодействовали на Паннонской равнине в эпохe Великого переселения народов. К сожалению покрытие генома очень низкое, они даже мтДНК не смогли определить.